Стигма ворона 4 (СИ)

Неужели Аншар совсем разум потерял?! Накрыло от ненависти к бывшему господину?
Или же он и вправду сейчас действует, как марионетка?..
Прорвавшись сквозь строй своих же воинов, отряд Аншара бросился на железных противников, мешая тем атаковать золотых и отвлекая на себя. Машины развернулись и принялись отстреливаться от обступивших их людей. Пятый и шестой отряды посыпались с лошадей, как перезрелые груши от порыва ветра. Взрытый конскими копытами снег покрылся алыми брызгами.
В это время стена позади армии Внутреннего круга вдруг полыхнула красноватым золотом. Она стала яркой, точно выкованной из бронзы. Небо над ней заалело закатными бликами, хотя солнце стояло еще высоко.
Недоброе предчувствие охватило Эша.
Он не знал, что конкретно сейчас произошло. Но чувствовал — это что-то угрожающее, недоброе и предвещающее беду.
Воины в красных доспехах оживились, меняя боевой порядок. Светящиеся силуэты переполненных энергией акад всадников отступили вплотную к стене, и в воздухе засверкали золотые копья. Набрав яркость, копья стремительно ускорялись и одно за другим со скрежетом вонзались в металл армии Единого. Поврежденные роботы искрили и гудели, теряя свою проворность. И теперь им приходилось отстреливаться в обе стороны, что замедляло их еще больше.
Эш застонал.
Все планы летели к чертовой матери! И все из-за чудовищного грохота вокруг и безумного Аншара!
А ведь можно было победить малой кровью! Можно было...
— Ну давай, военачальник! Решай, что делать будем!.. — крикнул побелевший, как снег, Ларс.
Эш взглянул на свое переминающееся войско. На гигантов. А потом — на машины и кровавый снег под их ногами.
— Идем вперед. Атаковать машины! — крикнул он.
Гори все огнем. Пусть уже будет, что будет!
Эш сорвался с места, и в то же мгновение гиганты, как по приказу, тоже бросились вперед и первыми ворвались в отряд машин. Воздух наполнился рычанием и трубными возгласами великанов.
Следом за Эшем все войско двинулось на созданий Единого. Золотые не приближались — они сражались дальними атаками, из которых самой результативной были те самые золотые копья, которые создавали четверо у стены. Удар такого копья с одинаковой легкостью пробивал как металл машинных корпусов, так и шеи гигантов, которые теперь тоже стали удобными мишенями для армии Внутреннего круга.
Эш вытянул свои черные крылья и взмыл вверх. Вокруг творилось безумие.
Гиганты топтались на мертвых телах своих собратьев, норовя опрокинуть стальных монстров, метя клыками в сочленения опор, башен и корпусов.
Люди били машины, чем могли, уворачиваясь от выстрелов и ударов — если успевали. Нанести значительные повреждения им удавалось редко, но зато машины постоянно реагировали на каждый агрессивный выпад, и это облегчало задачу гигантам.
Снег, кровь, стальные корпусы, звериные и человеческие тела, вспышки атак со стороны стены — все смешалось в бурлящую массу смерти.
Эш стремительно спикировал вниз на первого попавшегося робота, вцепился тому в голову обеими почерневшими руками с когтями и рванул на себя. Башня отлетела в сторону, подминая под себя воина с двумя топорами в руках. Железный монстр покачнулся и медленно опрокинулся. Люди едва успели отступить, гигантская рысь ловко отскочила в сторону и переключилась на соседнюю машину, к которой тут же устремился молодой ворон. Он приземлился на выступ, над которым, как над плечами, возвышалась башня, одним ударом острых когтей пропорол тонкую обшивку в месте соединения стальной башки и основного корпуса, и выдернул из образовавшейся прорехи клубок проводов, изрезав руку об острые края.
Махина заскрежетала и застыла, как изваяние.
Снова взмыв в воздух, Эш заметил в каше Ларса — тот лишился коня и теперь кружил возле самой здоровенной машины. Та уже не отстреливалась. То ли одно из повреждений корпуса оказалось удачным и что-то нарушило в ее искусственных мозгах, то ли снаряды для орудий закончились. Одна клешня махины безвольно волочилась по снегу, а второй она продолжала отбиваться, моргая единственным красным глазом на башне.
