Конец академии (СИ)
- Похоже, что так, - качнул головой и я. - Стоило тебе произнести слово “огонь”, как мой виртуальный палец дёргался на спуске, условно говоря. И с этим надо что-то делать.
- Подумаем, - хмуро решила Марина, - но это - тема для более обстоятельного разговора. А пока давай обсудим, что ты будешь говорить во взводе. Да, кстати, кому-либо рассказывал об этом?
- Только боярыне, - ответил я.
- Боярыне понятно, а ещё?
- Никому.
- Хорошо. Значит так... - поднявшись, Ржевская задумчиво постояла, склонив голову и уперев взгляд в пол, затем подняла глаза на меня. - То, что ты набрал такое количество баллов, само по себе ничего не значит, слишком невероятный результат, а запись боя не видел никто кроме меня и генералы. Вопрос будет только в том, что ты столько времени делал внутри.
- И что на него отвечать?
- Скажи, что уклонялся от боя, прятался.
- Праздновал труса? - поднял я бровь. - Но это же...
- Враньё? - закончила Ржевская и сразу же продолжила: - Да, враньё. Но пойми, слишком много вопросов, слишком многое неизвестно, чтобы вот так спокойно и во всеуслышание объявлять, что у нас есть парень-операта, показывающий результаты, которые женщинам даже и не снились. Особенно важно, чтобы эта информация раньше времени не утекла к нашим противникам.
- Ага, теперь понятно, - поджав губы, покивал я. - Контрразведка, да? Это их идея?
- Их, - лаконично подтвердила майора.
- Не удивлён.
Впрочем, дам из, насколько помню, третьего управления я понимал. Вернее, понимал их ход мыслей. Везде шпионы, диверсанты, вражеские агенты, что так и норовят украсть военные секреты. И я сейчас, по крайней мере, пока они досконально не разобрались в секрете моего успеха, тоже ходячая гостайна.
- Так что, мне подписку о неразглашении какую подписать? - уточнил я.
- Нет, достаточно твоего слова, - спокойно ответила Марина. - Ты же будущий официра.
- Хм... ну ладно, - с сомнением произнёс я.
От подобного доверия, честно говоря, стало немного не по себе. Уж лучше бы подписку взяли. Это же я сам теперь должен следить, чтобы не сболтнуть лишнего. Так бы подписал и под страхом лет двадцати заключения спокойно ходил, а тут? Ни на что письменного согласия не требовали, заключением не пригрозили. И всё, теперь ходи и постоянно бойся, как бы чего не брякнуть. Жуть, блин.
- Ты всё понял? - ещё раз уточнила майора, внимательно глядя мне в глаза.
- Всё, - угрюмо сказал я.
- Ну, тогда беги, - поторопила она меня и на прощанье шлёпнула по заднице.
Уже шагая по коридору, я сквозь зубы прошипел, потирая ушибленную крепким майорским шлепком “булку”:
- Ну что за фигня? Нет, я точно куда-нибудь напишу! Это что же за галимый сексизм...
Стоило мне появиться в дверях аудитории и увидеть невысокую подполковницу, ведущую занятие, как я мигом понял, что попал. И как внимания не обратил, что сейчас тактика в расписании? Это же мне сейчас опять все мозги отлюбят по полной программе. Уж лучше бы отсиделся где и на следующую пару со взводом пошёл. Но что теперь жалеть? Остаётся только уповать, что за полчаса, которые сидеть до конца занятия, слишком сильно достать меня она не сумеет.
- А, Иванов, - с ленцой констатировала женщина, откладывая в сторону длинную деревянную указку, которой показывала на некие схематичные изображения на доске. - Неужели вы всё-таки решили посетить наше занятие? И кстати, что вам помешало прийти на него вовремя, а не к тому моменту, когда две трети отпущенного времени уже прошли?
- Госпожа подполковница, разрешите доложить, - начал я заученно. С этой мадамой надо было только так и не иначе. - С утра был осмотр в военном госпитале, а затем я ходил на доклад к генерале.
- Точно, я и забыла, вы же у нас пострадавший. Кстати, мне тут рассказали, что вы на тренажёре набрали какое-то невероятное число баллов. Не поделитесь, как вам это удалось?
