(Не)настоящий папа (СИ)

— Теперь не остановлюсь… — совсем тихо обещает он, проводя ладонью вдоль моей щеки, запуская пальцы мне в волосы.
Выдыхаю и прикрываю глаза. Чувствую легкий неторопливый поцелуй. Соприкосновение наших обнаженных тел от крепкого объятия. И земля плавно уходит из-под ног. Я ощущаю Владимира полностью. Его приятный, будоражащий кровь запах, уверенные прикосновения рук, что гладят мне спину, спускаясь ниже к бедрам. Жаркие мягкие губы, что скользят по разгоряченной коже вдоль ключицы к груди…
— Невероятная… — выдыхает он, захватывая губами затвердевший сосок.
Я выгибаюсь ему навстречу, хватая ртом воздух и дрожа от желания… Никогда не поверила бы, что прелюдии могут быть настолько чувственными и яркими. Когда ощущения полностью затуманивают разум и хочется раствориться в наслаждении. А пламенные губы продолжают подчинять, дарить умелые ласки, переключаясь на вторую вершинку, заставляя меня выгибаться сильнее.
Я думала, все будет по-другому. Бывший парень спешил начать процесс так же быстро, как и закончить его. Владимир же намеренно медлил, продолжая изучать мое тело губами, сводя меня с ума. Он зацепил единственное оставшееся на моем теле кружево и потянул вниз, с каждым мгновением оголяя меня все больше. А когда его пальцы добрались до самого сокровенного, сдержать протяжный стон оказалось невозможным. Эмоции буквально разрывали меня на части, мешали сделать новый спасительный вдох. А еще его взгляд — настоящее любование моей реакцией на его ласки.
Владимир дал мне передышку, пока сам освобождался от остатков одежды, затем привлек меня к себе.
— Иди сюда…
Опустилась на колени. Совсем не стесняясь, с готовностью подчинилась призывным движениям и, раздвинув ноги, забралась к нему на бедра. Запустила пальцы в его волосы и прижалась всем телом, сливаясь в одно целое неистовым поцелуем. Задрожала, почувствовав его давление, такое жгучее, дразнящее и желанное до сумасшествия. Я всхлипнула и выгнулась, когда он нацелился на сокровенный вход и прошептал мне в шею:
— У меня нет защиты, но я выйду раньше. Договорились?
— Я пью таблетки, не беспокойся… — задыхаясь, пролепетала я и нетерпеливо толкнулась на него бедрами. Господи, насколько же приятно…
Призыв был подхвачен моментально. Владимир резко потянул меня на себя, заполняя изнывающую желанием пустоту. Стон наслаждения прорвал тишину, я едва узнала свой голос. Откинулась назад, упираясь ладонями в песок и напрягая бедра, которые он продолжал удерживать. Будто бы я могла сбежать… Ни тогда, ни сейчас — я полностью в его власти. С готовностью принимала сильные толчки внутри и не сдерживала возгласы. Позволяла ему возносить меня к вершине блаженства.
— Боже, боже… да! — Я запрокинула голову, выгнула спину и дернулась всем телом, достигнув оргазма.
Владимир последовал за мной практически сразу. С хрипловатым низким стоном он прижался лбом к моим выпирающим ключицам и благодарно поцеловал ложбинку между грудями.
Я не могла даже пошевелиться. Мышцы ног дрожали, дыхание сбивалось, а тело обмякло. Влажной спиной я почувствовала теплый песок. Понимала, что он обязательно прилипнет к коже, но мне было все равно.
Я прикрыла глаза, полностью расслабляясь, в то время как сердце выпрыгивало из груди. Неужели это не сон? И я действительно совершенно потеряла голову и отдалась мужчине на берегу океана на второй день нашего знакомства?
Поймала себя на мысли, что не желаю выпускать Владимира из объятий. Я безумно хочу, чтобы он был моим. Всегда! Но хочет ли он того же? Или теперь я для него лишь пройденный этап? Очередная быстродоступная девица? Что ж, с последним определением не поспоришь…
  
09
 
Сильные руки сгребли меня в объятия, поднимая с песка. Абсолютно без сил я упала головой на плечо Владимира. Его жаркая кожа была влажной, как и моя. Коснулась ее губами, прижимаясь ближе. Тело продолжало немного дрожать. Это была самая сладкая, самая приятная дрожь, которую я только испытывала в своей жизни. Как же хорошо…
 
