Война закончилась, львёнок (СИ)

Бросилась снова в дом, к камину. Схватила летучий порох, вошла в огонь, громко произнесла дрожащим голосом.
— Нора.
Из камина в кухне Уизли она просто вывались. Потому что ноги отказывались слушаться. Сидевшие за столом Молли и Артур испуганно подскочили к ней, помогая встать, наперебой спрашивая, что случилось.
- Гермиона, — пытаясь набрать воздуха, говорила Джин, — Гермиона. с ней…что-то…
Спазм, сковавший горло, просто не давал ей все объяснить. На шум прибежала Джинни, свесившись через перила, она увидела трясущуюся Джин и нахмурилась. Она подбежала к ней и поняла, что та в шоке.
— Джин, успокойтесь, дышите — мягко сказала она, начав показывать, что глубоко вдыхает и Джин несколько раз повторила за ней, потом девушка спросила, — что с Гермионой?
Ее спокойный голос заставил Джин посмотреть на нее уже более осмысленно.
— Скорее за мной, — сказала она, и побежала к двери. Как она и подумала, даже отсюда было видно ту чертовщину, в которой она видела свою дочь. Уизли ошарашенно замерли, затем один за другим с хлопком исчезли, едва выбежав за ворота. Молли схватила ее за руку, и они тоже трансгрессировали.
Когда они с Молли оказались на месте, Джинни и Артур пытались подобраться к Гермионе. Артур кричал что-то дочери. Джин не расслышала. Молли сказала отойти подальше, оттолкнув ее и бросив на нее щит.
Теперь, когда Джин могла только наблюдать, она с трудом сохраняла самообладание. Ей еще никогда в жизни не было так страшно.
Она смотрела как три волшебника сыпали заклинания, но ничего не менялось. Джин с ужасом подумала, что они не знают, что делать. Она смотрела как Джинни что-то говорит родителям, заставляет их опустить палочки и отойти. Сама убирает палочку и начинает с трудом продвигаться к Гермионе. С каждым шагом она становилась ближе к ней на пару сантиметров, пробиваясь через плотное энергетическое поле вокруг крутившейся смерчем земли. И она смогла это сделать. Она прошла.
Джин не видела, что происходило внутри, но в следующий миг земля осыпалась на землю, присыпав обоих и все смогли увидеть, что Джинни сидит рядом с потерявшей сознание Гермионой. По лицу рыжеволосой девушки струйкой стекает кровь. Джин с криком бросилась к дочери, падая на колени и стирая грязь с лица.
Она подняла расширившиеся от ужаса глаза на Джинни:
— Она холодная. Она…
Она не смогла сказать это слово. Умерла. Нет, Гермиона не могла умереть.
Пару взмахов палочкой и Гермиона уже чистая и лежит на носилках.
— Что она тут делает? — пораженно спросила Молли.
— Тут ее дом, — Джин сделала неопределенный жест рукой в сторону, где ей казалось был дом, которого она сейчас правда не видела. — Но я не знаю, как теперь туда попасть.
— Наверняка Гермиона наложила хорошую защиту, но предусмотрела, чтобы ты и твой муж смогли зайти туда. Тебе просто надо нащупать границу, — сказал Артур, стараясь выглядеть спокойным.
Джин кивнула и поднялась на ноги. Она пошла в ту сторону, откуда как ей казалось она вышла. Несколько шагов и перед ней появился дом, она вернулась и провела остальных. Джинни держа палочку, управляла носилками.
Они расположили Гермиону в спальне и Джинни склонилась над ней, произнося заклинания. Джин знала, что она работает целителем в больнице и просто доверилась ей. Хотя все ее существо кричало о том, чтобы позвонить в скорую, она понимала, что сейчас этим дочери не помочь.
Джинни бросила ей что Гермиона жива и больше ничего не сказала, попросив не отвлекать. Она попросила Молли принести из Норы ее сумку и когда она была перед ней, достала оттуда несколько бутыльков и надавив на подбородок Гермионе, влила их ей в рот.
Спустя долгих двадцать минут манипуляций, она повернулась к стоящим возле стены родителям и Джин. Вид у нее был мрачный и слегка пугающий из-за запекшейся на лице крови.
— Я не знаю, что с ней, — мрачно констатировала она, — Сейчас она получила первую помощь, и ее можно будет переместить в Мунго. Но чтобы ее вылечить, нужно узнать, что с ней случилось. Джин, вам что-нибудь известно?
 
