Письма на воде (СИ)

Он повернул к покоям невесты, как вдруг увидел стоявшего на коленях восьмого принца.
– Ван Ук?
– Я осмелился прийти, чтобы обсудить с вами кое-что, – проговорил принц, поднимая взгляд на короля.
– И почему же такой умный мальчик, как ты, преградил мне путь? – поинтересовался Тхэджо, заранее зная, что услышит в ответ.
– У нас очень много влиятельных родственников. Все стараются породниться с королевской семьёй. Я хотел бы узнать, для чего вы хотите породниться именно с этой семьёй.
– У меня есть очень веская причина. Мне нужна помощь семьи Хэ, чтобы остановить войну с киданями{?}[Кидани – кочевые монгольские племена, в древности населявшие территорию современной Монголии и Маньчжурии.]. Ну а ты почему так противишься этому браку?
– Дело в том… – неуверенно начал Ван Ук, но над ним чёрной глыбой вдруг вырос Ван Со и прямо обратился к королю:
– Разве нельзя решить эту проблему по-другому?
– Да что на всех вас нашло! – рявкнул, не сдержавшись, Тхэджо.
Что же это за напасть! Все будто сговорились за его спиной, от королевы Ю до самых разумных его сыновей!
– Ваше Величество, – не сдавался четвёртый принц. – Мы просим услышать нас и отменить этот брак.
– Вам что, не дорога собственная жизнь? – угрожающе нахмурился король.
Ван Со смело шагнул вперёд:
– Я нашел свидетеля, который утверждает, что Ха Чжин Хэ в сговоре с киданями. Вы должны наказать его и передать охрану границы другой семье. Назначьте Хэ магистратом города. И тогда нас ждёт перемирие. Вам не нужен брак. Есть и другие способы держать семью Хэ в рамках. Неужели вы действительно хотите породниться с ними?
Король на минуту опешил. А этот мальчик не так-то прост! Нужно приглядеться к нему повнимательнее. А пока стоит преподать ему урок.
– Этот брак неизбежен, – твёрдо сказал он, замечая, как меняются в лице оба принца. – Если я накажу семью Хэ за заговор, как вы предлагаете, к обеду северная граница нашей страны будет нарушена вражеской армией. Если я захочу проучить семью Хэ, вы не боитесь реакции других могущественных кланов? – король обращался к обоим принцам, но смотрел при этом только на Ван Со, словно вкладывал в его голову прописные политические истины. – Во дворце так не принято. Для любого действия нужна очень веская причина. Ты должен найти лучший предлог, чтобы предотвратить этот брак. Это понятно? А твоя причина – не лучшая.
Четвёртый принц, потупившись, с поклоном уступил отцу дорогу.
Неужели это – всё? Он лихорадочно пытался придумать хоть что-то, чтобы остановить короля. До спальни невесты оставалось всего лишь несколько шагов!
Оглушительный звон бьющегося фарфора заставил его поднять голову.
В коридоре, между королём и принцами, стояла Хэ Су. Из её порезанного запястья на ковёр обильно текла кровь, а рядом валялись осколки вазы.
– В таком случае я дам вам лучшую причину, – прерывисто проговорила Хэ Су, зажимая глубокую рану и морщась от боли. – Если на моём теле будет шрам, я не смогу стать женой короля. Поэтому, Ваше Величество, отмените брак и отпустите меня!
Ван Со, окаменев, с ужасом переводил взгляд с короля на неё и обратно.
И вдруг Тхэджо рассмеялся:
– А ты сильнее некоторых мужчин!
Правда, смотрел он при этом не на неё, а на четвёртого принца.
– Министр, приведите во дворец Ха Чжин Хэ, – бросил он и ушёл.
Едва Тхэджо скрылся за поворотом, силы оставили Хэ Су, и ноги её подломились. Ван Со рванулся к ней, но его вдруг словно кто-то толкнул в грудь – он отчётливо ощутил удар в рёбра.
«Шаг назад!» – прозвучал у него в ушах голос Чжи Мона, и четвёртый принц замер, глядя, как Ван Ук бросился к Хэ Су и подхватил её на руки у самого пола.
«Иногда, чтобы уйти далеко вперёд, нужно вовремя остановиться. И даже сделать шаг назад». Эти слова звездочёта бились в висках Ван Со, пока он шёл за Ван Уком, который на руках нёс бесчувственную Хэ Су к лекарю в сопровождении остальных принцев.
