Котики&Детектив

- Соколова, есть что пожрать? - вдруг задал Толик неожиданный вопрос.
Вообще-то он никогда не попрошайничал. Если нужна была ложка соли или сахара, всегда бежал в дежурный магазин на углу, невзирая на погоду, состояние, настроение и здоровье.
- Чего это ты вдруг спросил? - озадачилась Соня, по-прежнему не впуская его и придерживая на всякий случай нижний угол двери ногой в тапке. - Кормить тебя не стану! И не проси.
- А я и не просил никогда, - неожиданно оскорбился Смирнов, сделавшись почти трезвым. - И не себе.
- Друзей твоих тоже кормить не буду, - надула она губы.
Вспомнилось, как Толик неоднократно пытался ее сосватать своим разведенным коллегам, остро нуждающимся не в ней, нет - в домашней еде, чистых выглаженных рубашках и периодическом сексе исключительно для здоровья. Она на него за это дулась, ругалась и не разговаривала, не открывала двери на его звонки.
- Не в друзьях дело, - поднял длинный указательный палец с идеально чистым ногтем Смирнов. - Хотя, признаюсь, интерес к моей холостой соседке у них не угасает.
То, что он назвал ее холостой, а не одинокой, немного его извинило.
- Бомжей тоже кормить не стану, - проворчала она, решив не сдаваться запросто.
- Я не про бомжей, а про котенка.
Лицо Толика, надо признать, вполне симпатичное, когда трезвое, жалостливо сморщилось. Его большое тело снова пошло волной.
- Он примерз к качелям и почти умер.
- Господи! Что за ужасы ты мне тут рассказываешь? - вытаращилась на него Соня. - К каким качелям? Почему примерз? Кошки, они же…
- Соколова, ты такая бестолочь! - возмутился сосед. - Битый час тебе объясняю: котенок почти умер. Кто-то его избил, он весь в крови. И примерз шерстью к железке на каруселях. Если ты его сейчас не заберешь, не окажешь первой помощи, не покормишь и не согреешь, его не станет. Он помрет!
И сволочь Смирнов отчетливо всхлипнул.
- Я не собиралась заводить котенка, Толя, - произнесла она неуверенно. - Целыми днями на работе.
- Я тоже. Но ты приходишь раньше. По выходным всегда дома. А то я бы забрал его себе.
- Нет, Толя. Бедных маленьких котят очень много. Я не могу приютить всех сразу.
Соня попыталась закрыть дверь, но его ботинок сорок четвертого размера прочно встал между дверью и порогом. Он не собирался отступать.
- Давай так… - подумав и почесав аккуратно подстриженный затылок, произнес сосед. - Он будет у нас с тобой на двоих. Когда надоест тебе или ты уедешь в командировку, останется у меня. Когда меня не будет дома, он у тебя. Идет? Ну вот чего ты мотаешь головой, Соколова? Чего сопротивляешься? У тебя же в юности был кот! Твоя мама рассказывала, как тебе притащили его с улицы. И ты…
Это была тайная кнопка. Он знал. Кот и плед.
Когда мамы не стало, Соня каждый вечер, закутавшись в теплую клетчатую ткань, сажала кота на колени и тосковала. Она жаловалась ему, плакала, прижимала к себе с такой силой, что он принимался истошно вопить и спрыгивал на пол. Потом коту, видимо, надоело ее утешать, и он сбежал. Думать о том, что он ушел помирать куда-нибудь подальше, как это обычно делали все коты в мире, она не хотела.
- Ладно, - сдалась она, устав выталкивать ботинок из-под своего порога. - Жди. Сейчас оденусь.
- Ножницы возьми, - посоветовал Смирнов.
- Зачем?
- Будем отстригать шерсть. Не с мясом же его отрывать от качелей…
Вечер пятницы вышел непривычно хлопотным. Сначала она колдовала с ножницами у каруселей на детской площадке, отстригая примерзшие волоски кошачьей шерстки. Тут нарисовалась главная блюстительница порядка их двора и подняла шум.
- Убирайте всю эту шерсть с каруселей, - размахивала она руками в метре от них. - Завтра дети полезут. Вымажутся все в этой кровище и в шерсти. И не разбрасывайте! Вот, возьмите пакетик.
