Реверанс судьбы (СИ)
* * *- Вера, у тебя двухстороннее воспаление легких, истощение, и нервный срыв,- всхлипнула Людмила, сжимая ладонь дочери,- как такое произошло? Что с тобой вообще происходит? Почему ты у себя была? Ты же говорила, что живешь у Артема. Вы поругались? Вера?
- Нет, мамочка. Мы расстались,- отвернулась к стене, не в силах сдерживать слезы. В этот раз они не были истеричными. Одинокие слезинки. Медленно скатывались по щекам, еще больше пугая Людмилу.
- Все пройдет, милая, все проходит,- посмотрела в окно,- главное сейчас, чтобы ты поправилась, понимаешь, родная.
- Я перевожусь в Москву,- шепотом.
- Вера. Ты же…
- Мама,- повысила голос,- я приняла предложение Юрковской.
- Тебе нужно лечиться, быть под контролем, за две недели…
- Это не обсуждается, мама.
- Вера, что ты творишь? Зачем?
- Ты сама хотела, чтобы я согласилась. Радуйся! Я согласилась,- со злобой.
- Я не этого хотела,- тяжело вздохнула.
- Мам, уйди, пожалуйста.
От этих слов женщина подобралась, стискивая зубы. Ее волнение переросло в жуткий страх. Никогда не думала, что услышит это от дочери, никогда. Господи, ее девочке сейчас больно. Больно, а она ничего не может сделать. Не может утешить, не может что-то исправить.
- Доченька,- не смело, с выступающими слезами,- не замыкайся в себе, прошу тебя. Расскажи мне, расскажи хоть что-то…
Ответа не последовало, и она уже почти вышла из палаты.
- Он вышвырнул меня из своей жизни, словно я какая-то вещь. Просто выбросил…
Людмила убрала руки в карманы брюк, с горечью смотря на дочь. Она уже не плакала. Нет. Вера лежала на кровати и смотрела прямо ей в глаза. И это было страшно. Страшно, что ее девочка, светлая, горящая, словно огонек, девочка, так холоднокровно говорит ей такие вещи. Сравнивает себя с… Сглотнула, сжимая ручку двери.
- Не знаешь, что сказать, мам? – склонила голову на бок,- Скажи, чтобы я забыла о нем, - приподняла бровь,- чтобы выкинула к чертям,- улыбнулась, пряча за этой ослепительной улыбкой всю горечь происходящего,- давай, мам, скажи хоть что-нибудь! Направь на верный путь, давай,- выкрикнула, заставляя мать вздрогнуть.
- Вера, я…
- Не надо,- облизала губы,- ничего не говори, я и так все знаю. Это жизнь. А он всего лишь мелкое недоразумение,- посмотрела на свои ногти.
- Я не это хотела сказать.
- А я хотела услышать именно это. Он всего лишь мусор. Убравшись он сделал мне одолжение, очистил мою жизнь от смрада, - озлобленный взгляд метнулся к окну.
* * *Раскатав шарик теста в лепешку, Людмила вытерла лоб запястьем. Она уже вторую неделю жила в квартире Веры, пока та лежала в больнице. Слава богу, послезавтра ее уже должны выписать, потому как первоначальный диагноз воспаления не подтвердился. Небольшая ангина, а что до остального – симптомы расшатавшихся нервов, что, конечно, беспокоило не меньше.
Включила телевизор, параллельно нарезая яйца. Вера любит пирожки с рисом и яйцом, а сейчас ей как никогда нужны силы.
По телевизору начались местные новости, и она уже было хотела переключить этот треп, как замерла взглядом на экране.
…вчера днем, по решению городской прокуратуры, в здании своего офиса был задержан крупный бизнесмен нашего города - Артем Старков. Об этом сообщил адвокат задержанного Михаил Рагозин: “На данный момент, моему клиенту было предъявлено обвинение по статье 174 часть 2 УК РФ. Мы полагаем, что данное решение связано с уголовным делом небезызвестного всем Алмазова, дело которого расследуется уже третий месяц “.
Также он подтвердил, что бизнесмен был задержан вместе со всеми, кто был рядом с ним. Известно, что вся команда Старкова была отпущена в течение трех часов, сам же бизнесмен, временно находиться в СИЗО.
Зрачки расширились, картинки на экране сменялись быстро, но она отчетливо видела, как Артема выводили из здания в наручниках.
