Война закончилась, львёнок (СИ)

— Северус, — позвала Гермиона, — мне больно… Ай…
Боль пронзила все ее тело, заставив Гермиону откинуться на подушку и выгнуться дугой словно в судороге. А он все не останавливался, посылая ее тело в агонию. Ей казалось, что что-то пошло не так. Когда она уже больше не могла сжимать зубы в тихом хныканье и готова была истошно заорать, его пальцы разжались и боль прекратилась. Тьма, клубившаяся вокруг них, чуть рассеялась.
Гермиона тяжело дышала, глядя в его глаза. Она хотела расспросить его что с ней случилось, когда вдруг почувствовала растекающийся по телу жар. Он мешал дышать. Он был такой сильный, особенно в районе груди, что Гермиона опустила взгляд на себя, ожидая, что ее кожа сейчас воспламенится. Но и это закончилось так же неожиданно, как и началось. Она с опаской ожидала чего-то неприятного снова, когда вдруг приятное чувство растеклось по всему телу, даря покой и опьяняющее чувство эйфории. Она бы могла охарактеризовать это как то, что называют жизненной силой. Магия, которую она уже отвыкла чувствовать в полном объеме заполнила все ее существо и Гермиона глубоко вздохнула, вдруг осознав, что ни боли, ни слабости в теле больше нет.
Она осторожно привстала на локтях и увидела, как Снейп побледнел на глазах. Хотя казалось, что ему уже больше некуда. Гермиона испуганно подскочила и подалась вперед, к нему, когда его качнуло, и он оперся одной рукой на кровать, а второй остановил ее, подняв руку вверх.
— Вам плохо? Северус? Что мне сделать? Позвать Джинни?
— Гермиона, — тихо сказал он, прерывая ее поток вопросов, — просто помолчите.
Она удивленно уставилась на него. Просто осела рядом, в ожидании. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы взять себя в руки, и он поднял на нее усталый взгляд, улыбнувшись уголками губ.
— Все получилось…
— Что с вами было?
— Вам потребовалось много магии…
Гермиона поняла, что ему стало плохо от того, что произошел резкий отток. Она забрала слишком много. Беспокойно оглядывая его, она с облегчением отметила, что он быстро пришел в себя и сейчас выглядел нормально.
— Вы чувствовали ее? — с восторгом спросила она. Это был потрясающий опыт и Гермионе хотелось задать ему кучу вопросов.
Он кивнул.
— Таких ощущений я еще никогда не испытывал, — криво усмехнулся он, — но главное, что у нас все получилось.
— У вас получилось, — поправила Гермиона и дотронулась до своей правой руки чуть выше локтя, где до сих пор было неприятное жжение.
Она спустила рубашку с плеча и увидела, что ее руку чуть выше локтя теперь оплетает шрам, больше похожий на венок из терновника. Он оставил некрасивый след на ее коже и все еще горел, будто ей только что поставили клеймо.
— Что это? — нотки паники проскользнули в ее голосе.
— Метка чернокнижника…
— У вас такая же?
— Пока не могу сказать. И сейчас смотреть не буду, — сказал Снейп, заметив, что она уже открыла рот и он знал, что она хочет предложить.
Она ухмыльнулась и осмотрела его, тьма уже почти исчезла. Напряжение спало. Он снова стал обычным, насколько обычным может быть Снейп.
— У нас с вами теперь метки на руках… Это же не имеет никакого отношения к магии, которая используется при заключении магического брака?
— Нет, Гермиона, это не магический брак. Даже ваша смерть не заставила бы меня обречь себя и вас на подобное рабство, — в его голосе слышался сарказм. — Это просто следы, которые оставила очень темная магия. Черпать энергию из другого живого существа — такое в природе не жалуется.
— Как я могу быть уверена, что не причиняю вам вред?
— Я не настолько глуп, чтобы оставить вам такую возможность. Не забывайте, я сам наложил проклятие, я его контролирую. Если вы вдруг каким-то образом решите израсходовать всю мою энергию, я смогу разорвать нашу связь.
— Но тем не менее это связь, — протянула Гермиона, — означает ли это, что есть ограничения в расстоянии между нами?
Гермиона замерла, внимательно всматриваясь в лицо Снейпа. Она желала, чтобы он ответил положительно, ведь это бы означало, что он позвал бы ее снова в отряд. Снейп понял, о чем она думает, уголки его губ дрогнули.
 