Та покачала головой.
— Я только знаю, что у нее все время не было времени, она много работала над делом.
Артур кивнул.
— Да, она состоит в отряде по поимке Пожирателей, об этом сплетничали в Министерстве.
— Может это какое-то проклятие? — предположила Молли полушепотом.
— Вполне может быть, — угрюмо кивнула Джинни, — меня сейчас беспокоит только одно — температура не поднимается. Я наложила согревающие чары, но они не эффективны. Странно что она вообще жива с такой температурой. Надо связаться с их начальником. Тогда станет ясно, что было в последние часы и что случилось с ней
Артур согласно закивал.
— Тогда я вернусь в министерство, нужно рассказать Алдриджу о том, что случилось. И Кингсли, желательно, учитывая, их отношения.
— Хорошо, — сказала Джинни и взглянула на мать, — мам, отведи Джин на кухню и позаботься о ней, она сейчас упадет.
Джин слабо запротестовала, собираясь остаться рядом с дочкой, но Джинни строгим голосом выставила ее из комнаты, сказав, что ей нужно остаться с пациентом наедине. Она вручила матери несколько склянок, которые необходимо было заставить принять Джин и выставила их.
Когда все вышли, Джинни подошла к двери и закрыла ее. Прислонилась лбом к деревянной поверхности, собираясь с мыслями. Прошла в ванную и умылась. Затем подошла к Гермионе укутывая ее еще одеялами, которые нашла в комоде. Наложила еще раз согревающие чары. Разожгла камин. Легла рядом с ней, обняв одной рукой и пытаясь греть еще своим телом. И заплакала.
— Прости, Гермиона… Мне так тебя не хватало.
Она приподнялась на руке, убрав волосы с лица и осмотрела изможденное серое лицо подруги.
— Что с тобой стало?
Джинни положила голову на подушку рядом и засекла время. Через двадцать минут нужно было повторять заклинания и снова дать ей зелье. Скорее бы вернулся отец с кем-нибудь из Министерства. Возможно, появились бы ответы на тысячи вопросов, которые роились в ее голове. Она подумала, не отослать ли патронуса Гарри.
Джинни встала и закусила губу, лихорадочно соображая. Взмахнула палочкой.
— С Гермионой беда. Приходи в ее дом.
Отправила и тут же пожалела. Но вздохнув, решила, что, наверное, это правильно. Особенно если взять в расчет предположение о том, что они вместе. Она до сих пор не знала этого наверняка. Если это так, Гарри не мог оставаться в неведении. Она вдруг осознала, что эта мысль больше не поднимает в ней волну ненависти и обиды. Ситуация с Гермионой заставила совсем иначе посмотреть на все это. Внезапное осознание, что подруги ей не хватало сильнее чем парня, словно открыло глаза на истинное положение вещей в отношениях с Гарри.
Она потрогала лоб Гермионы и руки. Ей показалось, что она слегка потеплела. Взглянула на часы. Еще пять минут. Надежда согрела Джинни. Она села на кровати, держа руку Гермионы.
Вдруг внизу послышались голоса и торопливые шаги по лестнице. В дверь сильно застучали. Она встала, поправив одежду, затем взмахнула палочкой, открывая замок.
В комнату ворвались два человека, которых Джинни меньше всего ожидала увидеть вместе. Гарри Поттер и Драко Малфой.
— А он что здесь делает? — воскликнула Джинни.
— Я ему говорил, что к бывшей лучше не идти, — весело протянул Малфой, но потом его взгляд упал на Гермиону и он замолк.
Гарри тем временем уже был рядом с Гермионой. Он стоял над ней, глядя в изменившееся лицо подруги. Взял ее за руку и осел на кровать рядом. Его кожа приобрела слегка серый оттенок, не такой как у Гермионы, но отдаленно напоминающий его. Руки дрожали.
 
— Почему она настолько холодная, — испуганно пробормотал он, пытаясь вспомнить, что Гермиона говорила ему про растрату магии, когда они говорили в последний раз.
Джинни, смерив Малфоя испепеляющим взглядом, отвернулась от него и прошла к Гермионе.
-Если бы я знала, я бы уже это исправила, — ответила Джинни, отмечая, что Гарри держит руку Гермионы обеими руками.