Отбор невест для драконьего принца: провести и не влюбиться (СИ)

Я смутилась – хотя с чего бы теперь. После того, как он переночевал в моей гостиной, мне не стоило отводить глаза и делать вид, что мы незнакомы.
Джен вошла в церковь последней, и двери начали медленно закрываться: теперь девушкам предстояло молиться. За мгновение до того, как они захлопнулись, из них вырвался сверкающий рой бабочек, которые сорвались с тел участниц.
Отбор невест для драконьего принца начался.
***
- Я всегда мечтала о том, что выйду замуж за принца. Конечно, откуда бы ему взяться в нашей глуши? И тут в Тансворт приезжает его высочество Эжен! Это мой шанс, и я его не упущу.
Следующим событием дня был обед участниц в компании бургомистра и Эжена. Омывшись в церковной купальне, девицы переоделись в одинаковые голубые платья и отправились за стол. Линда, которая сейчас щебетала о своей мечте, не преминула заметить, что Вера в своем платье похожа на картофелину. Я невольно задалась вопросом, где она видела голубой картофель.
Мы с Амин и Бертом сидели в стороне, за колоннами бургомистровой просторной столовой. Нас никто не видел, зато мы видели всех. Принц смотрел на Джен так, словно она была сладким пирогом, Джен держалась так напряженно и прямо, словно проглотила вязальную спицу. Остальные девушки притихли, робко ковыряя вилками курицу в медовом соусе. Им, оказавшимся за одним столом с его высочеством, было не по себе.
- Мне нравится ваша решительность, Линда, - улыбнулся Эжен, и Линда торжествующе посмотрела на соперниц. Дескать, видели, курицы вы этакие? Принц мне улыбнулся, я ему уже нравлюсь, и неважно, что он сказал, когда вытащил эту заучку Джен из-под виверны! Победа у меня в кармане!
Петрова задумчиво потерла живот. Из всего пиршественного богатства на столе организаторам торопливо предложили по сэндвичу с ветчиной и помидорами – вы ведь сюда пришли работать, а не набивать животы за счет казны, верно?
- Давайте сходим в ресторанчик после этого? – шепотом предложил Берт. – Я бы сейчас быка съел, честное слово!
Мы с Амин дружно кивнули.
Эва презрительно посмотрела на любезную подружку. Я заметила, что вырез ее платья приколот булавкой так, чтобы во всей красе показать впечатляющую грудь. Что ж, отбор невест был войной, а на войне все средства хороши.
- А вы, Эва? – Эжен обернулся к ней, и Эва повела плечами, демонстрируя все, чем ее так щедро одарила природа. – Почему вы решили участвовать в отборе невест?
Губы Эвы изогнулись в пленительной улыбке, Берт усмехнулся, а я вдруг ощутила отчетливый укол какого-то неприятного незнакомого чувства.
- Потому что это шанс, ваше высочество, - ответила она. – Редкий шанс приблизиться к такому мужчине, как вы. Сильному, смелому, талантливому. Это сокровище, которое нельзя упускать. Даже если я не выиграю в отборе, для меня счастьем является уже то, что я смогу хоть какое-то время побыть рядом с вами.
Амин язвительно хихикнула. Если Линда говорила о своих мечтах и себе любимой, то Эва льстила принцу в глаза, говоря о нем. В принципе, неплохой способ обратить на себя внимание. Говори о человеке, и он невольно тобой заинтересуется.
Берт что-то рисовал в своем блокноте. Я покосилась на лист и сразу же сделала вид, что ничего не заметила. Он рисовал меня – я узнала свой профиль и прическу. Это было… странно. Непривычно. Никто и никогда не думал о том, что Лану Эленден можно нарисовать.
Получается, я… красива? Мысль об этом была обжигающе жестокой. Если Берт рисует меня, то я красивая? Не репка, не чернушка, а красивая девушка, которая достойна портрета – да даже не портрета, наброска в блокноте.
Мне было не по себе. Меня бросило в жар, накрыло холодом и снова окатило волной кипятка.
«Он ночевал у тебя дома, прекрасно понимая, что об этом будет говорить весь город, - ожил внутренний голос. – Значит, ему хочется быть с тобой, и да, ты красива. У тебя густые темные волосы с легкой волной, яркие карие глаза и энергичный взгляд. Ты живая. Поэтому он сейчас тебя и рисует».
