Ничейная пешка (СИ)

Теперь настала очередь магистра Флаттера обдумывать ответ.
— Это уже лучше, чем есть сейчас… Разумеется, я буду докладывать своему начальнику обо всех нарушениях с вашей стороны. Это мой долг, но обещаю впредь быть максимально непредвзятым. — Маг встал и кивнул головой в знак уважения. — Когда вокруг никого нет, можете назвать меня Линг. Спокойной ночи, тэй’Бесстрашный.
— Меня можете называть Соу когда хотите. — Он так же поднялся с земли и вернул инквизитору его поклон. — Спокойной ночи Линг.
Ещё несколько секунд они молча смотрели друг на друга, затем разошлись в разные стороны.
***
Нельзя сказать, что путешествие проходило без проблем, но и смертельная опасность не подстерегала их на каждом шагу. Где-то дождь размыл дорогу, где-то паводок снёс старый мост, а где-то небольшой ручей расползся до речушки, — обычные беды осеннего путешествия. Чей-то конь потерял подкову, кто-то неудачно слезал с лошади и оторвал стремя, сломался каркас у одной из палаток, — бытовые мелочи от которых никто не застрахован.
Всё это не мешало подготовленному отряду двигаться дальше. Лейтенант Данн вообще готов был прыгать от радости, что основная его проблема — жадный интендант, подсунувший старый хлам, ленивый конюх, не проверивший нормально инвентарь, и осенняя погода.
Что было, если бы инквизитор и магистр (в голове лейтенант не мог перестать называть Бесстрашного магистром) не объявили перемирие, лейтенант предпочитал даже не думать. Ещё одной радостью для Мранта стала возможность увидеть воочию наследие своей семьи. Некогда великая фамилия исследователей-теоретиков выродилась. Не осталось ни одного магистра. Его дядя дотянул до обычного полкового недоучки, а отец вообще оказался лишён магии. У Мранта столп проявился, но слишком поздно. Отучившись один год в Астиде [38], он мог создавать учебный элемент раз в сутки.
А вот военная карьера складывалась неплохо. Уже в пятнадцать лет молодого кадета заметил подполковник Аттон, и юноша стал младшим лейтенантом королевской гвардии.
Позднее Мрант не стал пытаться развить резерв, чтобы эффективнее пользоваться артефактами и амулетами. Вместо этого он сосредоточился на фехтовании (как и, какое совпадение, граф Аттон). По окончании учёбы тэй’Данн нанёс на ауру руну “восстановление”. С одной стороны, это поставило крест на дальнейшем магическом развитии, с другой — вся свободная мана теперь шла на лечение своего носителя. Полноценного лекаря руна никогда не заменит, но о мелких травмах и болезнях молодой лейтенант забыл навсегда.
Если вдуматься, Мрант Данн имел весьма опосредованное отношение к Виктории, но увидеть своими глазами элемент, открытый твоим прапрадедом, было приятно. В глубине души Мрант даже надеялся, что Бесстрашный когда-нибудь создаст заклинание, с использованием этого элемента…
Когда Бесстрашный первый раз создал Викторию, странно повёл себя магистр Флаттер. Несколько минут он непрерывно восхищался силой Соу, никого не стесняясь открыто извинялся за свою бестактность и обещал написать рапорт с просьбой восстановить Бесстрашного в звании, так как это: “Полный абсурд. Маг такой силы не имеет даже звания фэй. Это позор для всего Круга!” Тут Мрант, как ни странно, был согласен с инквизитором. Но на этом утренние странности не закончились.
Хвалебные речи со стороны магистра Флаттера резко оборвался, а сам он немного занервничал. Дальше последовал приказал всему личному составу бросить текущие дела, немедленно подойти к месту демонстрации Виктории и встать как можно ближе друг к другу.
Объяснять что-либо Линг не стал. Однако, судя по лицу Бесстрашного, Соу понимал, что происходит и полностью поддерживал решение инквизитора. Тридцать шесть человек, включая двух магов, полчаса ютились в тесноте на небольшом клочке земли. Причём магистр Флаттер пригрозил, что, если кто-то будет возмущаться, он прикажет привести к ним сюда и лошадей.
