Выйти замуж за Уинтерборна (ЛП)

– Нужно много чего сделать, – сказала Кэтлин. – Похороны будут в Ирландии, – она потрясённо взглянула на Хелен. – Я не была там с детства.
– Ты не обязана принимать решения прямо сейчас, – ответила Хелен. – Возможно, тебе стоит подняться наверх и прилечь.
– Я не могу, столько вещей нужно... – Кэтлин замолчала, увидев, что Девон вошёл в комнату.
Он окинул её внимательным взглядом и остановился на мертвенно-бледном лице.
– Что случилось, любимая? – мягко спросил он.
– Мой отец умер, – она очень старалась говорить будничным тоном. – Этого, конечно, стоило ожидать. Мы знали, что он болеет.
– Да, – Девон вышел вперёд и привлёк к себе её строгую фигурку, обнимая.
– Я абсолютно спокойна, – сказала Кэтлин, уткнувшись в его плечо.
– Да, – Девон поцеловал её в висок. Его лицо было напряжено от беспокойства, голубые глаза затуманились нежностью.
– Я не собираюсь плакать, – её тон был прозаичен. – Он бы абсолютно точно не хотел видеть моих слёз.
Девон пригладил её волосы, его большая ладонь наполовину накрыла маленькую головку Кэтлин.
– Тогда покажи их мне, – сказал он нежно.
Кэтлин спрятала лицо в его рубашке на груди, и её худощавая фигурка, казалось, увяла. Через несколько секунд послышались непрекращающиеся тихие, надломленные звуки. Муж прижался щекой к её голове и привлёк ближе к своему крепкому, дарующему утешение телу.
Понимая, что они все становятся свидетелями очень интимного момента, Хелен знаком показала близнецам, чтобы те покинули комнату вместе с ней.
Закрыв двери, Хелен предложила:
– Давайте пойдём в библиотеку и пошлём за чаем.
– Жаль, мы не захватили с собой конфет, – расстроилась Пандора.
– Хелен, а что будет дальше? – спросила Кассандра, пока они шли по вестибюлю. – Кэтлин действительно поедет на похороны в Ирландию?
– Я считаю, она должна поехать, если это возможно, – задумчиво сказала Хелен. – Очень важно попрощаться.
– Но её отец об этом не узнает, – заметила Пандора.
– Не ради него, – пробормотала Хелен, взяв руку младшей сестры и ласково её похлопав. – А ради неё самой. 
Глава 14
ТЕЛЕГРАММА
МИСТЕРУ РИСУ УИНТЕРБОРНУ
КОРК-СТРИТ ЛОНДОН
ТОЛЬКО ЧТО УЗНАЛ: УМЕР ОТЕЦ МОЕЙ ЖЕНЫ, ЛОРД КАРБЕРИ. ХОТЯ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА И ДАЛЕКИ ОТ ИДЕАЛЬНЫХ, ТВОЁ ПРИСУТСТВИЕ В ГЭМПШИРЕ КРАЙНЕ ПРИВЕТСТВУЕТСЯ.
БУДУ ПРИЗНАТЕЛЕН, ЕСЛИ ТЫ ПРИШЛЁШЬ СОЛЁНЫЙ МИНДАЛЬ ДЛЯ ЛЕДИ ТРЕНИ.
ТРЕНИ
– Фернсби, – резко бросил Рис, отрывая взгляд от телеграммы. – Освободите моё расписание на неделю и закажите два билета на следующий поезд до Гэмпшира. Пусть кто-нибудь сбегает к Куинси и скажет, чтобы он собирал свои и мои вещи. И передайте работнику продуктового отдела, надо упаковать весь солёный миндаль, что у нас есть, в ручную кладь.
– Весь?
– Весь до последней банки.
Когда секретарь выскочила из кабинета, словно умалишённая, Рис уткнулся лбом в поверхность стола.
– Diolch i Dduw, – пробормотал он. Слава богу.
Если бы приглашение не пришло в ближайшее время, у него бы не было выбора, кроме как ворваться в Приорат Эверсби, словно армия захватчиков. Он сожалел о смерти отца Кэтлин, но отчаянно хотел увидеть Хелен вновь. Казалось невозможным, что она для него вне досягаемости, когда так сильно ему необходима. Оставалось только ждать, а это выходило у него хуже всего. Хелен писала по три или четыре письма в неделю, рассказывая последние новости о семье и событиях в деревне, о реставрационных работах в доме и об успехах по добыче руды. Она подробно описывала процесс изготовления свечей или сбор выгоночного ревеня, выращенный в теплице. Сдержанные, но вместе с тем весёлые и многословные письма.
