Принц Шеннийский (СИ)

— Угу.
— Нет у тебя авторитету, — почти шепотом проговорила Нина.
Лара поникла, а рыцарша продолжила:
— Второй раз, крайний раз будет. Ты уверена в своих силах, девочка моя?
— На все сто, — воодушевленно заявила Лара.
— Бахвалишься ты много, боюсь за тебя. В мой отряд не желаешь?
— Прости, Нина, не мое.
— Понимаю, — участливо ответила рыцарша. — Ну а ты раб Кастиль, какие цели преследуешь? Хотела тебя к себе в отряд взять. Да Лару одну не хочу оставлять.
— А я и не оставлю, — твердо заявил.
Самонадеянная рыцарша, вздумала решать за меня. Смешно.
Бабьи брови тут же поднялись от удивления. Лара умоляюще посмотрела на свою подругу.
— Не дерзи, ладно? — огрызнулась Нина.
Голос спокойный, но чую угроза вполне реальна. Баба на грани взрыва. Я осекся, зачем гонор свой показывать?! Территория чужая, я тут чужой, никто… Покорно кивнул.
— Он мне клятву верности дал, — похвалилась разбойница.
— Вот оно что, — усмехнулась Нина. — Тогда я спокойна. Ты Кастиль, мне вот что скажи, за что тебя так украсили? Аль тайна твоя… личная?
— Тайна, — ответил и улыбнулся. — Но чтоб фантазия твоя богатая не разыгралась уж слишком, скажу. Оказался в не то время и не в том месте. Вот так.
— Я поняла тебя. Когда в горы, малышка?
— Чем скорее, тем лучше.
— Я бы не спешила на твоем месте, — опасливо проговорила Нина. — Корн забесился чего — то. Нас наемников не трогает, а вот проходимцев всех подряд шурует. Разъезды утроились, лорд Борак нам заказ давать собрался, на завтра все договоренности в администрации назначены. Говорят, на сто золотых дело. Куш не малый. Может с нами отработаешь, да поедешь по своим делам? Два процента твои.
— Пять, — выдала Лара. В груди похолодело.
— Четыре.
— По рукам.
Брага уже в горло не лезла. От хмели, что в голову ударила почти сразу, теперь и следа не осталось. Надо сваливать отсюда. За сто золотых меня эта баба со своим отрядом наемников зубами порвет.
— Отойду, — буркнула рыцарша, поднялась и пошла вглубь таверны.
— Ты ее не зли, — начала Лара. — Она женщина вспыльчивая, но справедливая. Раньше со своими наемниками треть города держали. Она мне жизнь спасла, многому научила. Я ей должна.
— Ты похоже вся в долгах, куда ни плюнь, — выпалил я. Раздражение нахлынуло очень быстро. — Лара, поехали в горы, не нужно тебе это дело.
Разбойница задумалась.
— Максимум две недели, Кастиль. Ну три… А потом дальше с деньгами. У меня в горах тайников нет. А без денег идти, только если грабить. С тебя помощи никакой, а одной в этом промысле тяжко.
Упрямая! Не для того проделал весь этот путь, окунаясь в дерьмо и нищету, чтобы вернуться на исходную! Я не могу рисковать… И что, снова пуститься в бега?! Я не знаю дороги, меня заловят быстро. С Ларой мне спокойнее, я не заморачивался на счет дороги, не задумывался о еде. К хорошему привыкаешь быстро.
— Давай наймемся в охрану, — завелся я. — Есть же кто на север караванами ходит. Или как?
— Наивный, везде свои охранялы. А мы проходимцы.
— Лара! Я помогу тебе вступить в ряды вальки, — решился на отчаянный шаг. — Помогу пройти обряд посвящения, расскажу про право на поединок…
— Откуда…
— Не важно! — перебил я. Вижу, как засияли глазки у Лары. Многого она не знает. Я понял, что пытается влиться в ряды вальки, но пока ее не посчитали достойной. Их законы не продуманны. И не удивительно, бабы… Глория мне рассказывала об их кодексе. Зная нюансы, можно обернуть их порядки в свою пользу.
— Нам нужно двигаться дальше, Лара, — продолжил я. — Откажись, и гарантирую, что вальки примут тебя…
Вернулась Нина. По мощному скрипу половиц почувствовал ее приближение и прекратил уговоры.
— Хорошие новости, — объявила она. — Я за задание пробила сплетню. Маг прилетел из столицы. Говорят, портрет привез беглеца. Там уже во дворце художники его размножают. К утру раздавать будут. Но мы ж утра ждать не будем.
