Странник четвертого круга (СИ)

— Медленно ложишься мордой вниз, руки на затылке. Одно лишнее движение, и ты покойник.
Пьер выполнил приказ, готовый от унижения провалиться сквозь землю. Вот и поохотился, называется. Этот парень сам завел его в эти дебри из морских контейнеров. Албанец пинком раздвинул его ноги, чтобы затруднить подъем и начал изучать документы.
— Как бык из Бельгии оказался здесь? Что тебе нужно в Гамбурге, отвечай? И почему пошел за мной?
Пьер сначала не понял, что от него хотят, но, к счастью, вспомнил, что быками в Германии называют полицейских. Мозг его заработал с невероятной быстротой. Его супергеройский череп не выдержит попадания пули, он это знал точно. Ведь Доктор Осьминог отбивался от выстрелов, раскручивая стальные щупальца. А у Пьера они были вовсе не стальные, тут промашка вышла.
— Я детектив, — начал врать он. — Муж той бабы нанял меня.
Он не имел ни малейшего представления, что будет говорить дальше, но жить хотелось очень сильно. Он даже не подозревал, что это желание может быть настолько всеобъемлющим. Пьер был готов импровизировать до конца. На его счастье, он попал в точку. Здоровый, как лось, парень имел любовницу из местных.
— Агата? — удивился албанец. — Ее муж-импотент пронюхал что-то? Ну, и что теперь?
— Да ничего, — ответил Пьер. — Я должен был узнать только твое имя и адрес. Мне за это заплатили. Ты точно готов убить за это?
— Ты все врешь! — убежденно сказал албанец. — Ты из наркоконтроля.
— А откуда я тогда знаю про Агату? — задал Пьер резонный вопрос.
— Да, действительно, — почесал кудлатую голову албанец, — о ней никто, кроме меня не знает. Ладно, вставай, только медленно. Я еще не решил, что с тобой делать.
Пьер медленно встал, покорно опустив руки. Албанец скосил глаза в его документы, и пистолет на мгновение стал смотреть в сторону. Два щупальца выскочили из-за спины Пьера, сдавив кисти албанца так, что хрустнули кости. Тот выронил пистолет и истошно заорал. Но, увидев перед своими глазами два стальных жала, резко замолчал и побледнел, как полотно. Он смотрел на колеблющиеся, как змеиные головы, острия и не смел зажмуриться.
— Кто ты такой? — наконец спросил он. — Ты не детектив, ты не полицейский. Ты сраный Робокоп, что ли?
— Я Доктор Осьминог, — ответил донельзя довольный собой Пьер.
— Кто??? — албанец явно не смотрел блокбастер про Человека-Паука.
— Ты что, комиксы вообще не читаешь? — удивился в ответ Пьер. Он явно рассчитывал на большую известность своего персонажа.
— Да зачем я эту хрень буду читать? Я что, похож на полного идиота? — удивился албанец. — Так кто ты? Демон? Ты, порождение Шайтана, пришел забрать мою душу?
— Где ваша база, кто главный? — задал Пьер вопрос, из-за которого он шел за эти парнем.
— А ты знаешь, что такое правила Besё, демон? — серьезно спросил у него албанец.
— Не знаю, — честно признался Пьер.
— Это на языке моего народа означает «доверие». Мы все живем по этому закону. Это значит, что я скорее умру, чем предам свою семью. И мои братья тоже.
И албанец нанес Пьеру сокрушительный удар в пах, от которого тот согнулся в три погибели и со стоном повалился на землю. Гангстер, запястья которого были сломаны, не стал рисковать, и побежал изо всех сил. Через считанные секунды он скрылся за контейнерами, а Пьер тоскливо смотрел ему в след. Вот и поохотился, растерянно подумал он. А ведь он теперь всем расскажет. Уходить отсюда нужно, и срочно.
***
На работе его появление произвело фурор. Никто не понимал, как Пьер Дюбуа мог измениться настолько сильно за такое короткое время, но все сходились во мнении, что без дорогостоящего Целителя тут не обошлось. А вот откуда у обычного бухгалтера столько денег, для всех так и осталось загадкой. Он стал событием недели, но вскоре волна интереса утихла, и все вошло в свою колею. Разве что девушки стали обращать на него внимание, чем он неоднократно воспользовался. Они шептались у него за спиной, а счастливицы показывали недоверчивым товаркам на пальцах, сколько раз за ночь у них было. В конце рассказа они еще и картинно разводили руками, словно рыбак, который показывает величину улова. Им, конечно же, никто не верил, но очередь желающих убедиться, что они мерзкие лгуньи, выстроилась на месяц вперед. Пьер постепенно становился знаменитым, но совсем по другой причине, и его смертоносные щупальца были тут ни при чем. В его постели побывала даже начальница, которая выглядела вполне моложаво, и оказалась очень горячей штучкой. Он устроил такой сексуальный марафон, припоминая ей все наложенные взыскания и переработки, что к утру она запросила пощады.