- Удалось?.. - я замешкался на пороге, но преподавала, дёрнув уголками губ, показала кончиком указки на пол возле себя и сказала:
- Проходите, курсата, не стесняйтесь. Да, становитесь вот сюда, я думаю, остальным тоже будет весьма интересно узнать.
- Ну... э-э... - протянул я, обречённо вставая под внимательные взгляды остальных курсат.
- Смелее, вы же будущий официра. Давайте, громко и чётко!
Гадская баба почти в открытую подначивала меня, при этом холодно и язвительно улыбаясь, а я всё прокручивал в голове разговор с Мариной и просьбу хранить всё в тайне. Как же неимоверно трудно было удержаться от того, чтобы не проорать в лицо этой стерве, что да, все эти баллы я заработал в честном бою. Что я действительно смог буквально нагнуть всех, показав настолько запредельный класс, что к моему результату и близко никто не приблизился. Но это говорить нельзя, и я, скрепя зубы и прикрыв глаза, медленно выдавил из себя:
- Никак. Вероятно, в тренажёре что-то сломалось. Может, сбой произошёл.
- Ах сбой... - в голосе подполковницы ощущалась просто тонна удовлетворения. - Что ж, я примерно так и думала. Но что же вы делали там целых полчаса?
- Бегал, - с усилием ответил я, пряча глаза от от молча смотрящих на меня девчат, - и прятался.
- Вы так побледнели, курсата. Наверное, мои вопросы вновь заставили вас пережить тот… те события. Бегать и прятаться столько времени, думаю, и вправду было очень тяжело. Впрочем, осуждать вас за то, что вы вели себя как мужчина… Вы же и есть мужчина, - она отвернулась к классу, вальяжно бросив мне: - Садитесь, курсата, не хватало, чтобы вы тут ещё и в обморок хлопнулись от переживаний.
Не смотря на остальных, сцепив зубы, я быстро сел за парту.
Опять эта тварь опустила меня ниже плинтуса. И что я ей такого сделал? Но нет, надо было меня выставить перед всеми и опозорить. Что теперь обо мне подумают? Что я просто трус?
Внезапно я почувствовал, как моё запястье накрыла чья-то тёплая ладонь. Бросив украдкой взгляд влево, увидел внимательное лицо Вики. Глядя на меня, она одними губами прошептала:
- Всё будет хорошо, - и почти незаметно кивнула, ободряюще сжав мою руку напоследок.
На душе слегка потеплело. Правда, я терялся в догадках, почему вектор отношения Вики ко мне снова поменял направление. Возможно, на неё так повлияло моё попадание в больницу?
Оставшееся время пролетело быстро. Находясь в раздрае, я почти не запомнил, о чём шла речь, но когда прозвенел звонок и подполковница наконец вышла, остальные девчонки взвода окружили меня и принялись громко возмущаться. Однако возмущение их было направлено не на мою персону, чего я боялся, а на преподавалу.
- Это недостойно официры, - звенящим от негодования голосом говорила одна, - так оскорблять, унижать. Да и кого, парня!
- Она сразу на него взъелась. Я думала, она просто против парней в академии, но то, что сейчас, уже перешло всякие границы, - вторила ей другая.
- Петя, не слушай её, - это уже протолкалась ко мне Кристина, - плюнь и забудь. И вообще, - она возвысила голос, - подруги, предлагаю писать коллективный рапорт о недостойном поведении на имя начальницы кафедры, а потом через неё передать генерале.
Все разом приумолкли, слегка ошеломлённые таким предложением, а затем, загомонили вновь, громче.
Но тут поднялся я. Единодушие девушек дорогого стоило, но идея, поданная Кристиной, всё-таки чересчур. Особенно для первого курса. В конце концов, с подполковницей это дело наше, личное, что бы ему причиной ни было, и раздувать его до конфликта со всем взводом просто глупо.
- Не надо никакого рапорта, - твёрдо произнёс я. - По крайней мере, коллективного. Я благодарен вам за такую поддержку, но это лишнее. Думаю, я смогу решить этот вопрос в частном порядке.
- И правильно, - внезапно холодно раздалось откуда-то из-за спин. Девчонки разошлись, и я увидел Иволгину, сидящую за столом с журналом взвода под ладонью. - Нечего впутывать остальных, им ещё учиться.
- А мне, значит, нет? - прищурился я.