Война закончилась, львёнок (СИ)

— Очень интересно… Так значит, не просто дружба, — холодно посмеивался Селвин, расстегивая застежку мантии. Гермиона задрожала от страха и отвращения. Пожиратели вели себя непринужденно, будто ничего особенного не происходит. Селвин встал, возвышаясь над ней. — Подними ее на ноги, Эйвери.
Пожиратель рывком поставил девушку. Занемевшее тело отдало неприятным покалыванием. Гермиона выпрямилась и встретилась с карими глазами Селвина. Он стоял так близко, что она могла рассмотреть его радужки до мельчайших деталей. Девушка отметила, что черты его лица очень аристократичны: тонкие и четкие линии, длинный прямой нос, аккуратная бородка и яркие глаза, — он мог бы быть красивым, не будь таким отвратительно-отталкивающим из-за выражения на этом самом лице, светящимся безумным удовольствием. Гермиона посмотрела поверх его плеча, пытаясь поймать взгляд Снейпа, и, хоть он и смотрел прямо на нее, у Гермионы создавалось ощущение, что он ее не видит, словно смотрит сквозь. От этого ей становилось еще страшнее. Девушка смотрела на него и видела незнакомца. Страшного и холодного. Такого Снейпа она боялась больше, чем сумасшедшего перед ней.
Селвин обошел ее сзади, оттолкнув Эйвери, и притянул к себе, схватив за шею. Его вторая рука грубо ощупала ее тело.
— Она похожа на ту, предыдущую? — спросил он, глядя на Северуса.
Гермиона хотела закричать от отвращения. Ее тошнило от всей этой ситуации. Ведьма настойчиво сверлила Снейпа взглядом. Ей нужно было встретиться с темнотой его глаз, чтобы понять, что не одна. Гермиона очень хотела попросить его взглянуть на нее. Уголок его губы дернулся в презрительной усмешке.
— Нет, та была…
— Заткнись, Эйвери, я говорю не с тобой, — грубо оборвал его Селвин, холодным и беспрекословным тоном.
— Как и хотел сказать Эйвери, та была рыжей!
Девушка с трудом верила, что перед ней Северус Снейп. По его усмешке, безразличному взгляду, по тому, как лениво его глаза обводили фигуру Гермионы, и по тому, как пренебрежительно он говорил о Лили Поттер, — нельзя было сказать, что это Северус, которого она знала.
— А какая лучше, Снейп? — хрипло засмеялся Родольфус, высовывая язык при этом, как его покойная жена. — Хоть этой-то ты должен поделиться с нами.
— Мы всегда делимся, правда, же? — тихо сказал Селвин ей на ухо, и его рука скользнула к вырезу рубашки. Гермиона перехватила ее, останавливая, отчего мужчина перекрыл ей кислород, сильно сдавив шею. Она продолжала бороться, распаляя его сильнее. Ей удалось откинуть руки от груди и пару раз ударить Пожирателя, прежде чем вдруг почувствовала, что тело перестало ее слушаться. Она просто замерла. Хотя мозг кричал: “Дерись!” - она тяжело дышала, готовая бороться до конца, но не чувствовала тело. Паника отразилась в ее глазах, Гермиона захотела закричать, но и этого не смогла сделать.
— Ну что, так нравится? — Селвин обошел ее и встал лицом к лицу. В его руках была палочка. Вероятно, он что-то с ней сделал. Что-то страшное. Это был определенно не Империус, потому что Гермиона все осознавала. Какая-то неизвестная ей темная магия. И судя по тому, как веселились остальные, они понимали, что именно происходит. В отличие от нее. Руки Селвина скользнули по ее груди, и он рванул рубашку, распахивая ее в разные стороны, оставляя девушку в одном белье. Больше он к ней не прикасался, только торжествующе смотрел в глаза. Потом наклонился ближе и так, чтобы слышала только она, прошептал: — Ты будешь молить, чтобы тебя убили сегодня. И я не уверен, что буду милосерден, чтобы сделать это…
— Сними эту мерзкую магию, — вдруг потребовал Северус, скривившись.
Глаза Селвина сверкнули, и он обернулся к нему.
— Тебе жалко ее, Северус? — подозрение в голосе было таким очевидным, словно он специально разыграл эту сцену, чтобы подтвердить свои догадки.
— Нет, — бросил Снейп, — просто я не люблю, когда они настолько послушные. А подобная магия оставляет след. Пока девчонка мне не надоела, не применяй ее.
Селвин рассмеялся и перевел задумчивый взгляд на Гермиону.
 