 
— Последний раз меня так драли в конце позапрошлого века, — сказала начальница, выкуривая сигарету в две затяжки. — Но это был вервольф, а они на редкость здоровые ребята. Я пойду, пожалуй. С утра не ждите, я буду спать.
И она, едва попадая в колготки трясущимися ногами, ушла, оставив его одного. Это был последний спокойный день в жизни Пьера Дюбуа.
В тот вечер он вернулся домой один. Открыв дверь, Пьер увидел два автомата Узи с глушителями, которые были направлены прямо на него. Два смуглых брюнета с довольно зверскими лицами целились в Пьера из машинок, способных выпустить шестьсот пуль за минуту. В его любимом кресле сидел мужчина самой обычной внешности, который курил сигару, интеллигентно стряхивая пепел в вазочку, стоявшую рядом. Сам Пьер не курил, а потому пепельниц у него в доме не водилось.
— Я буду говорить по-французски, мои ребята этого языка не знают, — начал разговор мужчина. — Да ты садись, мальчик. Только аккуратно, иначе у парней дрогнет палец, и поговорить уже не получится.
— Кто вы и что вам нужно? — спросил Пьер дрогнувшим голосом.
— Да ты уже понял, кто я, — спокойно сказал мужчина. — Я из Клана Черного Орла, и ты искалечил моего человека. Скажи мне, мальчик, ты сумасшедший? Просто я настолько озадачен тупостью происходящего, что решил поговорить с тобой лично. Вдруг я чего-то не понимаю, и сделаю ошибку, просто убив тебя.
— Нет, я не сумасшедший, — пересохшими губами прошептал Пьер.
— Ты следил за моим человеком, наплел ему с три короба, потом сломал ему руки, и просто уехал домой, зная, что он видел твои документы. Я ничего не пропустил?
— Нет, все так, — понурился Пьер.
— Ты на самом деле настолько тупой, или мне это только кажется?
— Наверное, на самом деле, — понуро сказал Пьер.
— Кто с тобой работал? Ты знаешь имя? — резко спросил его албанец.
— Нет. Мы пьяны были.
— Пьяны? — глаза албанца опасно сощурились. — Да что ты такое несешь? Рассказывай все с самого начала. Со всеми подробностями.
Пьер, запинаясь, и перескакивая с пятого на десятое, начал свою исповедь. Иногда албанец его перебивал, и заставлял рассказать еще раз. Иногда задавал довольно глупые вопросы. Например, не шевелились ли листики в волосах девушки. Минут через двадцать, когда рассказ был закончен, албанец замолчал, не замечая, что сигара прогорела, а пепел упал на пол. Наконец, он сказал.
— Знаешь, парень, я в своей жизни видел множество запредельно тупых идиотов, но ты, пожалуй, вне конкуренции. Ты вообще, знаешь, с кем связался? И кому ты дал клятву, от выполнения которой невозможно отказаться?
— Нет, — понуро ответил Пьер. — Не знаю.
— Ну, и хорошо, — успокоился албанец. — Так даже лучше. Тогда, с твоего позволения, я перейду к делу. Ты покалечил моего человека, и ты теперь должен. С тебя два миллиона евро, парень.
— Но у меня нет таких денег, — выпучил глаза Пьер.
— Я знаю, — спокойно ответил албанец. — Ты же полное говно, откуда они у тебя возьмутся. Но ты теперь будешь делать то, что я скажу. Иначе я убью твою мамашу, твоего папашу, всех твоих телок и даже тех, кто трахал тебя когда-то в зад. Ты понял меня, пидор?
— Что я должен сделать? — спросил помертвевший Пьер.
— Кое-кого прикончить, — пояснил собеседник. — Три убийства, и тогда мы в расчете. Я поклянусь силой, что у моего клана к тебе больше нет претензий. Можешь спокойно жить дальше и ублажать девок своим пришитым хером. И да, если это успокоит твою придурочную супергеройскую совесть, то это будут очень, очень плохие люди. Даже хуже, чем я.