Выйдя из дворца, Ван Со застыл на ступенях и мрачно смотрел им вслед.
Почему? Ну почему он должен был остановиться? Неужели у восьмого принца больше прав на Хэ Су, чем у него? Почему он не мог вот так же сейчас нести её на руках, чтобы она прильнула к нему, а потом, открыв глаза, увидела его, а не Ван Ука?
 
Что ещё хотел сказать ему Чжи Мон? От чего предостеречь? Чему научить, будь он проклят со всеми своими знаниями и тайнами!
Ван Со поднял глаза на башню звездочёта и вздрогнул.
Под самой её крышей на балконе стоял Чжи Мон и наблюдал за происходящим во дворе, удовлетворённо сложив руки на груди. Перехватив потерянный взгляд Ван Со, астроном вдруг подмигнул ему и улыбнулся.
Всё шло по плану.
***
Третьим пунктом в плане Чжи Мона значился король.
Тут ожидать чего-то конкретного было нелегко, но зато астроном и ближайший советник мог рассчитывать на своё немалое влияние и авторитет.
Отменив брак и тем самым ночь его консумации, король заперся в приёмном зале и до утра разбирался с документами, выискивая следы причастности семьи Ха Чжин Хэ к заговору против престола.
Чжи Мон, с переменным успехом сражаясь с зевотой, наконец не выдержал:
– Ваше Величество, – осторожно начал он, видя, что Тхэджо и не думает заканчивать с делами. – Звёзды ушли, и скоро взойдёт солнце. Вам нужно отдохнуть, чтобы иметь силы для борьбы.
– Всё в порядке, – сухо обронил король, не отрываясь от очередного свитка.
Чёрт бы побрал его бессонницу! Но, может, так будет даже проще.
– Ваше Величество, – решился задать свой главный вопрос звездочёт. – Вы определились, что будете делать с дочерью семьи Хэ?
– Хотя мне и жаль её, – вздохнул король, – нельзя простить её неподчинение приказу. – Она станет рабыней.
И он решительно взял в руки следующий свиток.
Чжи Мон почувствовал, как у него непроизвольно дёргаются усы.
Он придал своему лицу выражение спонтанного энтузиазма и как бы невзначай предложил:
– А почему бы не позволить ей жить во дворце, как придворной даме? Королева Ю и королева Хванбо спрашивали о ней, – он вдруг как будто что-то вспомнил: – И госпожа Кван Чжу Вон интересовалась ею!
– Я уверен, что это проделки принцев, – прозорливо заметил король, покосившись на звездочёта, и в сердцах отшвырнул свиток. – Что у неё за отношения с ними? Восьмой и четвёртый принцы вообще посмели ко мне явиться просить за неё! – он недовольно покачал головой. – Нет. Я не хочу больше неприятностей.
Чжи Мон едва не топнул ногой от досады.
Ещё один упёртый баран! Ясно, в кого пошли сыновья, особенно четвёртый.
Что ж, придётся пускать в ход тяжёлую артиллерию.
– Но… наложница О из дворца Дамивон также просила за неё, – вкрадчиво добавил он, не спуская внимательного взгляда с короля и по вытянувшемуся лицу монарха понял, что контрольный выстрел попал в цель.
– Дамивон? – заинтересованно переспросил Тхэджо.
– Я слышал, Хэ Су хорошо разбирается в косметике и травах, – схватил быка за рога ушлый звездочёт. – У неё очень большие знания. Она будет весьма полезна королевской семье, если мы оставим её.
Улыбка короля свидетельствовала о том, что план Чжи Мона сработал до конца.
***
– Ей удалось избежать смерти, – потрясённо выдохнул Ван Со, глядя на то, как его братья, словно бестолковые воробьи, крутились и чирикали вокруг Хэ Су.
Он стоял рядом с Чхве Чжи Моном у дворца Дамивон, куда астроном провожал девушку, которой предстояло стать придворной дамой под началом госпожи О.
– Это судьба, – коротко ответил Чжи Мон, игнорируя проницательный испытывающий взгляд четвёртого принца. Этот взгляд словно спрашивал: «А только ли судьба? Или кто-то помог судьбе проявить подобное великодушие?»
Как бы там ни было, Хэ Су осталась жива и не покинула дворец. И Ван Со наблюдал за ней, даже на расстоянии ощущая свежесть лотоса и медовый запах её волос, напомнивший ему о той бешеной скачке по лесу, когда он прижимал её к себе, пытаясь спасти от замужества.