Непоседливое счастье Тёмного лорда

– Нет, – замотала головой, – мне и так живётся неплохо.
– Неплохо – это ещё не хорошо, – нахмурившись, проворчала она. – Но хочешь того или нет, а принять всё равно придётся. Что я, зря, что ли, столько лет ждала, когда ты вырастешь? Тем более, тебе же всё равно нужно узнать о родителях? Ты искала такую возможность всю жизнь. А для этого необходимо перебраться в родной мир, а чтобы туда перебраться, нужно найти ведьмовское место силы, а без моего дара ты сделать этого не сможешь. Прими, не вредничай. Золото и каменья заберёшь свои с собой, – старушка бахнула на стол рюкзак и развязала завязки, демонстрируя содержимое, переливающееся всеми цветами радуги, – будешь жить со своим красавчиком припеваючи и горя не знать. Только прими мой дар. Ну же…
Слишком активно она расписывала прелести принятия силы, слишком желала избавиться от неё. И это настораживало всё сильнее. Хотя, с другой стороны, о родителях разузнать действительно хотелось. Да и читать людей как раскрытые книги не помешало бы тоже.
«Возьми, возьми… – всё настойчивее нашёптывало в голове, подтачивая уверенность в том, что чужого добра мне не нужно, – прими дар, скажи – да».
Перед глазами расплывалось, а дремота подступала всё сильнее, размывая грань между явью и сном, затуманивая разум, заставляя делать то, что в здравом уме я бы не сделала никогда…
Резкий телефонный звонок, раздавшийся возле уха, заставил приоткрыть глаза. Борясь с подступающей тошнотой, я коснулась экрана, принимая вызов.
– Слушаю.
– Макарова, ты где? – требовательный голос начальника мгновенно развеял остатки сна. – Уже начало десятого, а тебя всё нет. Выговор захотела?
– Нет, – сглотнув, ответила я, пытаясь сообразить, почему в субботний день мне звонит этот трудоголик.
– Выходные, судя по голосу, стороной не прошли, – ехидная усмешка, прорвалась сквозь тишину эфира, – ладно, даю отгул, поскольку, зная тебя, понятно: случилось что-то действительно серьёзное и крайне значимое, если ты в таком состоянии с утра пораньше. Но завтра чтобы была как штык, бодрая и свежая, с подробным докладом о том, чем занималась в последние дни. А то я же лопну от любопытства…
В этом был весь наш начальник. Эдуарт Валерьевич, из-за отсутствия личной жизни, очень интересовался жизнью своих подчинённых. До встречи с ним я не думала, что есть мужчины, которые любят сплетни больше, чем старушки на лавочке у подъезда. Оказывается, есть. Но эта его особенность не делала Эдуарда менее требовательным к своим сотрудникам. Он уходил последним с работы сам и ожидал неукоснительного выполнения производственного плана от других. Так что пахать мне завтра до полуночи, чтобы этот самый план нагнать. Отгул показателем послабления в нашем деле не является.
Кстати, а что, собственно, случилось? Почему я не помню, как прошли выходные? И где вообще я нахожусь?
Взгляд бездумно перемещался по чьей-то кухне, пока не остановился на картине с искажёнными лицами.
– Анна Павловна, – воскликнула я, вскакивая на ноги, но тут же со стоном снова падая на стул, а из туманной дымки воспоминаний выныривали всё новые и новые подробности произошедшего в этой квартире.
– Не кричи, – раздался с соседнего стула хриплый мужской голос, принадлежавший, при детальном рассмотрении, весьма помятому Анджею, на лице которого запечатлелся узор от рельефной клеёнки, расстеленной на столе, – голова раскалывается.
– Пить меньше надо, – скривилась я, но тут же себя одёрнула, поскольку находилась в таком же состоянии, как и он, а может, и ещё худшем.
– Так я же только чай, – насупился мужчина.
– Вот именно, что чай, – проворчала, поморщившись от усиливающейся головной боли, ожидая появления хозяйки, но Анна Павловна своим присутствием нас радовать не торопилась. – Зашли в гости, называется. Надеюсь, ничего противозаконного мы здесь не натворили? И что, интересно, она добавила в чай? Отчего вместо воспоминаний в голове одна каша, приправленная головной болью?
– Последнее, что я помню, это разговор про временную ловушку, – подумав, выдал мужчина.
 
