Странник четвертого круга (СИ)

Что же ему сделать? Столкнуть тело в море, чтобы его акулы сожрали? А тут есть акулы? Он этого не знал. Закопать? А чем? Ладошками в песке? Глупость. Вдруг тут люди бывают и обнаружат тело. Решение пришло мгновенно. Простое и, как показалось Кириллу, эффектное. Он навел руку на тело и сказал:
— Бум! — он хотел было картинно подуть на палец, но момент торжества новоявленного великого волшебника испортило то, что ему в лицо полетели ошметки мертвого тела, которые забрызгали его с головы до пят. Отойти подальше он как-то не додумался. Великие волшебники не пачкаются, такого в книжках не было.
— Да блин! — заревел Кирилл, который смотрел на дымящиеся останки Готфрида Готлибовича фон Фогельвайде, которые никуда не исчезли, но приняли совершенно нетранспортабельный вид.
Парня чуть не стошнило снова, но в желудке была такая пустота, что он мужественно удержал все рвотные позывы. Кирилл нашел какую-то палку, спихнул куски тела в море и сел на песок, дав себе торжественную клятву купаться теперь на другом конце острова. Он умылся и снял изгаженные штаны и футболку, чтобы постирать, благо ветровку с документами он снял раньше, уж больно жарко здесь было.
Закончив с ликвидацией последствий собственной глупости, Кирилл достал зеркальце и представил свою родимую двушку на пятнадцатом этаже. Спасительный девайс послушно показал ему квартиру, где все было точно так же, как и в тот момент, когда он ее покинул с вероломными друзьями. И, даже простыня, которую сорвал Николай перед бегством, все так же валялась на полу. Надо ли говорить, что уже через минуту он плескался под душем, смывая с себя всю грязь недельных приключений. Стиральная машинка радостно урчала рядом, отстирывая кровь и дедовы мозги от его одежды. Это было счастье! Кусочек его старой жизни оставался в этой квартирке на окраине Москвы, в обычной свечке из бетонного монолита, которыми столичные власти с упорством маньяка застраивали каждый пригодный кусок земли. Здесь спокойно, здесь безопасно, думал Кирилл, который только что съел тридцать пельменей и сидел в кресле перед телевизором с чашкой крепкого чая в руке. А безопасно ли? — царапнула робкая мысль. Ведь и Динара с Николаем спокойно проникли сюда, и те парни со странными мордами тоже открыли замок без малейших трудностей. Видимо, в этом новом мире совсем другие стандарты безопасности. Не зря старый волшебник забрался так высоко в горы. Если уж он спрятался от всех так далеко, то ему, Кириллу, сам Бог велел. Ведь, если его легко нашли в прошлый раз, то, значит, найдут и в следующий так же просто. Ведь он не знает совершенно ничего о той жизни. Она, эта жизнь, просто свалилась ему на голову. Да, жаль, конечно, но здесь оставаться больше нельзя. Нужно искать новое место для жизни. Как там писал отец? Не дай себя поработить? Вот-вот.
Сегодня он здесь ночует в последний раз. В дальнейшем он будет ночевать в своем новом логове в горах. Там его точно никто не достанет. Дед покойный там прятался, и он спрячется. Надо будет только порядок в той берлоге навести, клининг же туда не закажешь. Интересно, есть ли услуги по уборке тайных убежищ беглых колдунов? И Кирилл прыснул от смеха, представив себе объявление: «Уборка волшебных замков и темниц, недорого, качественно». Да, он больше не даст себя поймать так глупо. Хотя глупо ли?
Кирилл и не подозревал, что полчаса назад…
  
Глава 7
 
— Что с тобой? — спросил Николай, увидев выражение лица Динары.
— Сама не пойму, — честно сказала она, раздувая ноздри, будто принюхиваясь. — Знакомое что-то почудилось. Как будто внезапно появился кто-то с аурой, на которую я когда-то свою метку ставила.
— Он далеко?
— Километров пять, на пределе моих возможностей, — ответила она.
— Кто? — напрягся Николай.
— Не понимаю, — честно призналась девушка. — Кто-то знакомый появился внезапно, как будто выпрыгнул откуда-то. Я с ним точно общалась, но эта аура мне не знакома. Это или Странник, или кто-то очень сильный, только им такие переходы под силу. Или мощный амулет кто-то задействовал…
 