Через несколько часов, на привале инквизитор всё же снизошёл и объяснил гвардейцам, что произошло. Оказывается, Бесстрашный высвободил в пространство огромное количество магической энергии — ресурса, не уступающего в ценности благородным металлам. В понимании магов, дать ей просто раствориться и пропасть — настоящее кощунство. Поэтому он и приказал всем зайти в область повышенной концентрации маны, чтобы поглотить её. Магистр уверял, что в умеренных дозах это полезно даже для людей.
 
Вечером лейтенант Данн вынужден был признать, что сегодняшний день прошёл намного легче чем вчерашний. Возможно, это из-за того, что они больше не гнали лошадей; а может, избыток сырой маны так на них повлиял…
После того как отряд становился лагерем на ночлег, Мрант, иногда, по вечерам помогал Соу с тренировками. По сравнению с Ларха, прогресс был огромен. Благодаря силе и выносливости Бесстрашный уже на равных бился с десятниками и мог что-то противопоставить самому лейтенанту, разумеется в учебных спаррингах. В реальном бою Мрант вообще не представлял, как можно победить того, кто не устаёт и не уязвим, зато одним касанием может разорвать тебя на части вместе с доспехами и щитом.
Если лейтенант Данн был занят, Соу стрелял по мишеням из своего арбалета или разговаривал с инквизитором. Когда все трое собирались вместе, беседы касались либо Керрии, либо отвлечённых тем.
Всё связанное с магией Бесстрашный и Флаттер обсуждали исключительно один на один. Мрант не знал, о чём именно они говорят, но догадывался, что инквизитор пытается всеми способами завоевать расположение бывшего магистра
*
— Как успехи? — Инквизитор отошёл от лагеря, туда где в одиночестве сидел Бесстрашный.
— Ты мне скажи. Я вообще ничего не чувствую. — Соу вздохнул и открыл глаза.
Со стороны казалось, что он занимается обычной медитацией, но всё было с точностью до наоборот.
После того, как Бесстрашный создал, а потом развеял Викторию на стоянке у дороги, Линг был настолько потрясён увиденным, что не сразу сообразил об опасности. Их группе почти ничего не угрожало, зато, когда на это место пришёл бы следующий караван, наверняка случился бы несчастный случай. Отвечать за который пришлось бы как раз инквизитору…
Соу создал локальную область со смертельно опасной концентрацией сырой маны. К счастью, Линг вовремя это понял, а рядом было достаточно людей. Плюс у многих гвардейцев имеются простенькие защитные амулеты, которые регулярно производят ученики кафедры артефакторики [39].
Всё время до следующего привала Линг Флаттер вычислял примерную величину резерва Бесстрашного и скорость его восстановления, если за одну ночь тот восполняет маны на сверхтяжёлый элемент и на многочасовой марш бросок в полном (почти) доспехе. Результаты получались удручающими.
Магистр Варития о-о-о-чень сильно просчитался, когда решил нанести удар по своим оппонентам через их протеже. Слухи, которые гуляли по академии о Бесстрашном, не оказались преувеличением. Вообще. Скорее, даже наоборот.
Линг сделал себе пометку, ещё раз опросить всех свидетелей битвы Бесстрашного с тем неизвестным демоном. Если тварь была сильна настолько, что Соу едва выжил, то появление ещё одного такого обернётся страшной катастрофой. Следовательно нужно ещё сильнее ужесточить наказание за практики из демонологии… Но это на будущее, а сейчас перед магистром Флаттером стояла задача, которую старший инквизитор ставил ему не обладая всей полнотой знаний.
Линг решил, что пока он будет пытаться убедить Бесстрашного, что ни он ни старший инквизитор ему не враги. Тем более это на прямую не мешает изначальному плану. А как только появится возможность, он воспользуется услугами оракула и свяжется с магистром Варитием. Даже если его наставник не изменит своё решение, хорошие отношения с настолько сильным магом не помешают…
— Я тоже ничего не чувствую. — Инквизитор встал в нескольких метрах от Соу и поводил перед собой рукой. — Проблема в том, что без специальных заклинаний или инструментов почувствовать повышенную концентрацию маны можно только когда её уровень уже вреден для здоровья. Хотя…