Его секретарша (СИ)
— Как вы… все это выносите? — стараясь дышать как можно глубже, взглянула на него я. — Так тяжело слушать подробности диагноза…
— Я привык, — пожал плечами Облонский, и на миг в его карих глазах мелькнула едва заметная горечь.
Впрочем, она тут же растворилась, и он указал на большой банкетный зал.
— Немного посидим, посмотрим благотворительный концерт, а потом я отвезу вас в город. Мне не очень интересна здешняя публика, но если мы уедем сразу же, это будет некрасиво с нашей стороны.
Чуть заметно коснулся ладонью моей спины, приглашая к столику. Я подняла на него глаза и поняла — собеседование пройдено, можно выдохнуть.
В банкетном зале царило веселье. Туда-сюда сновали официанты. На небольшой сцене исполняли джаз музыканты.
Мне не хотелось веселиться на этом странном фестивале. В голове никак не укладывалось это дикое различие с атмосферой коричневой гостиной. Хохот и пьянство разряженных в пух и прах богачей, пришедших снисходительно пожертвовать нуждающимся в помощи людям средства, казалось неправильным.
Мы сели за свободный столик.
Официант тут же принес шампанское и легкие закуски.
— Итак, Маша, раз уж мы с вами начали работать без полагающегося собеседования, расскажите о себе, — улыбнулся мне Облонский.
— И… с чего я должна начать?
Он усмехнулся, и от его бархатной усмешки по коже побежали мурашки.
— С образования. Или с опыта работы. Хотя, что-то подсказывает мне, что опыта у вас нет.
— Совершенно верно, — кивнула я. — Опыта нет.
— Вы совсем нигде не работали?
— Почему же… почти год проработала в обычной школе.
— А почему решили резко сменить род занятий?
— Потому что в школе платят гроши. Я люблю детей, но труд должен достойно оплачиваться.
— Мне нравится ваша искренность, — кивнул Облонский, и в карих глазах вспыхнул огонек. — Честно говоря, я впервые выбрал себе помощницу, основываясь на интуиции, а не на послужном списке.
— На интуиции? — осторожно пригубив шампанское, переспросила я. Если на интуиции, то она у Облонского ни к черту. Я — самый неподходящий на должность секретаря соискатель. У меня нет совершенно никакого опыта работы. А еще — я дикая и шарахаюсь от самовлюбленных меценатов.
— Нет, я вас обманул. Никакой интуиции нет, — откинувшись назад, рассмеялся мой босс. — Просто мне в душу запал ваш образ. Я подумал, что такая элегантная леди будет отлично смотреться рядом со мной на всех ответственных мероприятиях.
Я удивленно взглянула на него, и сердце кольнуло — в его карих глазах проскользнул интерес. Пока еще неосознанный, но очень хорошо уловимый. Именно так мужчина смотрит на женщину, если уже решил, что она будет принадлежать ему одному. По спине волной прокатилась странная дрожь, и я, смутившись, отвела взгляд.
— Только учтите одно, Мария. Я плачу своим сотрудникам достойную зарплату, но вам придется работать по-настоящему. Я не терплю рядом с собой безответственных и ленивых, — продолжая смотреть мне в глаза, наставлял меня Облонский.
Щеки вспыхнули от его откровенного взгляда. Да что между нами происходит, черт возьми?! Я вижу его второй раз в жизни, и никак не могу совладать со своим смятением.
— Я… постараюсь, Владимир Николаевич. Только опыта работы у меня действительно нет.
— В моей приемной вы быстро научитесь. По-другому не получится, — обворожительно улыбнулся он.
Я заставила себя поднять глаза и сглотнула — в его взгляде мерцал все тот же неподдельный интерес.
— Владимир Николаевич! Вот ты где! — послышался за моей спиной голос Абрамова.
Он неумолимо приближался — тот самый меценат и устроитель благотворительного фестиваля. Абрамов мне не понравился с самого начала, и сейчас сердце болезненно сжалось.
— Как приятно видеть вас снова, — положив руку на плечо моего босса, сладко пропел меценат. — Надеюсь, вы позволите мне пригласить на танец вашу очаровательную спутницу?
Вспомнились предостережения Божены, и от страха я даже перестала дышать.