- А вы, Джен? – принц обернулся к Джен и сразу же обрел несколько глуповатый вид. Она ему нравилась, это точно, и Эжен не мог этого скрыть. – Почему вы решили принять участие в отборе невест?
 
Джен, которая с завидным аппетитом ела курицу, отложила вилку, промокнула губы и непринужденно сообщила:
- А я вообще не хотела участвовать в отборе.
Кажется, теперь я поняла, что такое немая сцена, о которой так восторженно говорят драматурги. Все за столом замерли. Бургомистр приоткрыл рот, Эва выронила вилку, Линда застыла с таким видом, словно Джен плюнула в лицо ее мечте.
- Не хотели? – Эжен ожил первым, как и полагается. – Почему же?
- Я не хочу замуж, - беспечно промолвила Джен. – Ни за вас, ни за кого-то еще. Меня интересуют другие вещи.
- Какие же? – поинтересовался принц. Линда сжала вилку и едва слышно прошептала: «Дура!»
- Образование. Я много читала. Я хочу работать, а не вышивать крестиком в королевских покоях, - с прежним спокойствием ответила Джен. – Видите ли, ваше высочество, я хочу получить то, что мужчины имеют по праву рождения, и в чем отказывают женщинам. Право изменять мир. Право строить жизнь так, как я этого хочу, а не как требует обычай и все такое.
В глазах Эжена появился блеск. Дерзкая Джен нравилась ему еще сильнее. Принц действительно был из тех, кого отказ только раззадоривает.
- Почему же вы все-таки решили участвовать? – спросил Эжен, на мгновение сделавшись робким и беспомощным – словно ребенок, которого обидели родители, не сдержав обещание купить желанную игрушку.
- Матушка заявила, что проклянет меня материнским проклятием, если я не пойду, - сказала Джен, и по ее лицу скользнула тень. Да, скандал в благородном семействе стоял страшный, я слышала о нем и прекрасно понимала решение Джен: иногда лучше согласиться и сделать по-своему, чем доказать, что ты не хочешь и имеешь право не хотеть.
Не хотеть замуж за принца! Да все хотят!
- Что ж, - Эжен улыбнулся. – Надеюсь, вы все-таки измените свое мнение, узнав меня получше!
Джен улыбнулась в ответ, но тепла в ее улыбке было примерно столько же, сколько в новогоднем снеге.
- Посмотрим, ваше высочество, - ответила она. – Посмотрим.
***
После обеда девушек развезли по домам, а мы решили, что надо устроить перерыв и отдохнуть – денек выдался волнительный. На площади перед церковью трудился Макс: повинуясь взмахам его волшебной палочки, из булыжников вырастали хрустальные колонны и стены, переплетаясь между собой настолько причудливо, что у меня от такой геометрии даже голова заболела. Амин о чем-то перемолвилась с мужем, потом они поцеловались во сахарны уста на прощание, и Петрова снова присоединилась к нам с Бертом.
- Мне кажется, ты на него хорошо влияешь, - сказала я. Амин улыбнулась.
- Даже не знаю, что тебе на это ответить. Он ведь неплохой человек. И я неплохая. А значит, мы просто обязаны поладить.
- Ты написала родителям? – поинтересовалась я, когда мы спустились в тот самый погребок, в котором отмечали скоропостижную свадьбу. Амин кивнула.
- Да. Отец уже ответил, что если понадобится, он Максу голову оторвет. А ты его знаешь, он оторвет.
Я кивнула. Отец Петровой действительно славился физической силой. Хорошо, что жена-попаданка несколько усмирила его нрав – до этого не было такого кулачного боя, в который он не ввязался бы до победного конца.
- Господа, сегодня рульки нету! – Хельга принесла поднос с тарелками, на которых красовалось мясо под белым соусом в компании квашеной капусты, картофеля и летнего огуречного салата. – Так что все по-простому, кушайте на здоровье!
Нас не надо было уговаривать дважды. Где-то четверть часа мы молча отдавали должное Хельгиному кулинарному гению, а потом Берт спросил:
- Ты видела мой набросок?
- Видела, - ответила я, чувствуя, как к щекам снова подкатывает румянец. – Красиво.
- Я тоже видела, - сообщила Петрова. – Красота невероятная, никакой репки.