Сказки о воображаемых чудесах
— Никто не приехал с Намора.
— Да, и впрямь… — отозвался Хэвиланд Таф.
— Из-за невзгод, — добавил продавец.
— Теперь все ясно, — сказал Таф. — Ну, если и не все, то хотя бы кое-что. Возможно, вам будет не очень затруднительно выделить мне еще один пирог и объяснить, какова причина этих невзгод. По природе своей я ужасно любопытен. Боюсь, это мой самый большой недостаток.
Пирожник снова надел перчатку и запустил руку в ящик.
— Знаете, как говорят? Любопытный всегда голоден.
— Да что вы! — сказал Таф. — Должен признаться, никогда раньше не слышал, чтобы так говорили.
Торговец нахмурил брови:
— Нет, я перепутал. Голодный всегда любопытен, вот как говорят. Неважно. Мои пироги вас насытят в любом случае.
— Ах, — сказал Таф и взял пирог. — Прошу, продолжайте.
Итак, торговец пирогами поведал ему, то и дело сбиваясь и отступая от темы, долгую историю о злоключениях Намора.
— Теперь вы понимаете, — заключил он, — почему они отсутствуют. Раз у них такое творится, выставлять-то нечего.
— Конечно, — откликнулся Хэвиланд Таф, вытирая губы. — Морские чудовища могут ужасно досаждать.
Намор был темно-зеленой планетой, безлунной и одинокой, опоясанной клочковатыми золотистыми облачками. «Ковчег», сотрясаясь, свернул с проезжего маршрута и тяжеловесно сошел на орбиту. В длинной и узкой переговорной Хэвиланд перемещался от одного сиденья к другому, разглядывая планету с разных сторон на дюжине дисплеев (всего их было около ста). Компанию ему составляли три серых котенка: они прыгали вокруг пультов управления, останавливаясь лишь затем, чтобы дать друг другу оплеуху. Таф не обращал на них никакого внимания.
Намор был почти целиком покрыт водой; с орбиты был заметен лишь один участок суши (да и тот не особенно впечатляющих размеров). Но при увеличении Таф разглядел тысячи островков, рассыпанных по морю длинными архипелагами в форме полумесяцев — сокровища земли среди океанов. Другие экраны показали огни — то были города ночной стороны — и пульсирующие вспышки в свете дня.
Таф взглянул на это все, а затем уселся поудобнее, щелкнул включатель еще одного пульта управления и углубился в игру-войнушку против компьютера. Котенок запрыгнул к нему на колени и задремал. Таф двигался осторожно, чтобы его не разбудить. Через некоторое время второй котенок скакнул вверх и приземлился на первого, и они затеяли возню. Таф смахнул их с колен.
Прошло много времени — даже дольше, чем предполагал Таф, — но в конце концов ему все-таки задали этот вопрос. Как он и ожидал.
— Корабль на орбите, — раздалось требование. — Корабль на орбите, это Контроль Намора. Назовите свое имя и цель визита. Просим назвать имя и цель визита. Перехватчики отправлены. Назовите свое имя и цель визита.
Сигнал поступал с единственного континента. «Ковчег» подключился к линии. И в ту же секунду система обнаружила, что к ним приближается корабль — всего один. Его изображение высветилось на еще одном экране.
— Я «Ковчег», — объявил Контролю Намора Хэвиланд Таф.
Контроль Намора оказался круглолицей женщиной с короткими каштановыми волосами в темно-зеленой униформе с золотой окантовкой. Она сидела за пультом; ее лицо было нахмурено, а глаза постоянно косили куда-то вбок — там то ли сидел начальник, то ли располагался другой пульт управления.
— «Ковчег», — сказала она, — назовите мир вашего происхождения. Просим назвать мир вашего происхождения и цель визита.
Другой корабль, по сообщению компьютера, тоже открыл переговоры с планетой. Зажглись еще два экрана. На одном показалась стройная молодая женщина с длинным орлиным носом, она стояла на капитанском мостике; другой экран отобразил пожилого мужчину у пульта управления. На обоих была зеленая униформа. Они оживленно общались, используя шифр. Компьютеру не потребовалось и минуты, чтобы взломать его, и Таф смог подслушать, о чем они беседуют.
— Черт меня побери, если я знаю, что это такое, — говорила женщина на корабле. — Таких огромных еще не приходило. Господи Боже, только взгляните на него. Вы вообще в курсе, что происходит? Он ответил?
— «Ковчег», — все повторяла круглолицая, — укажите мир вашего происхождения и цель вашего визита. Это Контроль Намора.