– Я помню немного больше, – потёрла переносицу, пытаясь придать ясности мыслям. – О сокровищах и счастливой жизни с каким-то красавчиком, но общая картина произошедшего от этого чётче не становится.
Не знаю, сколько бы мы так перебирали в памяти события прошлых дней и строили предположения, если бы в углу на шкафу с раздражением не ухнула белая сова, взявшаяся неизвестно откуда. Вчера её здесь точно не было. Правда, в другие комнаты я не заглядывала и утверждать, наверняка, не берусь.
Ох, и страху я натерпелась, когда, нахохлившись и расправив крылья, та спикировала мне прямо в лицо. Но зато, отклоняясь с траектории полёта, я заметила на полу белый лист, свёрнутый пополам, который, похоже, упал со стола, а рядом с ним стоял тот самый рюкзак с сокровищами, который, по словам старушки, когда-то прибыл вместе со мной в этот мир.
Так-с, часть воспоминаний получили своё подтверждение, осталось разобраться, куда делась хозяйка, и можно уносить ноги. Разворачивая лист бумаги, под одобряющий клёкот совы, я очень надеялась, что это записка от Анны Павловны. И не ошиблась. Вот только содержание сообщало вовсе не о том, что старушка ушла в булочную.
«Не знаю, получится ли у нас провернуть задуманное, но лучше уточню здесь, на бумаге, чтобы потом не кусать локти. То, что вы ищете, ведьмы называют местом силы. Ближайшее к нам имеет чудное название «Медвежья гора». И не только из-за того, что по форме она напоминает спящего медведя, так что будьте осторожны, когда окажетесь там. С остальным разберётесь на месте. Пусть Боги хранят ваш путь!».
 
Глава 5
 
Передав Анджею записку для изучения, я уткнулась в телефон, бормоча себе под нос:
– Медвежья гора, медвеж… мягкий знак, где мяг… а, фух, в упор смотрю и не вижу, зрительная аномалия какая-то. Стоп, в гугл картах нет поблизости места с таким названием.
Сидящая на спинке стула сова демонстративно закатила глаза, будто в жизни ничего не слышала глупее.
– И почему эта пернатая особа мне напоминает Анну Павловну? – наблюдая за чересчур выразительной мимикой птицы, ткнула локтём в бок Джея, отчего тот обвиняюще зашипел.
– И чем, интересно? Формой клюва? Или, может, разрезом глаз, – съязвил мужчина. – А, нет, цветом перьев, конечно же. У Анны Павловны была точно такая накидка на плечах.
– Очень смешно, – скривилась я. – Ладно, будем считать, что это всего лишь подтверждение теории о том, что питомцы чем-то похожи на своих хозяев.
– Лучше бы подумала где найти эту «Медвежью гору», а не выдумывала глупые теории.
– И ничего я не выдумывала, – отмахнулась, размышляя над тем, а не спросить ли маршрут у этого пернатого создания, явно наделённого недюжинным интеллектом.
Сова вновь демонстративно закатила глаза к потолку и, взмахнув крыльями, перелетела на холодильник, с которого тут же грохнулся на пол толстенный справочник с интересным названием «Заповедные места России».
Пробежав оглавление, я с радостью обнаружила знакомое название и помахала талмудом перед носом Анджея.
– «Медвежья гора» одно из величайших мест силы, – зачитала я, – находится на берегу… О, так это в паре часов езды отсюда. Если поторопимся, то до вечера успеем всё сделать.
Не знаю, что именно я подразумевала под этим «всё», но Джей, посмотрев на меня с долей неприкрытого скептицизма, промолчал. Ну, и ладно, мне бы только дослушать то сообщение из медальона, а дальше будем разбираться с проблемами по мере их поступления.
О том, что новому знакомому нужно возвращаться в свой мир, я старалась не думать, как и о том, что я, вроде как, теперь его подопечная и он за меня в ответе. В мыслях выстраивались планы на будущее в этом мире. Почему-то хотелось, чтобы Джей остался здесь. Мы бы продолжили общаться дальше, я помогла бы ему устроиться к нам на работу… Но на этом моя неуёмная фантазия давала сбой, поскольку Анджей и рутинная работа казались несовместимы.