Отбор невест для драконьего принца: провести и не влюбиться (СИ)

- А что это за вещица у него на столе? Миниатюрный оркестр? Какая-то новая магия?
- Это патефон, - ответила я. – Чтобы слушать музыку.
Гаспар некоторое время покачивался в воздухе перед окном, слушая, как Ава Морацци призывает пить пиво покрепче да обнимать пожарче.
- Интересная музыка, - одобрительно кивнул он. – В мои времена тоже пели о чем-то таком.
Петрова без церемоний потянула упыря за рукав, и мы выскользнули за кладбищенскую ограду. В Тансворте уже была ночь. С кладбищенского холма мы видели россыпь огоньков – они мигали и гасли, горожане ложились спать, и сейчас я чувствовала, насколько сильно меня вымотал этот день.
- Вряд ли принц обрадуется, если мы приведем к нему упыря, - нахмурилась Петрова, и Гаспар рассмеялся. Мне подумалось, что в былые времена он, должно быть, был приятным человеком.
- Меня не надо никуда приводить, милая Амин! Я пойду сам туда, куда сочту нужным – особенно в свой дом. Ваш принц Эжен сам у меня в гостях, раз уж на то пошло.
Петрова покосилась на меня так, как всегда смотрела тогда, когда мы попадали в неприятности. Я в очередной раз подумала о том, что если бы не Бекон, у которого стало скучно во рту сразу же после завтрака, ничего этого не случилось бы.
- Мы пойдем с вами, - решительно заявила я. Надо же будет объяснить Эжену, что произошло, и кто этот господин, который теперь собирается жить у него дома на правах хозяина.
- Буду искренне рад вашей компании, - церемонно поклонился Гаспар, и мы двинулись в сторону садов Алейны.
Когда мы подошли к усадьбе, часы на ратуше пробили одиннадцать – сюда едва долетел их далекий звон. Стража на воротах увидела нас, потом поняла, что один из нас не идет, а парит, и тотчас же вскинула ружья.
- Стоять! – прокричал один из стражников, молодой и тощий, словно щепка. – Кто идет?
Гаспар устало вздохнул и мягко провел ладонью по воздуху. Ружья в руках охранников осыпались густыми хлопьями серого пепла – выражение на лицах парней было просто неописуемым. Они убежали бы – да ноги не слушались.
- Идет хозяин дома, молодые люди, - сухо сообщил Гаспар. – Открывайте ворота.
Тощий охранник не мог пошевелиться: он смотрел на упыря, открывая и закрывая рот. Второй, который был повыше званием, опомнился быстрее и открыл ворота. Гаспар с неторопливой величавостью поплыл к особняку; мы с Петровой шли за ним, не представляя, как мы будем объяснять принцу, что теперь он не хозяин, а гость.
Зевающий дворецкий отворил двери, и сонная усталость покинула его лицо, сменившись ужасом – заикаясь и подвывая, он сполз по косяку на пол, маша рукой куда-то в глубину дома. Мне почему-то показалось, что когда-то он видел Гаспара, узнал и понял, что ничего хорошего ждать не следует. Гаспар одарил его очередным церемонным поклоном, опустился на мрамор пола и вошел в дом.
Мы с Петровой бросились следом.
- Как все изменилось! – с искренней радостью произнес Гаспар, проходя в гостиную. Было видно, что перемены в доме пришлись ему по душе. – О, а вот и мои чинские вазы, на том же месте, что и в мои дни!
- Ваши чинские вазы? – услышала я недовольный голос принца Эжена и увидела его высочество: он выглянул из библиотеки, привлеченный шумом и голосами. – Почему это они ваши, когда они мои?
Гаспар обернулся к нам и спросил:
- Это и есть Эжен Со-Мин из драконьих королей?
Принц сделал несколько шагов к нам и замер с приоткрытым от удивления ртом, всматриваясь в Гаспара. Я на всякий случай отступила к двери, понимая, что возможно, нам придется удирать отсюда и делать это быстро. Гаспар улыбнулся, коротко поклонился – а принц вдруг сделал то, что удивило меня сильнее всего, что случилось за день.
Он бросился к упырю, сгреб его в объятия и воскликнул:
- Гаспар ван дер Линт! Как же мне повезло! Наконец-то!
