Дело о стрелах возмездия (СИ)

— Именно так, ваше сиятельство! Так вот, она узнала, что среди нашей братии циркулируют слухи о том, что из дома баронессы злодеи похитили вовсе не золото и картины, а магические артефакты невероятной ценности. Мне точно известно о двух из них: неком большом зеркале в бронзовой раме и чёрном кинжале, который используется для убийства на расстоянии. К тому же там были какие-то книги, чрезвычайно редкие, несколько приспособлений для выпускания отравленных дротиков и набор бутылочек с опасными ядами.
— Погоди, — остановил его Марк. — Они точно выкрали у неё большое зеркало и тот кинжал?
— Так говорят, ваше сиятельство. Я решил проверить эти слухи и кое-что узнал. Следует пояснить, что после того случая, когда нас изловили и отправили в Белую башню на разбирательство к господину Филбертусу, а после изъяли все наши принадлежности для гадания, дела у нас пошатнулись. И если Минерва может рассчитывать на благосклонность своих воздыхателей, господин Монье достаточно умён и вообще обходится без всяких там карт и стеклянных шаров, а у Армуса и госпожи Регины есть свой круг давних клиентов, мои дела шли совсем плохо. Потому я нашёл приработок, поступив в услужение к графу Леклеру. Он изучает магию, собрал коллекцию магических книг и иногда проводит ритуалы, уверяю вас, совершенно невинные, скорее, ради эксперимента, чем с целью достижения какого-либо важного результата. Он платит мне немного, но на кусок хлеба и оплату аренды хватает. Так вот, этим утром он получил письмо, в котором говорилось о продаже этих артефактов.
— То есть, ему предложили их купить? — заинтересовался Марк. — Кто же?
— Не знаю. Дело в том, что я видел это письмо лишь мельком и не смог ни взять его, ни скопировать, но я запомнил его содержание.
— И что же в нём было?
— Список предметов, похищенных у баронессы де Флери. Там было указано, что продавец не располагает достоверными сведениями о том, сколько они могут стоить, но желает их продать. Потому он предложил графу Леклеру самому указать цену, которую он готов заплатить за тот или иной артефакт, а так же сообщить своё имя и представить гарантии соблюдения секретности сделки. Ответ следует изложить письменно и доставить его в трактир «Жеманная роза» и передать хозяйке для вручения девице Паризо. Затем, после получения ответов от всех, кто пожелает приобрести артефакты, продавец выберет наиболее выгодные для себя предложения и назначит встречу.
Марк задумчиво постучал пальцами по столу и спросил:
— Граф Леклер заинтересовался этим предложением?
— Он пока думает об этом, но, скорее всего, он не станет отвечать. Он не так богат, а эти артефакты наверняка очень дороги. К тому же он понятия не имеет, для чего нужно то зеркало, а кинжал и яд его не интересуют, потому что он никого не собирается убивать даже на расстоянии. Он взял письмо и отправился к своей приятельнице госпоже Риваж, но лишь для того, чтоб позабавить её.
— Понятно. А сам ты можешь выступить в качестве покупателя?
— Да кто ж поверит, что у меня могут быть такие деньги! — воскликнул Топфер. — Этот загадочный продавец наверняка разослал свои письма людям состоятельным, имеющим определённый интерес к магии. От них он и ждёт ответа. Вряд ли я мог бы одурачить его!
— Логично, — задумчиво пробормотал Марк, выдвигая ящик стола, чтоб достать оттуда маленький кошелёк с мелкими серебряными монетами. — Значит, «Жеманная роза», девица Паризо.
Он бросил кошелёк на стол и тот моментально исчез, пропав в складках старой мантии Топфера. Молодой человек поднялся и, кланяясь на ходу, попятился к двери. Проводив его взглядом, Марк поднялся.
— Я иду домой, — сообщил он. — Эдам, предупреди об этом клерка канцелярии, на случай, если за мной пошлёт король, а потом иди в Белую башню и испроси для меня аудиенцию у Чёрного лорда.
— Не пойду, — буркнул оруженосец, отвернувшись.
— Давайте я схожу, — поспешно предложил Шарль, вскочив с места.
— Я велел это сделать ему, — возразил Марк. — В чём дело, Эдам? Это задание так сложно для тебя?