— Знаешь, возможно в твоих словах есть смысл, но она будет сопротивляться…
— Разве не в этом прелесть? — глаза Северуса сверкнули, а на губах заиграла страшная улыбка. Гермиона сглотнула, убеждая себя, что это игра. Он играет. — Если ты боишься, что она тебя поранит… — Снейп недоговорил, медленно приблизившись к Гермионе. Одним пальцем поднял ее подбородок, бесстрастно глядя в глаза, и вкрадчиво произнес: — Будь хорошей девочкой и стой смирно.
Гермиона ощутила свободу в движениях, но слова Северуса заставили ее замереть, как лань в свете фар. В груди у ведьмы начинала биться истерика. Она смотрела на него, жадно ища в его взгляде какой-то намек, подсказку. Он мог бы сказать ей об этом, как легилимент. Но он презрительно усмехнулся, осмотрев ее лицо, и отвернулся. Нижняя губа девушки задрожала, и она с силой ее прикусила, запрещая себе плакать. Гермиона наткнулась на изучающий взгляд Селвина.
— Какая послушная, — усмехнулся он, пробегая глазами по ее лицу. Потом резко подался вперед, обхватив ее голову руками, и Гермиона почувствовала, как он ворвался в ее голову. Она была к этому готова, выставив щиты, как только очнулась. Гермиона ощущала его иначе, чем Северуса. Она помнила, как тот был груб в первое время, и Селвин тоже сейчас не церемонился, но Гермиона могла выдержать его проникновение. Голова раскалывалась, ведьма ощущала его злость, и почему-то ей захотелось злорадно рассмеяться, но она решила, что дразнить этого зверя дальше не стоит.
Он резко отпустил её, и девушка едва устояла на ногах. Гермиона опустила голову, собираясь с новыми силами. Селвин еще некоторое время стоял, рассматривая ее лицо, потом отвернулся, прошел к своему креслу и сел. Северус сел напротив и позволил налить себе еще вина.
В голове у девушки кровь шумела с такой силой, отдавая пульсацией в висках, что некоторое время она слышала только звон. Голова кружилась, но Гермиона упрямо смотрела прямо перед собой, стараясь не покачнуться. Она больше не пыталась перехватить взгляд Северуса. В этой пустоте для нее ничего нет.
— …поэтому мне было странно осознавать, что ты до сих пор не с нами, — говорил Селвин, буравя Северуса взглядом.
— Ты мог прийти ко мне и нормально рассказать обо всем, — скривился Северус и посмотрел на огонь, — ты же устроил представление с грязнокровкой в главной роли… Я не люблю игр.
— Про тебя ходили неоднозначные слухи, — медленно произнес Селвин, потирая аккуратную бородку, — я не мог рисковать и приходить сам.
— Я был удивлен выбором образа, — в этой фразе слышался вопрос, и Селвин рассмеялся.
— Самая знаменитая и влиятельная грязнокровка волшебного мира, что здесь удивительного? Всеми любимая подружка великого Гарри Поттера, — он скривился в отвращении, когда снова посмотрел на девушку. — Не позволительно подобным отбросам занимать в волшебном мире такие позиции. Та репортерша, — Селвин обернулся к стоящему поодаль Пожирателю, — Треверс, как ее…
— Рита Скитер, — подсказал Треверс, слегка склонив голову.
— Да, Скитер, помогла нам немного сбить спесь с этой мрази, но само ее существование… А потом птичка напела нам, что ты носишь эту грязнокровку на руках. И вот…
— Откуда у тебя было мое ДНК? — спокойно спросила Гермиона, стараясь не выдать дрожание голоса. Она всегда хотела узнать, кто ее предал. И может быть она не переживет эту ночь, но хоть узнает, как они это провернули.
— Твое — что? — непонимающе посмотрел на нее Селвин, не поняв ее вопрос и даже ничего не сказав по поводу вмешательства в разговор.
 
— Маггловские словечки, — сплюнул рядом с ней Эйвери, — что еще можно ожидать от грязнокровки?
— Частица меня, которая добавляется в зелье… — спокойно пояснила Гермиона, проигнорировав Эйвери. — Откуда?
Селвин облизал губы и злорадно усмехнулся.
— С такими друзьями, как у тебя, и врагов не надо, — туманно ответил он, и Гермиона едва не закричала, что он лжет. Это не мог быть кто-то из ее друзей. Никто бы не стал помогать Пожирателям смерти. Она стояла, прокручивая эту информацию и растерянно моргая, пока Селвин продолжил что-то спрашивать у Северуса.