 
Подскочив к чудовищу вплотную, Ларс вогнал заискрившийся меч в металл чуть ли не по самую рукоять и, с трудом вырвав его из корпуса, снова отпрыгнул, уворачиваясь от ответного удара.
Только сейчас, когда он скинул плащ, Эш с изумлением увидел на его обнаженных руках множество новых меток: стигмы волка, рыси, тигра и бурого тура покрывали их сверкающим рисунком.
И в это мгновение что-то яркое блеснуло сбоку от Эша.
Молодой ворон затормозил время. Воздух под его крыльями стал твердым. Бешеная пляска смерти внизу замерла. Он медленно повернул голову — и увидел одно из золотых копий, замершее буквально в полуметре от него.
Вовремя же он успел.
Стряхнув с себя оцепенение терпения ворона, Эш в то же мгновение поймал обжигающее оружие рукой.
Оно оказалось на удивление тонким — из-за сияния его древко выглядело со стороны на порядок толще, а наконечник — увесистым. Перехватив копье, Эш со всей силы швырнул его в одного из четверых.
Но враг мгновенно переместился далеко в сторону, а копье вонзилось глубоко в камень и рассыпалось на тысячи искр.
Ну и ладно. Ничего, их очередь тоже настанет!
Хотя, безусловно, армия Внутреннего круга сейчас отыгрывала ту самую роль, которую могло бы играть воинство Эша — просто время от времени она била дальними атаками, не вмешиваясь особенно в ход событий. Теперь они ждали, кто из двух противников победит, чтобы потом добить его нерастраченными силами.
Эш рванулся было на помощь Ларсу, когда увидел, что на одну из машин взобрался безумный Аншар.
Тот хохотал, будто окончательно спятил. Из его левого плеча вместо руки свисало кровавое месиво, бескостное и бесформенное. Кровища хлестала из раны во все стороны.
— За мной, братья!!! — орал Аншар, потрясая мечом.
Вот придурок!..
Бросив взгляд на уворачивающегося Ларса, которому теперь против машины, помогала пара волков, Эш метнулся к Аншару. Подхватив его подмышки, Эш уволок брыкающегося великана в сторону от сражения и бросил в снег.
— Тринадцатый, ты че творишь, паскуда!!! Охренел, чтоль? — выкрикнул белоголовый, вскочив на ноги и бешено вращая глазами. — А ну верни меня назад! Назад, я сказал!.. Я — воин, я умру в бою!..
— Пасть закрой! — рявкнул на него Эш.
Из внутреннего кармана он вытащил склянку с бальзамом и бросил Аншару.
— На! Пока кровью не истек.
Тот с какой-то растерянностью взглянул на пузырек.
— Так это... я же отключусь! И проку от меня сонного?
— А от тебя трупного, считаешь, проку больше будет?
С этими словами Эш рванулся обратно в гущу сражения.
И понял, что потерял Ларса.
Эш взревел. Он носился на черных крыльях над своими, на лету нанося яростные удары по стальным воякам — всем, кто попадался на пути. На землю посыпались клешни, головы, куски обшивки. Вот один заискрил, вот второй, и вот еще двое...
Осталось всего пять действующих машин, но вокруг них Эш не видел Крыса.
— Ларс!!! — проорал Эш, вдруг понимая, что сердце у него в груди не такое уж каменное, как он думал. — Ларс, ты где?!
— Господин, он здесь! — услышал вдруг молодой ворон голос Магура.
Командир воронопоклонников стоял на колене в кровавом снегу, пытаясь сдвинуть в сторону тушу убитого оленя-гиганта.
Эш ринулся к нему на помощь. Вонзив когти глубоко в шкуру, он приподнял оленя, и Магур вытащил из-под него Ларса.
Тот был бледен и весь в крови, но стигмы еще вспыхивали на его руках.
— Друг, очнись! Ларс, открой глаза! — крикнул Эш, пытаясь шлепками по щекам привести его в чувство. — Ну же, давай! Ларс, сволочь, не смей помирать!..
Веки Ларса дрогнули.
— Вот только... подумаешь, что навсегда от тебя отвязался... — с трудом проговорил он, приоткрывая залитые кровью глаза.
— Не дождешься! — прохрипел сорванным голосом Эш, чувствуя, как к горлу подкатил непрошеный ком. — Куда тебя ранили? Где? Сейчас все залатаем, у меня еще одна склянка Аварровского бальзама осталась — я ж, как хомяк, запасливый...