 
— Я не хочу идти через весь дворец в Белую башню, — проворчал тот, отвернувшись. — Теперь все знают, что я сын предателя и будут показывать на меня пальцем и осыпать проклятиями.
— Конечно, я понимаю, — кивнул Марк. — Что ж, отправляйся домой, запрись в своей комнате и не выходи до отъезда в луар с Ортантом. А потом там и оставайся.
— Вы меня прогоняете? — вскочил юноша, обиженно глядя на него.
— Конечно. Зачем ты мне нужен, если не желаешь выполнять мои поручения? И не смотри на меня так! Ты думаешь, я теперь окружу тебя непроницаемой стеной тайны, чтоб ты мог спокойно пережить свою трагедию? Так не надейся на это! Да это и не к чему. Ты, и правда, считаешь, что сейчас весь город говорит о тебе? Что во дворце нет иных тем для пересудов, кроме твоего признания? Эдам, мы в Сен-Марко! Здесь никому нет дела до того, что произошло двадцать лет назад в луаре! Никто не знает и знать не хочет о каком-то там алкорском графе, имя которого может запомнить только тот, кто говорит на энхилдере, и уж тем более имя его оруженосца. Или ты всерьёз думаешь, что, когда ты проходишь по залам дворца, все вокруг узнают тебя и шепчутся: «Смотрите, это идёт барон Аларед!» В лучшем случае тебя знают как моего оруженосца, но для большей части придворных и слуг ты не более чем ходячий предмет интерьера. И уж если тебе так горестно сознавать, что позор отца пал на твою голову, то вспомни о несчастном Эжене Монтре, которого обвиняли во всех преступлениях, совершённых его отцом. Ещё недавно только ленивый не поливал его грязью, но он выстоял в этом испытании и сейчас входит в круг молодых рыцарей, которых считают надеждой королевства. Так ты выполнишь мой приказ или будешь и дальше страдать, забившись в угол?
— Я сделаю всё, что вы велели, ваше сиятельство, — немного подумав, поднялся Эдам. — Простите мне моё малодушие.
— Ладно, — проворчал Марк. — Как только передашь мою просьбу стражникам у подножия Белой башни, сразу домой! Ты можешь мне понадобиться.
И более не взглянув на юношу, он направился к двери.
Как и предполагал Марк, Аргент не заставил себя долго ждать. Ему, похоже, нечем было заняться в Чёрной башне, и он тут же воспользовался поводом, чтоб покинуть её. Усевшись в кресло возле камина, он благосклонно наблюдал за тем, как Марк наполняет его кубок вином из Лианкура, а потом с удовольствием вдохнул аромат драгоценного напитка и осмотрелся, задержав взгляд на прозрачной стене, за которой темнел в сумерках уютный садик, подсвеченный разноцветными фонариками.
— У тебя чудный дом, мой милый, — поделился он своим наблюдением, — не то, что у меня. Я могу обвесить все стены моих казематов гобеленами и расставить в углах скульптуры обнажённых девиц, но от этого там не станет менее аскетично. И темнота… Факелы и свечи никогда не заменят больших окон, а своды потолка всё равно будут давить на плечи, как могильная плита.
— Звучит безнадёжно, — усмехнулся Марк, взяв свой кубок.
— Именно поэтому мне больше нравится жить в городе, но это не всегда получается. Ты уже готов вернуть мне эту папку? — спросил он, заметив на столике возле кувшина копию дела принцессы Морено. — Помогло?
— Пока не знаю, но, надеюсь, что поможет. Я пригласил вас по другому делу, ваше высочество. Впрочем, это не срочно, так что, может, сначала поужинаем?
— Заманчиво, но нет. У меня сегодня мало свободного времени, потому что к ужину меня ждёт Инес. Иногда она приглашает меня в свои покои, чтоб накормить, и я теряюсь в догадках, не пытается ли она всё-таки подобрать яд, который вызовет у меня хотя бы лёгкое недомогание. А, может, я просто выдумываю. Так что же такого несрочного заставило тебя отправить ко мне оруженосца на ночь глядя?
— Это касается вещей, похищенных недавно из дома баронессы де Флери.
— Ну, да, я слышал. Те самые зеркало и кинжал, которые увели из-под носа у Филбертуса. Откуда они у баронессы?