Резко выключила телевизор, желая только одного, чтобы Вера никогда этого не увидела и не узнала. Она переболеет. Все проходит, и это тоже пройдет. Но если ее дочь узнает все, что произошло, то, скорее всего, решит выяснить правду. Но какая мать захочет своему ребенку подобного будущего? Какая мать добровольно отдаст ребенка в руки уголовника?!
Глава 2
Лежал, смотрел в потолок. Вся прежняя жизнь, ее словно лист, смяли и выкинули в урну. Вновь. Вот только теперь он постарался сам.
Вера всегда была достойна лучшей жизни. Она просто обязана жить по-человечески. Без этой грязи и смрада, что царят вокруг. Успокаивал ли он себя так или же в сотый раз убеждал себя в своей правоте, уже не имело значения. Выбор сделан. Пешки расставлены. Игра вот-вот начнется.
- Старков, на выход,- скрип железной двери натягивает и без того оголенные нервы,- адвокат твой приехал.
Холодный коридор, стены которого выкрашены синим, кажется нескончаемым. В этих стенах чувствуешь себя никчёмной букашкой. Они давят-давят, не давая сделать глоток воздуха.
- К стене,- звон связки ключей,- заходим.
Рагозин сидит за небольшим столом, курит. Как только видит появившегося на пороге Артема, кивает, поднимаясь со стула.
- Здорово,- протягивает руку.
- И тебе не хворать.
- Плохо выглядишь.
- Курорт не зашел,- усмехается, садясь на стул. Пальцы вытаскивают из пачки сигарету. Все время пока Рагозин рассказывает об их дальнейших действиях, Старков теребит сигарету в руках, а под конец с силой сжимает в ладони. Табак сыплется через пальцы, тем самым привлекая все Мишкино внимание к данному жесту.
Артем медленно поднимает глаза на адвоката, наблюдая всю его растерянность. Все красивые слова, до этого сочившиеся с языка, замирают в воздухе. Да и нет толку от этих слов. Все это не сработает. Алмазов готов к любому их действию. Почти к любому.
- Может, мы грохнем Алмазова сегодня?! А что, я уже на нарах, годом больше…годом меньше…
- Ты че несешь?
- Я надеюсь, ты заплатил, чтобы нас не слушали.
- Заплатил,- пятится назад,- но стопроцентной гарантии мне не давали.
- А сто тебе никто не даст. Водки бы,- барабанит пальцами по столу, после чего вытаскивает еще одну сигарету. На этот раз прикуривает.
- Ты совсем,- цедит сквозь зубы,- я тут голову ломаю, как тебя вытащить, а ты…
- Не кипятись.
- Через неделю слушанье. Если все будет хорошо, то после — отчалишь под подписку, и не вздумай что-то делать сейчас, ты меня понял?
Старков кивает, вальяжно откидываясь на спинку стула. Глубокая затяжка, дым которой окутывает все пространство маленькой комнаты.
Ухмыляется, понимая, что они с Рагозиным в очередной раз смотрят в разные стороны. Миха радеет за честь и правду, он же просто хочет стереть Алмазова с лица земли любыми методами. Хотя метод, где он останется не при делах и на свободе, льстит ему больше.
- Сигареты можешь оставить себе.
- Какое великодушие.
- Тема, че с тобой происходит? Ты вообще здесь? Ты вообще понимаешь, как встрял? Или все мозги с этой девкой растерял?!
- Рот закрой,- рык, заставляющий Мишу мгновенно капитулироваться,- еще слово и тебя отсюда вынесут.
Рагозин сжимает пересохшие губы, отходя чуть в сторону. Никогда не любил этот взгляд, особенно если он падал на него. От этого взгляда хочется добровольно удавиться. Сглатывает, чуть вытягивая шею, чтобы поправить галстук.
- Может, мне с ней встретиться, поговорить?
- Даже не думай ее сюда приплетать. Узнаю – придушу, понял?
- Да понял-понял…я только одного не пойму…
- Чего?
- Зачем тебе был нужен этот спектакль? Алмазов же все равно в курсе про вас…
- Ему моя голова нужна, не ее,- отвернулся,- охрана за ней ходит?
- Калинин приставил, сразу после той ночи, как ты и просил, чтоб своих людей не светить. Она, кстати, вечером в Москву уезжает…