Принц Шеннийский (СИ)
Ее взгляд говорит, что я идиот, сумасшедший. Это злит.
— Нет, даже не слышала. Это порождения магов?! Они опасны?!
— Это порождения Запредела! О нем ты слышала?!
— Да, — выдохнула Лара и поковыляла дальше, добавив: — Рабские бредни.
Да… Миновало. Сейчас бы лишился бесстрашной проводницы. У них тут в Дезранте никто не слышал о призраках?! Странно… Никогда не задумывался об этом. Неужели призраки только Орос терроризировали все это время?!
До обеда ехали молча. Гнетущее такое молчание. Не хочу с ней говорить, и она, похоже, тоже. На моих ладонях все еще ощущается упругость ее ягодиц. Кто бы мог подумать, что теперь мне не дано. Красавчик Катэр больше не сможет покорять женские сердца. Грустно, вот и хандра снова наплывает.
А еще этот мундир. Мы оба в кителях рыцарей Дезранта. И вот оно влияние одежды на состояние человека! Эта строгость, стянутые манжеты, пуговицы, жесткость ткани — все это дисциплинирует, напоминает кто ты есть на самом деле. Возвращается честь, достоинство, некий пафос, самолюбие. Раб может быть жалким уродом, но не рыцарь. Одно утешает, мой позор останется в моем сердце, а не на языках дворовых сплетниц. Второе хуже. Да, я итак унижет, слухи о том, как пришел к власти разлетелись по всем дворцам правящей элиты Рэи. Стараюсь об этом не думать.
— Привал, — объявила Лара и полезла за узелком, что Рике собрала в дорогу.
Сидим, мысли у меня где — то высоко. Даже не знаю, где конкретно и какие, летают сами по себе. В общем, туплю.
— Кастиль? Эй? — привлекла к себе внимание Лара. Красивая, зараза. Особенно сейчас, когда уселась на травку рядышком и так участливо и виновато смотрит. — Я, ну… погорячилась, прости, ладно?
Теплеет мое сердце, предательски быстро. Женская черта обидчивости мне не присуща. Да и вообще! Что я такое говорю?! Пытаюсь улыбнуться ей. Выходит жалковато, по ее выражению видно. Ее гримаса мне лучше любого зеркала, отражает то, как я выгляжу по — дурацки. Хочется раскапризничаться, подуться еще. Побыть немного «женщиной», выпрашивая внимание.
— Я же не красавчик, — выдаю в ответ. — Не удивила.
— Ну не дуйся, Кастиль, — почти мурчит Лара и подается вперед, оказываясь у моих ног. Ладони на мои коленки кладет, будто я ребенок, ожидающий услышать очередное мудрое поучение.
— Обижаться можно лишь на тех, кто тебе действительно дорог, ты поняла? — выдавил я. — А констатация факта о моей внешности… что мне теперь повеситься?! Действительность здесь и сейчас такова! Она неизменна, независимо от степени моего восприятия!
Разбойница в некотором замешательстве. Минутное молчание.
— Да, у тебя был очень умный хозяин! — восхищенно говорит Лара.
Во тупая. Накрываю ее ладони своими. Энергетическая искра проходит через мое тело. Разбойница даже не попыталась освободиться.
А я потянулся целовать.
— Поцелуй для любимого, — шепчет Лара, закрывая глаза. — Нет, стой…
Сама даже не сопротивляется, будто слабеет в моих пьянящих объятиях. Но через миг все проходит. Она впивается в меня жгучим зеленоглазым взглядом, в них отчетливый укор. Они говорят, что не желают снова обидеть резким словцом. Я отпрял, понимая, что момент упущен.
— Зачем тебе к вальки? — Спрашиваю неожиданно для нее. — Там одни бабы, любимого ты там точно не сыщешь.
— Не твое дело! — мгновенно вскипела Лара.
Вскоре двинулись дальше…
Мои мысли теперь были о разбойнице. Как мило, девушка что любит резать рты, мстя всем встречным за свою сестру, чувствует свою вину передо мной, по сути никем, просто рабом. Но что — то в ее взгляде и отношении ко мне изменилось. Нет отвращения, пренебрежения. Может она после плена поумнела? Странно, но подумалось, что будучи принцем в городе рабов Билазора, я вряд ли бы купил себе девушку такой внешности. Даже зная о ее достоинствах в виде целеустремленности, бесстрашия, безбашенности. Однако, после знакомства не уверен, что вернувшись на невольничий рынок я не стану искать похожую. Так бывает, если при дворе есть леди, что недосягаема и привлекательна, что зацепила чем — то. Но она замужем, верна мужу, или просто не дает. Ты бежишь на невольничий рынок и ищешь похожую девушку. Вот и ответ самому себе. Сколько же я искал похожих на императрицу Гелану, да на маркизу Камиллу, что отвергла меня.
