(Не)настоящий папа (СИ)

Выпил он очень прилично. Мое лицо окутало таким смачным перегаром, что я чуть сама не опьянела. Потянула его подальше от ворот, потому что зеваки на призыв охраны удалиться реагировали неохотно и расходились ну очень уж медленно.
— Ты на чем сюда добрался? — едва передвигая ноги, уточнила я, оглядывая парковку, находящуюся в двухстах метрах от входа, и очень надеясь не найти припаркованный черный внедорожник Сергея.
— На машине, — последовал незамедлительный ответ таким тоном, будто я сморозила несусветную глупость.
Господи боже! Да как он в таком состоянии добрался до лагеря целым и невредимым?!
Не стала читать нотации, в данный момент это было бессмысленно. Но вот ответственности у младшего Громова ни на грош, как оказалось! А вроде уже двадцать семь стукнуло!
Пока вела Сергея к стоянке, трижды споткнулась и чуть не упала. Никогда и думать не думала, что парковка может показаться настолько далекой! Словно не двести метров прошла, а два километра. Спину не то чтобы надорвала, я ее чуть не сломала.
— Пришли, Сережа. Давай вызовем такси. Нельзя тебе в таком состоянии за руль.
— Еще чего! — Он прислонился к машине спиной и одним резким движением припечатал меня к себе. — Мне поговорить с тобой нужно!
Я попыталась выкрутиться, но пошевелить смогла разве что пальцами и головой. Сергей, может, и был пьян, но силой, ростом и телосложением его природа не обделила.
— Хорошо, поговорим. Только отпусти, мне больно.
Сергей вздохнул и послушно ослабил объятия. Спасибо и на этом. Только когда он зарылся носом мне в волосы и шумно втянул воздух, напряжение вновь вернулось.
— Какая же ты сладкая, Маришка… — с блаженством промурлыкал он, а потом властно добавил: — Рассказывай! Все по порядку! И предупреждаю: в твои доводы, что мы из разных миров, я не верю. Ведь ты и раньше знала, что я деньгами не обижен. Так в чем проблема?
— Не знала, когда мы познакомились… — зачем-то возразила я, но это была чистая правда.
О том, в какой семье вырос Сергей, я узнала за несколько месяцев до переезда сюда. И мне стало еще сложнее пойти на сближение.
— Ну и пусть. Но ведь мы были вместе!
Без возражений. Вздохнула, заглядывая в темные глаза бывшего кавалера, и все-таки решила озвучить если уж не причину, то хотя бы намек.
— Сергей, скажи честно: как на наши отношения смотрит твой отец?
Он замер. Руки медленно сползли с моей спины и повисли, выпуская меня из крепких тисков. Даже дышать стало легче. Я чуть отошла.
— Так вот в чем проблема? Он угрожал тебе? Да?
— Нет. Я лишь предполагаю, что твои родители не в восторге от мысли породниться с девушкой, у которой за плечами не стоит ровным счетом ничего, кроме неродного им ребенка.
— Чушь все это, Маришка! Ты ведь знаешь, что я люблю тебя. И сына твоего буду любить как родного! Я покоя лишился. А отец… — Он вздохнул и потер лицо. — Я решу эту проблему! Радикально, если потребуется.
— Не нужно ничего решать, — тихо попросила я, понимая, что, если расскажу про несостоявшийся иск в суд, только усугублю и без того накаленные отношения между Сергеем и его влиятельным родителем.
— Маришка… я не отступлю! — Сергей покачал головой, пытаясь говорить твердо, но выходило крайне неуклюже.
Внезапно он замер, всматриваясь в сторону припаркованных автомобилей, и заметно напрягся. Взгляд стал сосредоточенным, насколько это было возможно в его состоянии, а уже через мгновение заблестел от нескрываемой злости.
— Что же ты, Маришка, мне тут комедию ломаешь? — сквозь зубы прорычал он, устремляя на меня взгляд, полный холодного блеска. — Отцом меня попрекаешь, состоянием, а сама вместе со своим бывшим не стесняешься в лагере ночи проводить!
— Ты о чем?
— Удобно же делать из меня дурака! — гаркнул Сергей, да так, что я подскочила на месте. — Машина его тут стоит, по номерам вижу! Значит, он сейчас с тобой в лагере!