Хэвиланд Таф присоединился ко второй линии, чтобы говорить со всеми тремя одновременно:
— Это «Ковчег». Мира происхождения у меня нет. Намерения мои исключительно мирного характера: торговля и консультирование. Я узнал о ваших прискорбных затруднениях и, тронутый горем жителей, прибыл, чтобы предложить свои услуги.
Женщина на мостике выглядела ошеломленной. «Что вы такое…» — начала было она. Мужчина выглядел не менее растерянным, но промолчал, уставившись с разинутым ртом на непроницаемую физиономию Тафа.
— «Ковчег», это Контроль Намора, — сказала женщина с круглым лицом. — Мы не вступаем в торговые отношения. Повторяю: мы не вступаем в торговые отношения. Наша планета на военном положении.
К тому времени стройная женщина с корабля уже пришла в себя:
— «Ковчег», это Защитник Кефайра Квей, командир военного судна «Лезвие Солнца». «Ковчег», мы вооружены. Объяснитесь. «Ковчег», вы в тысячу раз больше любого торгового судна, которое мне приходилось видеть. Объяснитесь, или я открываю огонь.
— Да ну, — сказал Хэвиланд Таф. — Угрозами вы ничего не добьетесь, Защитник. Я чрезвычайно раздосадован. Я проделал ужасно долгий путь, с самого Бразелорна, дабы предложить вам утешение и помощь, а вы встречаете меня враждебно и угрожаете.
Котенок запрыгнул к нему на колени. Таф подобрал его своей огромной белой ладонью и поставил на пульт управления прямо перед собой, чтобы собеседникам было видно. Сам Хэвиланд глядел на животное с печалью.
— Не осталось в людях ни капли доверия, — сказал он котенку.
— Повремените открывать огонь, «Лезвие Солнца», — промолвил пожилой мужчина. — «Ковчег», если вы и впрямь пришли с благими намерениями, объяснитесь. Кто вы такие? Мы здесь в тяжелом положении, «Ковчег»; да и Намор — мир невеликий, не особенно развитый. Мы раньше не видели кораблей, подобных вашему. Объяснитесь.
Таф погладил котенка.
— Вечно мне приходится идти на поводу у чужой подозрительности, — обратился он к зверьку. — Им повезло, что я такой добрый, иначе я бы просто повернул назад и оставил их на произвол судьбы.
Он поднял взгляд и посмотрел прямо в смотровой прибор:
— Сэр. Я сам — «Ковчег». Я Хэвиланд Таф, капитан и хозяин этого судна, а также команда в полном составе. Мне сказали, что вас тревожат чудища из морских глубин. Отлично. Я избавлю вас от чудищ.
— «Ковчег», это «Лезвие Солнца». Как вы предполагаете выполнить эту задачу?
— «Ковчег» является семяхранилищем Экологического Инженерного Корпуса, — объявил Хэвиланд Таф сухим деловым тоном. — Я — экологический инженер и специалист по ведению биологических войн.
— Это невозможно, — отозвался старик. — ЭИК канул в небытие более тысячи лет назад, вместе с Федеральной Империей. Семяхранилищ тоже не осталось.
— Какое огорчение, — сказал Хэвиланд Таф. — А я тут сижу, весь в заблуждениях. Теперь, когда вы сообщили мне, что моего корабля не существует, я провалюсь сквозь его дно и сгорю, пролетая через вашу атмосферу.
— Защитник, — сказала Кефайра Квей с «Лезвия Солнца». — Может, эти семяхранилища и исчезли, но прямо сейчас я нахожусь около предмета, длина которого, если датчики не врут, составляет почти тридцать километров. Это не очень похоже на иллюзию.
— Я все еще не провалился, — подтвердил Хэвиланд Таф.
— Вы правда можете нам помочь? — спросила круглолицая женщина из Контроля Намора.
— Почему все вечно во мне сомневаются? — обратился Таф к своему котенку.
— Защитник, мы должны дать ему шанс доказать свои слова на деле, — настаивала сотрудница Контроля.
Таф поднял взгляд:
— Мне угрожали, меня унижали, в моих силах сомневались, но все же сострадание мое к вашим невзгодам вынуждает меня продолжить свое дело. Я предлагаю «Лезвию Солнца» состыковаться с моим судном, дабы Защитник Квей могла взойти на наш борт и присоединиться к моему ужину, во время коего мы и побеседуем. Надеюсь, ваши сомнения не распространяются на беседу, этот самый цивилизованный способ приятно проводить время?