Скачем бок о бок с Ларой. С ней спокойно, нет тревоги и опасений тоже нет. Она ведет уверенная во всем, что делает. Сам с себя удивляюсь, когда это успел растерять всю свою бдительность? Обычно этим занималась Глория, теперь Лара. Выходит, это старая привычка.
Украдкой посматриваю на нее. И знаю, что смотрит и она на меня, когда отворачиваюсь. Чувствую ее взгляд. Наивная. Доверилась ведь сразу, к семье привела… слишком доверчивая, Ларка. Такой в мире тяжело. А я… конечно, самым наглым образом воспользуюсь ее добротой. Образ слабого и глупого раба вполне подошел. От меня она не ждет силы. А если не опасаешься человека, если не считаешь способным нанести тебе вред, то и врагом его не считаешь. Так думают некоторые наивные, особенно такие вот, пафосные разбойницы.
Голову совсем отпустило, от всех забот. Я просто раб, спасающий свою жизнь. Что мне судьба мира, что мне опасность вторжения дафов, что мне поданные империи? Сон, чтоб не сильно холодно и не дуло, чтоб дождя на голову не падало, чтоб еда бегала поблизости, чтоб костер горел хороший… чтобы был не одинок.
Лес заканчивался. Это было видно по исхоженным тропам и постепенно увеличивающимся просветам между деревьями. Солнце готовило эту сторону мира ко сну, а нас ждали степи и далекие горы с белыми вершинами.
Под сросшимися кронами двух дубов, что возвышались по обе стороны дороги, показалась одинокая и загадочная фигура.
— Я Эрис беспощадный! — торжественно заявляет мужчина, когда мы подходим ближе.
Прыскаю, но сдерживаю смех. Лара тем временем осматривается. Естественно засада есть, и этот стиль, ой как нам знаком.
— Я Лара позитивная! — не менее торжественно представляется та и спрыгивает с коня. Начинаю яростно давить ржачь. Прыскаю, давлюсь. Все эти напряженные дни пытались сейчас вылиться истерикой.
— А ты чего ржешь, образина! — гаркнул на меня разбойник, вынимая шпагу. — Я твою глотку на клинок насажу! А ну слазь!
— Я тут предводитель! Прими бой, Эрис беспощадный! — воскликнула моя дурында и ринулась на мужика.
Началась дуэль. С первыми звонами клинков мой приступ смеха отступил. Стою смирно, поглядываю по сторонам, мало ли засада полезет. Переживаю за Лару.
Лязг стали заиграл с бешеной скоростью. Девушка атакует, Эрик защищается. И умело защищается. Конечно, я бы с трех ударов разложил наглеца. У него были пробелы в обороне. Но Лара их не увидела, сама безнаказанно ошибалась. В общем, они стоят друг друга.
Выпад, блок, разворот, взмах крест на крест… А вот уже и крики неконтролируемые пошли. Лара едва не напарывается на клинок, как же опрометчиво! У меня сердце екнуло. Так, хватит.
Направил лошадь в их сторону, неторопливо, чтобы не спровоцировать засевших в засаде. Мужики, они обычно выносливее, вот и сейчас чувствую, что Лара начинает выдыхаться. А все потому, что поспешила ликвидировать оппонента, выложилась сразу. Защищаться всяко легче, чем нападать.
Вынул из — за пояса кинжал. Хотел им воспользоваться. Э, нет, Лара заметит. Спрыгнул с коня и стал искать на тропинке камушек, да помассивнее. К счастью для разбойницы нашел ржавую подкову.
Железка пришлась Эрису прямо по голове. Меткий бросок! Сам от себя не ожидал. Тот рухнул, раскинув конечности в самой нелепой вариации. Лара, завершая прием в пустоту, недоумевая, посмотрела на поверженного врага. Через мгновение зашелестела трава, захрустела листва.
— Эрис! — взревели разбойники вокруг нас.
Вот только их товарищ уже ничего не смог ответить.
— Ты нахрена это сделал! — зарычала Лара. — Я его уже почти победила!
— Ну — ну…
— Что ну — ну?! Придурок! А если убил?! А если мертвый? Эрис, очнись?!