— Ограничений нет.
Гермиона выдохнула. Она подозревала, что такая магия не должна ограничиваться подобным образом. Было бы странно, если бы чернокнижнику приходилось вечно таскать с собой человека, который к концу будет напоминать труп. Она подняла на него глаза, боясь спросить его о работе.
Он терпеливо ждал ее новых вопросов, зная, что они есть. Гермиона вздохнула и спросила совсем другое.
— Как это будет теперь происходить? Я просто колдую, за счет вашей магии? Что в это время будет с моей?
— Да, вы колдуете за счет моей магии. Все заклинания, создаваемые вами, будут черпать силу из моей энергии. Что касается вашей, я надеюсь, что вы сможете ее восстановить. Сейчас она будет в полном покое. Контролируйте свой разум. Ограждайте его от сильных стрессов и переживаний. Я бы посоветовал развивать окклюменцию. И разберитесь, что послужило триггером, — он скривился в усмешке, — до сих пор не могу поверить, что Уизли.
Последнее он сказал, просто желая закончить свою речь на более легкой ноте. Гермиона опустила голову, пряча улыбку. Потом кивнула и нерешительно произнесла.
— Северус…сэр, — она запнулась, — вы не передумали?
— Зависит от того не передумали ли вы? Условия те же.
Это были рабские условия. Она закусила губу, пытаясь оценить стоит ли поторговаться.
— Но ведь те условия вы ставили на основании моей нестабильности…
— Условия те же, мисс Грейнджер, — бесстрастно повторил он.
Гермиона внимательно смотрела в его непроницаемое лицо, темные глаза с нечитаемым выражением. Уговаривать его было бессмысленно. Но она не могла остаться дома, зная, что уже утром они все покинут ее дом для того, чтобы продолжить работу над делом. Она хотела поймать всех Пожирателей смерти до единого, ведь возможно тогда ей перестанут сниться кошмарные сны о войне. Возможно, тогда она узнает, что такое покой.
— Я согласна быть вашим напарником. Согласна прислушиваться к вашим советам и рекомендациям. Я даже буду подчиняться вам, но… — она запнулась, и он вскинул бровь, — не при ребятах. Ваши приказы, касающиеся всего отряда, я готова беспрекословно выполнять, но указания, касающиеся лично меня, пожалуйста, отдавайте только наедине.
Северус молчал, взвешивая все, перед тем как принять решение.
— И я могу с вами спорить, — поспешно добавила Гермиона, глядя ему в глаза. Он вскинул бровь.
— Это вряд ли.
— Всегда полезно узнать другое мнение. Сэр.
Ее губы растянулись в нерешительной улыбке, а глаза хитро сверкнули. Глядя на нее Северус, почувствовав, что не может ей отказать. Сегодня она его обыграла, потому что он готов был пойти на эту уступку. Очень медленно он кивнул, наблюдая за блеском ее глаз.
— Тогда… я могу приступать к работе?
— Не сейчас, — криво усмехнулся он. — Отдыхайте до утра. Осталось всего несколько часов. Утром через порт-ключ отправимся в штаб.
Он отвернулся, чтобы встать с ее кровати и удалиться, но маленькая ладонь накрыла его руку и сжала. Северус проследил за ее жестом. Потом его глаза встретились с ее искрящимися карими. В них было столько теплоты.
— Северус. Спасибо.
Она подалась вперед и обняла его. От него приятно пахло травами и ветром, она втянула носом воздух.
— Смогу ли я когда-нибудь отплатить вам за вашу доброту…
Она не ждала, что он ответит на ее реплику или обнимет ее в ответ, просто ей хотелось выразить всю ту благодарность, что растекалась в ее душе. Она осторожно положила голову ему на плечо. И когда он понял, что она не собирается его отпускать, его руки едва касаясь, легли ей на спину.
 
Джин, которая в это время несла в комнату Гермионы поднос с едой, остановилась перед приоткрытой дверью, не зная, закончили ли они уже все свои магические ритуалы. Она осторожно заглянула за неприкрытую дверь и оторопела. Ее дочь обнимала этого странного взрослого мужчину, ее рука поглаживала его по спине и он, насколько она могла судить, тоже обнимал ее. Джин отпрянула. Быстро спустилась назад в кухню и в ужасе посмотрела на Молли, которая только что устало плюхнулась в трансфигурированное из стула кресло.