Релокант. Дорога к вершине (СИ)
Я посмотрел на оставшихся за спиной бойцов. И наткнулся на серьёзный взгляд Крюка, приложившего меч к шлему. Молится он, что ли…
Пятьдесят метров… Ещё немного… Думаю, хватит… С воинственным кличем на нас неслась толпа примерно вдвое больше нашей. Я прикрыл глаза, активировал Маску и прислушался к потокам маны. Никто не магичил. Пока. Ну хоть это радовало.
— ЩИТ! — проорал Маверик, предупреждая об готовящемся обрушиться на нас дождя из стрел. Я раскрыл глаза и сквозь пелену настоящего дождя увидел хищные наконечники летящих в меня снарядов.
Я даже не шелохнулся. С тем уровнем брони и бонусом, снижающим весь входящий от дальнобойного оружия урон… Меня словно горохом посыпали. Или мелким градом.
Первым прекратился дождь из стрел. Стихия тоже словно решила взять паузу этой ночью.
— А-А-А-А-А! — неслись, оглушительно вопя, городские.
— БУ! — рявкнул я и активировал Снежную сферу.
Для этого пришлось прибегнуть к сумасшедшей уловке. Но она сработала. Всего лишь убираешь Маску, хватаешь кинжал и со всей дури бьёшь себе в лицо. Активируется способность от Броши Фрейи и, за то время, что кинжал летит тебе в глаз, надо успеть снова активировать Маску, нивелируя смертельную опасность, что является триггером для запуска снежной бури. Кстати, Шёпот смерти так и не появился… Что бы это ни значило.
Благословление Фрейи… Интересно, когда артефакт с именем Бога или божественного по своей силе существа попадает к нам в руки, могут ли они видеть, как мы его используем? Следят ли они за нашими успехами и падениями? Или, отобрав эту брошь у другого, того, кому она была дарована, я навлекаю на себя гнев Богини? Спрошу при встрече… Что-то подсказывает, что моя песня с богами ещё не спета.
Вокруг разразился шторм, превративший всё вокруг в ледяную бурю. Мана утекала сквозь пальцы и, пробивая не успевший нарасти лёд, на поверхности снежной поляны появлялись ростки лозы. Мои глаза наполнила мана, и я двинулся навстречу неприятелю, что всё так же орал, но сменил тональность с боевого клича на панический визг.
Я смотрел вперёд широко раскрытыми глазами, наблюдая, как попавшие в ловушку люди мечутся, практически полностью лишившись зрения. Как только здоровье кого-либо из них падало ниже пятидесяти процентов, лоза хватала его за ноги и вышвыривала вон из моего царства.
Справа с воинственным гиканьем и будто бы пылающими глазами в мою сторону двинулся обладатель парных мечей. По лезвиям также бежали языки пламени. Это было весьма эффективное и распространённое заклинание. Я бы тоже не отказался от такого усиления оружия. Парируя щитом удар одного меча и на замахе опережая противника со вторым ударом, коленом пробил ему в солнечное сплетение, заставив скукожиться, как напуганного кролика. Здоровье капля за каплей покидало бойца, стачивая драгоценные очки жизни. Я поднёс его к границе области и выкинул наружу, прямиком в подмёрзшую лужу грязи.
Тот задрожал и уставился на мою скрывающуюся в пелене снежной завесы Маску.
— ...пасибо, — донеслось с той стороны.
— ВСЕ ВОН! — рявкнул я, хватая за ноги лозой всех оставшихся блудных сынов.
Здоровье некоторых снизилось уже до двадцати процентов. Десять единиц урона в секунду — это вам не шутка. Пришлось не просто постараться, а реально напрячься.
Когда последний воин городских, от холода зависший на грани жизни и смерти, вылетел за пределы заклятия, я встряхнул головой, прогоняя накатывающую мигрень. Капля крови упала с носа на снежный ковёр, моментально скрываясь под налипшими белыми хлопьями.
— Мозги плавятся, да? Тяжело тащить тела и контролировать одновременно четырнадцать лоз, — прошептал я и выглянул наружу, стремясь понять, что происходит на поле боя.
Моё заклинание поглотило примерно треть воинства. Половина из них сразу прыснула во все стороны и добралась до выхода, потеряв совсем немного очков жизни. Других уже выносил я. Таким образом, могу с уверенностью сказать, что человек восемьдесят из игры вывел. А может, и немного больше. Плюс те, кто тупо испугался и свалил обратно. Так что сотня точно минус.