— Странник? — удивился Николай. — Не Кирилл ли? Хотя, как он от Готфрида удерет? Старый дед та еще акула.
— Сходство есть, но это точно не он, — мотнула головой Динара. — Я его хорошо запомнила. Он слабак еще. Ему расти и расти. А это кто-то серьезный. Аура сильная, яркая, он ее погасил тут же. Она при переходе всплеск дала, и я успела его почуять.
— Может, сам дед решил сюда наведаться?
— Да нет, не он это, — уверенно сказала девушка. — Его ауру я тоже хорошо помню.
— Странно, очень странно, — задумчиво теребил бороду Николай. — Я не люблю неожиданности. Понаблюдай за ним, вдруг опять проявится.
— Понаблюдаю, — ответила Динара, — но он довольно далеко. Этот тип может быть опасен. И он на того Кирилла похож. Наверх докладывать будем?
— С ума сошла? О чем? О том, что мы колдуну-изгою новичка для опытов продали?
— Да, — поморщилась Динара, — глупость сказала. Они же с нас шкуру спустят. Или вообще казнят за измену.
Николай достал из кармана фигурку старичка с посохом, искусно вырезанную из камня, и провел над ней рукой.
— Не хочет Готфрид со мной разговаривать. Странно, Дина, очень странно. Может, в лаборатории своей возится. Через часок еще раз попробую.
***
Следующее утро Кирилл начал с закупок. Готовая еда в термосумках, ведра, швабры, чистящие средства и даже раскладная кровать со спальными принадлежностями. Спать на чужом белье? Бр-р-р! Да ни за что на свете. Кирилл встал перед зеркалом, навьюченный, как караванный верблюд. Он вновь увидел, как пошла по стеклу знакомая рябь, и очутился в пещере, с которой его связывало столько волнующих воспоминаний. На удивление, попав туда, он ощутил покой и умиротворение, словно логово колдуна сдалось, и признало в нем своего нового хозяина.
— Да, теперь тут мой дом, — удовлетворенно сказал Кирилл в полный голос. — Мне тут хорошо как-то, и очень спокойно. Куда спокойнее, чем в старой квартире. Начнем, пожалуй, со спальни.
Старый рассохшийся топчан, который пришлось разломать, и одеяло с подушкой Кирилл положил в открытый очаг, который был в лаборатории. Крошечный огненный шар, что извлек из пальца молодой колдун, заставил вспыхнуть веселым огнем вещи старого хозяина. Пламя файербола обычным точно не было, потому что горело в нем практически все, что туда ни брось.
Вдруг Кирилл услышал негромкий звук. Да откуда же он идет? Сигнал был таким, как будто телефон вибрировал в беззвучном режиме. Кирилл пошел, ориентируясь на слух, и увидел в завалах на столе маленькую фигурку, которая горела мигающим светом.
— Телефон звонит, что ли, — усмехнулся Кирилл, и внезапно понял, что не ошибся. — Кто же это названивает? Охотник???
Фигурка представляла собой изображение человека с ружьем на плече и с собакой, сидящей у ног. Не нужно быть гением, чтобы понять, кто это звонит, и Кирилл, конечно же, догадался. Он смотрел на мигающую фигурку и не знал, что ему делать. Наконец, любопытство победило, и он взял фигурку в руку.
— О, старик, ты чего трубку не берешь? — услышал он безжизненный голос, ничуть не похожий на сочный баритон Николая. — У тебя все нормально?
— Вполне, — ответил Кирилл, пытаясь подражать дребезжащему старческому голосу колдуна. Скорее всего, в этом не было необходимости, но чем черт не шутит. — Отвлекают только всякие от важных дел.
— А ты все такой же любезный, — сквозь механический однообразный тембр слышалась насмешка. — Тут Динара странный всплеск почуяла. Кто-то сильный шастает туда-сюда. Вроде бы на новичка похоже, которого мы тебе подогнали, но, вроде бы и не он. Ты об этом ничего не знаешь?
— Я, мальчик, много чего знаю, чего тебе знать не положено, — ответил Кирилл, обливаясь потом. Вот и спрятался, называется. Его, оказывается, видно, как взлетающий самолет.
— Да, ладно, не заводись ты, — примирительно сказал Николай. — Ты же знаешь, что о таких случаях мы докладывать должны. Главный не любит, когда на его территории чужаки шастают, как у себя дома. Так что, ты к этому имеешь отношение?