Мы с Петровой так и ахнули. Гаспар тоже удивился – встрепенувшись, он попробовал отстраниться от принца, но выбраться из Эженовых объятий было не так-то просто. На шум и радостные возгласы выглянул Берт – спустившись с лестницы, он всмотрелся в лицо незваного гостя, удивленно поднял левую бровь и быстро подошел к нам.
 
- Где вы его выкопали? – негромко спросил он, пока Эжен радостно хлопал Гаспара по плечам и обнимал снова.
- Да вот… и правда почти выкопали, - сообщила я. – Пошли искать на кладбище конскую травку и провалились в потайное подземелье.
Берт устало покачал головой.
- Действительно, Гаспар ван Дер Линт. Его портрет висит в библиотеке, - сказал он. – Кто бы мог подумать, что организаторы отбора невест приведут сюда королевского архимага…
Да никто бы не мог. Мы бы точно не догадались.
- Юноша… Юноша! – воскликнул Гаспар и наконец-то сумел вывернуться из рук Эжена. – Спокойнее, прошу вас! Я понимаю, что вы мне рады, но не понимаю, почему настолько!
- Господь и все его святые! – Эжен запустил руки в волосы и даже подпрыгнул от волнения и нетерпения. - Гаспар ван дер Линт! В моем доме!
- Вообще-то это мой дом.
- Да неважно! Выпьем за это скорее! Кто там… слуги… Вина дорогому гостю!
Сразу же все пришло в движение и засуетилось – забегали слуги, захлопали пробки с шипучим, а мы с Петровой без сил опустились на диван, не до конца понимая, на каком свете находимся от усталости. Эжен подхватил бокал, протянул второй дорогому гостю и воскликнул:
- За вас! Не передать словами, как я счастлив!
Гаспар скептически посмотрел в бокал и почти смущенно произнес:
- Нижайше прошу прощения, но есть ли у вас свинья?
Эжен удивленно взглянул на него, приоткрыв рот.
- Свинья? Мяса пожарить, да?
Гаспар помолчал, словно сетовал на недогадливость собеседника.
- Я бы предпочел свиную кровь, - ответил он, и Эжен вздохнул.
- Тогда придется подождать, - произнес он. – Я немедленно отправлю за свиньей в город. Что я могу вам предложить до этого?
Гаспар со вздохом опустился в кресло.
- Утолите мое любопытство, ваше высочество. Чем я настолько сильно вас обрадовал?
Эжен сел напротив и снова запустил руки в волосы. Над его головой поплыли искры, и я почувствовала, как напрягся Берт, сидевший рядом со мной. Как бы его высочество не спалил поместье от волнения!
- Вы ведь были архимагом при Вороньем короле Лютере, верно? – Гаспар с достоинством кивнул, и Эжен продолжал: - Я читал о вас в учебнике истории. Лютер приказал похоронить вас заживо… то есть, сравнительно заживо. Когда отец сослал меня в это захолустье, я узнал, что буду жить в вашем доме, и подумал: а что, если вы где-то здесь, рядом?
Гаспар снова кивнул. Он рассматривал принца, словно забавную зверушку – должно быть, не думал о том, что стоит Эжену дохнуть огнем, и от бывшего королевского архимага ничего не останется. Драконье пламя уничтожает все.
- Да, Лютер запер меня в подземелье здесь неподалеку.
- С вами зарыли и ваши сокровища, - продолжал Эжен, и Гаспар сразу же поскучнел: вот оно что, все дело в содержимом моих ларцов. Эжен понял, о чем подумал упырь, и тотчас же махнул рукой: - Нет-нет, мне не нужно ваше золото. Мне нужно то, что намного дороже.
Несколько мгновений они молчали – Гаспар вглядывался в лицо принца, и улыбка на его губах становилась тоньше и острее, словно он видел правду. Его взгляд казался мне лезвием – вот он проникает под кожу и обнажает суть, которой мы до этого не видели.
Принц тоже изменился под этим взглядом. Если раньше это был веселый и добродушный гуляка с ветром в голове, то сейчас рядом с нами сидел очень серьезный и очень встревоженный молодой человек – и в нем не было ни следа от того доброго бабника, которого король сослал из столицы.
- Мой Кодекс Феленти, - проговорил Гаспар. – Учебник магии, по которому можно выучить даже полного идиота… а вы далеко не идиот, ваше высочество. Драконья кровь – да! Но в вас есть еще и другая магия, намного сильнее и ярче. Именно поэтому ваш батюшка отправил вас в эти края, верно?