Поняв, что никто в бурю не идёт, решил отменить заклинание и, пригубив зелья маны, осмотрелся. С моей защитой моё же появление могло стать переломным в битве на любом из флангов. Козырей я показал достаточно, поэтому новые применять не буду. Они вполне себе могут пригодиться позже.
Когда завеса пала, я посмотрел по сторонам. На левом фланге сражались Маверик и компания, Клякса и большая половина нашего отряда. И там мы уверенно теснили и выбивали остатки боевого духа из противника. Без моего контроля лоза могла бы стать причиной дружественной атаки, поэтому я позволил растениям жить своей жизнью, только защищаясь в ответ. А вот на правом фланге Арин, вся в какой-то пыли, Крюк и солянка бойцов, состоящая из местных ребят и моей бригады, оборонялась против наседающих городских, значительно уступая в количестве.
— А НУ ЗАМЕРЛИ, ЧЕРТИ! — зарычал, с разбега врываясь в середину вражеского строя.
Глава 23
Впервые я испытал полноценное удовлетворение от своего выбора на двадцатом уровне. Способность «Глашатай» раскрылась на полную, останавливая кровопролитие. Причём на этом фланге замерли не только противники, но и союзники. Пользуясь доминирующей силой и заложенным в подкорку знанием, что я смертельно опасный противник, ментальной атакой вколотил мысль о прекращении любого сопротивления.
Если бы не альвы рядом и косые взгляды десятка группировок, лишь недавно определившихся с вопросом вступления в Альянс «Местных», я бы действовал куда жёстче, воспользовавшись позицией силы. Не зря ведь существует пословица: хороший враг — мёртвый враг. Впрочем, сейчас не тот случай. Неразрешимой вражды между нами нет — всё дело в банальном переделе власти и уверенности двух групп в собственной непобедимости. Только что уверенность противника была подорвана. Левый фланг сломлен. Центр — развален. И только здесь, в зоне ответственности моих ребят противник давил числом. Но и это жалкое преимущество оказалось нивелировано моим окриком. Сотню с лишним единиц маны как корова слизала, но дело сделано. Враг стоит оконфуженный, союзники оттягивают раненных и смыкают строй. Ещё и рейдбосс в моём лице пришёл. С ума сойти! Человек, по силе равный целой группе.
И большинство из них это понимало. Как и интуитивно опасалось за свою шкуру, испуганно заглядывая в бездонные провалы глазниц Маски, что окутывала всё вокруг саваном тьмы.
— Вы собрались выбросить свои жалкие жизни ради совета? Ради того, чтобы они пировали и жировали, прикрываясь вами? Вы что, действительно настолько идиоты, что готовы сдохнуть ради палец о палец не ударивших придурков? Где хоть один из них? Почему он не вышел вместе с вами, чтобы сразиться? И ради этих ссыкунов вы собрались проливать кровь? Вы правда решили сдохнуть, перебить часть из нас и, отправив свою гнилую душонку в ад, посмотреть, как альвы уничтожают городские укрепления и обращают всех в рабство? Я дам вам только один шанс. Развернулись — и бегом в город. Спросите у начальства, для чего вы должны уничтожать будущее человечества в этой части мира? Они идиоты, струсившие даже выйти на переговоры с альвами. И эти идиоты толкают вас к обрыву со связанными руками! ВЫ СТАДО ИЛИ ЛЮДИ? ВАМ ГОЛОВА ДАНА, ЧТОБЫ ДУМАТЬ ИЛИ ДЕРЬМО ЖРАТЬ? Пошли вон или я убью всех, кто не внемлет голосу разума. А знаете что...Я отдам вас Демону. Пусть он сожрёт ваши души!
— Г-Р-А-А-А-А-А-А-А-А-А! Я ТАК ГОЛОДЕН! СТОЙТЕ! ОСТАНЬТЕСЬ! Я ЖДАЛ ЭТОГО СОТНЮ ЛЕТ! ВЕРНИТЕСЬ, ТРУСЫ! ПОЗВОЛЬТЕ МНЕ ВЫСОСАТЬ ВАШИ ДУШИ ДО ДНА! ГРВ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А! ВЛАДЫКА, ПОЧЕМУ ТЫ ТАК МИЛОСЕРДЕН!? ОНИ НЕ ЗАСЛУЖИЛИ ПОЩАДЫ! — взревел Клякса, подыгрывая.
Красавец. Ведро тухлой рыбы заслужил.
Я любовался улепётывающими городскими. Надо же, некоторые даже оружие и щиты побросали...
— Крюк, командуй.
— Разбиться на тройки. Прочёсываем местность. Артефакты сдаём по описи на склад, получаем бонусы. Все молодцы. Медкорпус... что у вас там?