Оглядела парковку. Надо же, я не вникала в то, какая машина у Владимира. Знаю только, что у него дорогой черный седан представительского класса. А вот номер автомобиля даже не пробовала запомнить! Зато Сергей очень хорошо изучил личность отца моего ребенка, раз знает такие нюансы.
 
— Он приезжает к Кириллу, — тихо ответила я.
Обидно слушать столь низкие обвинения, учитывая, что в отношении Владимира я ничего постыдного не то чтобы совершить, даже подумать не успела.
— Ну конечно к Кириллу! Сначала его укладывает, а потом и тебя! В постельку! Да, Марина?
Кулаки непроизвольно сжались. Сергей просто пьян и обижен. Нельзя поддаваться на провокации. Только вот кровь кипит от подобных язвительных слов, а язык так и чешется ответить!
Проглотила обиду и сухо произнесла:
— Ты не в себе, Сергей. Я вызову тебе такси, когда вернусь в комнату.
Успела сделать лишь два шага, когда меня с силой развернули обратно, больно зажав локоть, и грубо толкнули на водительскую дверь. От удара свело спину, но времени прийти в себя не было. Сергей прижал меня к машине, налегая всем телом, и пальцами сдавил щеки.
— Пусти, — испуганно пролепетала я, пытаясь справиться с болезненным захватом.
— А ты, оказывается, та еще шлюшка! Бросить меня решила, чтобы опять перед этим упырем ноги раздвигать! Только вот ты на хрен ему не сдалась, что тогда, что сейчас! А я, дурак, готов был тебя на руках носить! Нравится трахаться с мудаками, что о тебя ноги вытирают? Так поверь, Марина, и я так умею!
Сергей открыл заднюю дверцу машины и, продолжая удерживать мое лицо, просто запихнул меня в салон. Из горла вырвался испуганный крик, затылок зажгло от удара о железную раму. Почти сразу почувствовала, как меня прижимает к сиденью весом его тела, как его рука резко задирает мне юбку, как окутывает неприятный запах перегара, и закричала еще громче.
Едва его губы успели впиться в мои, как весь этот ужас прекратился. С меня в буквальном смысле стащили тяжелое тело Сергея, заломив ему ту самую руку, которая секунду назад грубо мяла мне бедро. Всхлипнув, поправила одежду и посмотрела в бесстрастное лицо незнакомого мужчины, который окинул мое тело таким взглядом, словно проверял, не помялась ли упаковка на товаре важного покупателя.
— Давайте я вам помогу, — низким басом предложил он, протягивая руку.
Я недоверчиво отшатнулась и привстала самостоятельно. А пока выбиралась из машины, услышала, как другой не менее крупный мужчина, отойдя в сторону, докладывает по телефону:
— Владимир Александрович, тут неприятность вышла. Не вмешивались, пока ситуация не накалилась. Да нет-нет, с девушкой все в порядке… Просто парень какой-то пьяный. Знакомый, судя по всему.
Мужчин было трое. Все как на подбор — Ильи Муромцы. Один с такой легкостью скрутил Сергея, будто тот был слеплен из пластилина. Но мой благоверный и не думал вырываться. Видимо, когда получил по голове огромной лапищей, мозги на место встали. Все меня звал в позе буквы «зю» и прощения просил.
Своего состояния я не понимала. Выпрямилась, разгладила волосы и стояла, хлопая глазами. То ли слезы сдерживала, то ли просто в шоке пребывала.
Спустя пару минут шишка на затылке начала пульсировать. Или же я пришла в себя и начала ощущать все, что со мной происходит. Беспокоила не только шишка. Меня колотила крупная дрожь. Щеки горели вместе с ушами, а руки настолько тряслись, что, когда зазвонил мобильный, я даже кнопку нажать не могла.
Впрочем, со звонившим я столкнулась тогда, когда уходила от всей этой расчудесной компании, почти сорвавшись на бег. Голова ни черта не соображала. Да и плевать мне было в этот самый момент на то, кто эти люди. Как и на то, что один продолжал сосредоточенно наблюдать за моим передвижением. Сейчас меня волновали лишь светлые обеспокоенные глаза, изучающие каждый миллиметр моего лица. Почему именно из-за них я совсем расклеилась, не понимала, но подбородок задрожал, а Владимир, оказавшийся передо мной, стал расплываться. Всему виной непрошеные слезы. Его ладони обожгли мои щеки. Я невольно вздрогнула от этого касания, но осталась на месте.