— Все в порядке? — низким бархатным шепотом спросил Владимир, когда я совсем размякла и закрыла глаза.
В порядке? Зависит от того, кто мы теперь друг для друга. Я не хочу быть для тебя мимолетным приключением. Я хочу, чтобы твои невероятные глаза смотрели только на меня. Всегда…
— Марина? — немного обеспокоенно позвал он и отстранился, заглядывая мне в лицо.
Блаженно улыбнулась и приподняла голову.
— Я без сил… — хрипловато призналась.
И это чистая правда. К подобным марафонам я не привыкла. Секса не было почти год, а такого ошеломительного — вообще никогда в жизни…
Его губы растянулись в ответной улыбке, затем неторопливо поцеловали мои. Совсем не так требовательно, скорее нежно и бережно. Только от этого невинного поцелуя у меня снова скрутило низ живота, и я невольно поерзала. Владимир тут же захватил меня за попку и поднялся с колен, удерживая на весу с такой легкостью, будто я Дюймовочка.
— Постой, ты куда?! — взвизгнула я, когда он шагнул к воде, и, как кошка, подтянулась выше, боясь намочиться. Крепче обняла его за шею. Не собирается же Вова идти в отель голышом!
— Смыть с тебя песок, — весело объявил он.
Снова взвизгнула, болтая ногами.
— Я почти не испачкалась!
О да, мой искусный любовник очень предусмотрителен. Песок из труднодоступных мест вымывать не придется. Если бы я сама не опустилась спиной на песочное покрывало пляжа, была бы совершенно чистой!
— У тебя спина испачкалась, — напомнил он.
— Вова, поставь меня! Мы будем мокрые, а вытереться нечем.
— Ты торопишься?
— Нет.
— Значит, успеем высохнуть.
— Ой, холодно… холодно… холодно… — запищала я. А когда он зашел по пояс, вовсе не сдержала возгласа, вся покрываясь мурашками.
Знаю, вода не холодная. Двадцать пять градусов точно есть. Я самолично видела на электронном табло, установленном перед входом на пляж. Но тело еще не остыло после нашей обоюдной страсти, и температура ощущалась по-другому. Хорошо, что я не шипела как раскаленная сковорода, пока меня стремительно заносили в воду!
Когда мы оказались в океане по грудь, Владимир принялся наглаживать мне спину легкими массажными движениями. Поначалу я стучала зубами, дрожа всем телом, затем наступил момент привыкания: дрожала я уже не всем телом, а только дыханием… А когда Владимир разошелся не на шутку и принялся губами ласкать мою шею, вовсе затаилась, в блаженстве закрывая глаза. В какой-то момент его губы поднялись выше, мягко скользнули по подбородку и, добравшись до моих губ, накрыли их поцелуем, медленным и беспощадно томительным. Дразнит… По-другому не скажешь, потому что попкой я вполне себе ощущала его готовность снова подарить мне безграничное удовольствие. И я буду сумасшедшей, если откажусь ощутить этот невероятный пик экстаза вновь.
Не сдержалась, превратила наш медленный ласковый поцелуй в настоящую бурю страстей. И целовала его до тех пор, пока Владимир не заполнил меня собой и я не забыла, как выглядит окружающий мир. Это было столь же прекрасно, как и на берегу. Когда ощущения оказывались на грани, когда все темнело в глазах, он снижал накал, не давая этому волшебству прекратиться. В эти моменты я не узнавала свой голос, а мои пальцы крепко сжимали его волосы и плечи. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем наши тела замерли. После вершины блаженства я снова не могла пошевелиться. И даже тогда Владимир не отпускал меня, нежно осыпая лицо поцелуями. Убийственно хорошо…
Мы смогли одеться только спустя час. Я скрутила мокрые волосы и аккуратно устроила их на плече, чтобы они не намочили дорогое платье. Конечно, запоздалая забота о любимом гардеробе, но лучше поздно, чем никогда. Владимир предложил руку, когда мы обходили скалу по воде, и, к моей бесконечной радости, не выпустил ее до возвращения к бунгало.
Я полагала, что он, как деликатный ухажер, проводит меня до домика, но нет. Владимир остановился гораздо выше, рядом со своим бунгало, и огляделся. Отель словно вымер, видимо уже была поздняя ночь. Молчание, что висело между нами, начинало пугать. Он не хочет светиться случайной интрижкой со свидетельницей перед своими родственниками и ждет, когда я уйду? Без каких-либо признаний и объяснений?