Он сходил с ума от тоски по ней, был болен ею.
Его работа, универмаг, всегда отнимал у него всю энергию, но теперь этого было мало. Рис сгорал от желания, от постоянного зуда под кожей. И не был уверен, являлась ли Хелен болезнью или всё же исцелением.
 
Как выяснилось, следующий поезд отбывал через три часа. Так как подготовить личный вагон времени не оставалось, и подходящего локомотива, куда можно было бы присоединить его, тоже не предвиделось, Рис был счастлив уехать на обычном поезде. Каким-то чудом невозмутимый Куинси умудрился упаковать их чемоданы с такой расторопностью, что они смогли успеть добраться до вокзала вовремя. Если у Риса и оставались сомнения в целесообразности иметь личного камердинера, то они отпали навсегда.
В течение двухчасового путешествия от Лондона до станции в Альтоне Рис обнаружил, что наклоняется вперёд, сидя на месте, будто пытаясь придать скорости тяжело идущему локомотиву.
Массивный якобинский особняк находился в процессе реставрации ещё с тех времён, когда Девон его только унаследовал. Богато украшенный парапетами и сводчатыми галереями, с множеством рядов дымовых труб, дом обозревал окрестности, словно величественная вдовствующая герцогиня на балу. Обнаружение гематитовой руды в поместье пришлось как нельзя кстати, без вливаний денежных средств особняк разрушился бы окончательно ещё до того, как его успели бы унаследовать следующие поколения.
Риса и Куинси встретил дворецкий Симс, который проговорил какие-то слова о том, что так быстро их не ожидали. Камердинер согласился с фактом их поспешного прибытия, и двое слуг обменялись быстрыми сочувственными взглядами, говорившими о трудностях, связанных с безрассудными и требовательными работодателями.
Пока Рис беспокойно бродил по приёмной в ожидании появления кого-нибудь, ему пришло в голову, что окружающая его обстановка в данный момент была намного уютнее, чем в его новомодном доме. Он всегда предпочитал всё современное, а старые вещи ассоциировались у него с упадком и безвкусицей. Но увядающие чары Приората Эверсби успокаивали и создавали ощущение радушного приёма. Дело было в мебели, уютно расставленной на цветистом ковре, в книгах и периодических изданиях, разложенных на маленьких столиках, в диванных подушках и пледах, лежащих повсюду. Пара спаниелей забрели в комнату и обнюхали его руки, но выбежали, услышав какой-то отдалённый звук в доме. До него доносился сладкий запах выпечки, возвещающий, что скоро подадут чай.
Рис не знал, чего ожидать от приглашения посетить Приорат Эверсби во время траура. Всё, что он знал о ритуалах по такому случаю, а это было совсем немного, не считая атрибутики, которая продавалась в универмаге, что семьи, только что потерявшие близких, не звали гостей и не принимали приглашений. Выражать соболезнования было принято после похорон.
Однако, Куинси, который был сведущ в таких делах и знал Рэвенелов не одно десятилетие, объяснил всю важность такого приглашения.
– Как оказывается, сэр, лорд и леди Трени решили относиться к вам, как к члену семьи, несмотря на то, что вы ещё не женились на леди Хелен, – отворачиваясь, он добавил с оттенком неодобрения в голосе. – Новое поколение Рэвенелов не всегда придерживается традиций.
Мысли Риса вернулись к настоящему, когда в комнату вошёл Девон.
– Боже, Уинтерборн, – Девон выглядел ошеломлённым и немного уставшим. – Я же только утром послал телеграмму, – но он непринуждённо улыбнулся, как в былые времена, и потянулся, чтобы крепко пожать руку Риса. Казалось, разногласия отошли на второй план.
– Как чувствует себя леди Трени?
Девон замешкался, будто размышляя, как много стоит рассказать.
– Уязвимой, – в итоге признался он. – Она тоскует не по умершему отцу, а по тому, которого у неё никогда не было. Я послал за леди Бервик, она приедет завтра из Леоминстера. Кэтлин будет спокойнее с ней, Бервики приняли её после того, как родители отослали её из Ирландии.
– Похороны пройдут там же?
Девон кивнул, слегка нахмурившись.
– В Гленгарриффе. Мне нужно её туда отвезти. Не стоит и говорить, что время чертовски неподходящее.