— Она не танцует, — холодно отозвался Облонский.
— Да ладно вам, бросьте… — пропел меценат, но в его глазах вспыхнул недобрый огонь. Видимо, ему никто никогда не отказывал.
— Гриша, девушка не танцует, — кажется, мой босс начал раздражаться. — Она на рабочем месте всего день, и не стоит пугать ее своими манерами.
— Его секретарша была красива и неприступна, — впившись в меня взглядом голодного хищника, издевательски усмехнулся Абрамов. — Что ж, и не такие крепости брали.
— Эту ты не получишь, — откинувшись назад, сверкнул разъяренным взглядом Облонский.
Где-то глубоко внутри, на уровне инстинкта снова что-то кольнуло. Стало понятно — он меня не отдаст — и от этого в груди растеклось странное приятное тепло.
Абрамов хотел что-то ответить, но в банкетный зал, ловко лавируя между гостями, вплыла роскошная блондинка в умопомрачительном вечернем платье. Платье искрилось, сверкало стразами, и мне показалось, что я ослепну, если посмотрю на эту чешую еще мгновение.
— Гриша! А я тебя везде ищу! — подхватив бокал с шампанским, двинулась ему навстречу она.
Абрамов бросил в мою сторону горящий презрением взгляд и сладко улыбнулся блондинке.
— Мирослава, душка, и ты здесь, — обнимая ее за талию, проговорил он.
— Вова! У тебя новая подруга? — впилась в меня опешившим взглядом блондинка. — Ничего себе, какие новости… А как же Ира?
Я будто прилипла к своему стулу. Глубоко внутри кольнуло болью разочарование — у моего босса есть Ира. Минутное ликование от того, что он намерен сражаться за мою персону, померкло и обратилось в пепел.
— Пойдем, Мирослава, Владимир Николаевич хочет насладиться своим новым приобретением в одиночестве, — ядовито хмыкнул Абрамов и повел блондинку за столик у сцены.
— Ну, что вы так испугались, Маша? — по-доброму усмехнулся Облонский и подался мне навстречу. — Вы красивая, вот Гриша и нарезает вокруг вас круги, как акула перед трапезой.
— Я предпочитаю свободу, — все еще ощущая на губах привкус разочарования, отозвалась едва слышно. — Если вы наняли меня для работы, я буду выкладываться на все сто. Но исключительно в рамках контракта. Не желаю стать чьей-то трапезой.
— Звучит многообещающе, — ухмыльнулся мой босс. — Надеюсь, моя приемная оживет с вашим приходом.
Посмотрел на меня еще несколько мгновений и сдался.
— Давайте, я отвезу вас в город. Так будет лучше. А то, честно говоря, я уже начинаю ревновать свою секретаршу.
Я подняла на него глаза и через силу улыбнулась. Внутри все продолжало звенеть разочарованием: «у него уже есть Ира».
Глава 7. Маша
Я медленно шла в сторону студенческого общежития. Меня ждали Жаннетта и Надя, но все мои мысли были об Облонском. Его образ так отчетливо впечатался в сердце вместе с черными папками, которые предстоит перепроверить в понедельник, что было не по себе. Почему этот человек легко расстается с огромными суммами денег на лечение больных детей, и в то же время считается невыносимым начальником, которого все недолюбливают?
Но намного сильнее любопытства в груди саднило разочарование от того, что у него есть неведомая Ира. Хотя, почему у тридцатилетнего красавчика-миллионера не должно быть подруги?
«Дался он мне. У нас разница в возрасте почти восемь лет. Интересов общих нет. Он просто мой работодатель», — распахивая дверь студенческой общаги, горько размышляла я.
К тому времени, как я добралась до пятнадцатого этажа, подруги успели распечатать бутылку коньяка. Жаннетта трудилась на общей кухне над купленным в кондитерской тортом. Надя распаковывала одноразовые тарелки — в общежитии не любили мыть посуду.
Завидев меня, именинница расцвела.
— Машка, наконец-то! — весело ухнула она.
— С днем рождения!
Я протянула к ней руки, и мы обнялись.
— Жаннетта не удержалась, подарила мне подарок раньше. Набор для кухни такой классный! Как только Серега перевезет меня в свою квартиру, будет как раз кстати.