Пакетик, надо полагать, был для ее собаки, которую она вывела погулять. Соня, поблагодарив, взяла. Соскребла все с карусели, собрала в пакет, сунула в карман, пока Смирнов кутал котенка в свой шарф.
У своей двери Соня протянула руки за котенком, решительно встав на пути Толика.
 
- Дальше я сама, Смирнов, - сурово свела она брови.
- Э, нет, Соколова, так не пойдет. Кот у нас на двоих. Ответственность общая. И вообще… Что ты знаешь о том, как надо купать раненого зверя?
Он нагло вперся, сбросил огромные ботинки у порога. Скинул ей на руки пуховик и с закутанным в шарф котенком пошел в ее ванную. Выкупал, обтер Сониным банным полотенцем, потащил на кухню.
- Господи, Соколова! Что ты жрешь вообще? - вытаращился Смирнов, перебирая упаковки с овощами, зеленью, обезжиренным творогом. - Где мясо?
- Нет мяса. Я его почти не ем, - призналась она нехотя.
- Ты веганиха? - подозрительно сощурился Толик.
- Нет такого слова.
- Слова нет, а глупые бабы есть. Мясо надо употреблять в пищу, Соколова. Это я тебе как эксперт говорю. Ну и чем ты станешь нас кормить, Сонька?
Все ее протесты, что его кормить она не нанималась, были отметены.
- Ты офигела, что ли? - вытаращил он на нее давно протрезвевшие глаза. - У нас с тобой теперь одна зона ответственности. Мы почти семья!
- Знаешь что!… - угрожающе подняла она руку.
- Ну не в том смысле, что мы с тобой. А в том, что мы с ним.
Его длинный указательный палец ткнул на котенка, дремавшего в углу ее кухонного диванчика. Потом Толик смешно сморщил лицо и прошептал:
- Соколова, ну дай уже чего-нибудь съесть. А то мы…
Пришлось жарить Толику яичницу, а котенку варить овсяную кашу с морковкой. Это сосед выдал рецепт. Также он предложил туалетный кошачий лоток и наполнитель для него.
- Бывшая жена покупала, - пояснил он, устраивая котенку туалет в ее прихожей. - Все кота хотела завести. Или собаку. Никак не могла определиться. Пока определялась, завела любовника и избавилась от меня.
Соня недоверчиво промолчала. Она очень сочувствовала его бывшей жене и ни разу не замечала ее в обществе посторонних мужчин. Как и себя, в принципе.
Отношений у нее не было уже два года. Вообще никаких. Даже ни к чему не обязывающих. Два года назад бывший парень выставил ее сумки за дверь, попросив больше никогда о себе не напоминать. Соня не напоминала. И почти не переживала. Даже научилась находить удовольствие в одиночестве. А теперь у нее завелся кот, жизнь точно поменялась и никогда не будет прежней.
Кот - это все равно, что ребенок, который никогда не вырастет, все время будет маленьким и беспомощным.
- А это кот или кошка? - запоздало поинтересовалась Соня, выпроваживая Толика через пару часов.
- Кот, не сомневайся. Я все рассмотрел, пока его купал, - покивал Смирнов перед тем, как уйти. - Завтра выходные. Я вас навещу.
О том, что такого уговора не было, напоминать было бессмысленно. Соня заперла дверь на все замки. Взяла оставленный шарф Толика. Устроила из него котенку лежанку возле своей кровати. И улеглась спать.
Все ее опасения, что котенок загадит углы, или будет пищать по ночам, или шипеть и царапаться, не оправдались. Он был тихим, аккуратным, ласковым и грустным. И все время смотрел на нее так, что ей самой хотелось расплакаться.
- Как же я оставлю тебя, Малыш? - Она назвала его так. - Уйду на работу, а ты один весь день…
Она косилась в сторону входной двери. Смирнов ни разу не объявился за выходные, даже не позвонил, чтобы спросить, как они. То есть как котенок. И Соня, не выдержав, в воскресенье поздним вечером позвонила в его дверь. Впервые сделала это сама.
Глава 2
- Итак, результата ноль. Подозреваемых нет. Три трупа в результате пожара в однокомнатной квартире - есть. А подозреваемых нет!
Начальник отдела всплеснул руками. Его ладони со вздувшимися венами с силой опустились на край стола. Удар был ощутимым. Все знали, что по силе рукам полковника нет равных. Странно, как уцелела поверхность. Неужели научились делать?