Рыцарша рассмеялась. Вот вам и халява прилетела. Ларины глазки впились в мои. Едва заметно мотнул головой. Нет, Лара… пожалуйста, нет.
 
— Гонца отправила сейчас, — прошептала Нина, прижавшись к столу. — Чего утра ждать?!
— Нина я…
— Да брось! Вы чего тут консилиум устроили без меня? Вижу по глазам. Мы по рукам ударили. Ты нанята, твой раб тоже. Или хочешь отказ дать?
Последняя фраза была сказана с таким нажимом, что даже я посочувствовал Ларе.
— Н..нет, Нина, конечно нет, — выдавила разбойница.
— Где здесь туалет? — брякнул я. Пора валить, пришла горькая мысль.
К моему великому счастью уборная оказалась во дворе. Спокойно вышел на улицу. В туалет все же хотелось, и пришлось обходить таверну.
Давно у меня не было такого сервиса. Деревянная кабинка. Все — таки передернуло от источающейся вони. Навивало о былом шествии через анальное отверстие дворца.
— О! А где твоя мамочка? — раздалось издевательское за спиной, едва я доделал дела. Надо было прикрывать дверцу.
— У него их две, — подхватил другой голос. Я медленно развернулся и увидел троих ребят. Да, те самые, которых согнала Нина.
— Когда я был маленький, — начал высокий мужчина, поигрывая шпагой в руках. — Мне мама писюн держала под этим делом. Ты у Нины бы попросил, она к этому нормально относится.
Все разразились хохотом. А я вынул шпагу с нехарактерным для нее стуком. Смех взорвался с новой силой.
Не упуская момента потерянной бдительности, ринулся на ближайшего. Скрежет стали, и все же покалеченный клинок выдержал выпад. Сближение, и мой кинжал вонзается прямо в сердце. Пока двое других соображали в чем дело, сменил клинок. Полумрак сыграл над ребятами злую шутку, поздно те оценили степень опасности. Два быстрых шага вперед, укол, вскрик. Не успевает второй упасть, делаю шаг в сторону, удар наотмашь и метал прорезает спину третьего.
Визг на весь двор. Наверняка привлечет внимание. Стараюсь скорее добить уползающего раненного. Последним был тот, кто назвал меня уродом. Хрип пузырящегося от крови горла пришелся, как бальзам на душу. Еще в таверне хотел так сделать. Быстро обыскиваю трупы, у всех троих кошели денег. У одного даже два кольца нащупал. Сорвал все, потом разберусь. Мчусь к загону для лошадей, по дороге распихиваю по карманам кителя добычу.
— Эй! — раздалось из темноты. — Твоя лошадь третья слева. И заметь, напоена, накормлена. Перебрал? Животинка может и не простить, копытом отхватишь!
Невинный хриплый смех немного умерил мою настороженность. Смотрящий за лошадьми на своем посту. Это его работа — запоминать, кто на какой лошади приехал.
— Спасибо, уважаемый, — проблеял я, изображая пьяное состояние.
Залез в кошель и кинул мужику рин, запоздало увидев, что блеснуло серебром.
— Я к бабе своей поехал, не могу терпеть! — почему — то добавил, оправдываясь.
Мужик схватил рин по привычке быстро, ловко и без тени благодарности на лице. Привык значит к подобному.
— Понимаю, ваши молодые годы, — прокомментировал он и сипло усмехнулся.
Отвязал коня, запрыгнул на него. Сбоку встрепенулась шпага, ударившись о старые ножны, эту без ножен ухватил, просунув под пояс. Старые не подошли, выбросил их на ходу и ринулся к дороге. К утру весь город будет знать меня в лицо. С этой мыслью ускорился.
Провинциальный город, преимущественно состоящий из двухэтажных домов, жил своей ночной жизнью: пьянь по улицам, локальные драки, девушки легкого поведения, зазывающие на интим. Не стал мудрить, а поскакал по главной улице, которая вела прямиком ко дворцу, что возвышался над всеми другими строениями, за исключением только башни магов, которая все — таки была величественна и шпилем уходила в облака, Она одиноко стояла с восточной стороны города и вызывала невольный страх и дополнительное беспокойство. Ненавижу магов… Мчусь нагло и уверенно, пусть думают, что гонец спешит в администрацию. Вскоре оказался у ворот, обогнул территорию и помчался уже от дворца. Теперь пусть считают, что гонец мчится из администрации.