У любви законов нет

— Вы выглядите потрясающе, мадемуазель.
— Спасибо. — Зоэ величественно наклонила светловолосую голову. В волнистых волосах поблескивали гребни с камешками. — Забавно, но только что я думала, что это платье уже устарело и надо бы купить что-нибудь повеселее.
— Но для меня это платье совершенно новое.
— Это единственное, что меня примиряет с ним, — улыбнулась она. — Кстати, если уж мы решили делать комплименты… Вы тоже выглядите очень… привлекательно.
— Привлекательно?
Оливер изогнул темную бровь, будто бы открывая в слове новый смысл. Я знаю, что вас влечет ко мне, и рад этому, говорили его всепонимающие глаза. Зоэ слегка покраснела.
— Ваш костюм… Прекрасно сидит.
— Я надел его впервые. Специально заказал для случаев вроде этого, но с моей работой праздники выдаются крайне редко.
— Вы заказываете себе одежду?
— Да. Дело в том, что я шире в плечах, чем большинство мужчин моего сложения, и покупные вещи обычно не слишком хорошо смотрятся на мне.
— Да, вы — человек нестандартный во всех отношениях! — Зоэ покраснела сильнее, поняв, что сморозила глупость. — Впрочем, хватит вас обсуждать, что это я…
— Если желаете, можно обсудить вас.
— Не думаю, что это хорошая идея…
— Тогда как насчет танцев? — спросил Оливер, и как раз в этот момент оркестр заиграл вальс.
Когда его сильные ладони легли ей на талию, молодая женщина почувствовала, насколько это естественно. Правильно, удобно. И снова возникло уже знакомое ощущение безопасности и тепла. Зоэ никогда не считала себя хорошей танцовщицей, но Оливер так уверенно повел ее, что вскоре она потеряла ощущение собственного веса. Они словно бы вплетались в узор танца, делались его частью, и никогда еще Зоэ не танцевала так хорошо. Если бы ее увидела бабушка, она могла бы гордиться внучкой: так вальсировать было бы не стыдно и на балу.
Зоэ могла бы танцевать вечность. Она закрыла глаза, отдаваясь движению, и желала только одного — чтобы руки Оливера всегда покоились на ее талии. Один танец сменялся другим, а она не чувствовала ни малейшей усталости, только легкость и счастье.
Как хорошо…
— Мне тоже, — раздался над ее ухом голос Оливера, и Зоэ поняла, что снова высказала свою мысль вслух.
Что ж, пускай. Ведь ей действительно хорошо! Даже более чем хорошо. Восхитительно, чудесно!
— Зоэ… — снова прошептал Оливер.
— Да?
— Оркестр устроил перерыв. Музыка кончилась.
— В самом деле?
Зоэ открыла глаза — и обнаружила, что она и ее партнер остались единственной танцующей парой. Оркестранты вовсю угощались за столом, а они все кружились вдвоем по озаренной огоньками площади… уже Бог весть сколько времени. На забавную пару посматривали с улыбкой.
— Ох, — пролепетала молодая женщина, — похоже, я заснула в танце. Переместилась в другую реальность.
— В какую именно?
— Не знаю даже… Но там было так прекрасно!
— Благодарю вас за танец. — Оливер поднес ее руку к губам и поцеловал.
В который раз Зоэ удивилась, что за благородный рыцарь скрывается в душе этого бывшего военного. Казалось бы, вся жизнь его складывалась так, чтобы Оливер стал грубоватым, приземленным человеком. А он никогда не забывал придержать перед женщиной дверь, помочь ей выйти из машины. Будто служил не во флоте и в полиции, а воспитывался при дворе английской королевы. Однако в Оливере была и напористая мужественность, которая в сочетании с джентльменским поведением составляла безумно привлекательную смесь.
— Пойдемте к столу? — предложил он. — Я, признаться, ужасно проголодался.
— Да, я помню, что накормить вас нелегко. А я после того обеда до сих пор чувствую себя сытой.
— Говорят, если мужчину не кормить досыта, он может превратиться в зверя. Так это точно обо мне.
— О Боже, не пугайте меня! Надеюсь, мы избежим такой беды, ведь до стола очень близко! Пойдемте скорей, пока у вас не начали расти клыки и львиные когти!
Так, обмениваясь шутками, они направились к столу. Оливер немедленно наполнил свою тарелку разными салатами. Но Зоэ есть не хотелось, и она взяла лишь несколько креветок.
 
Тут ее и нашла Симона, вся в светло-розовом. Она спешила к столу, держа под руку своего мужа Гастона. Гастон, высокий рыжеватый мужчина с намечающейся лысиной и очень приятной улыбкой, раскланялся с Зоэ и обменялся с Оливером рукопожатием.
— А, так это вы — новый начальник полиции? — игриво спросила Симона. — Муж много рассказывал о вас.
Сразу было видно, кто доминирует в их семье: молчаливый и улыбчивый муж с удовольствием уступал инициативу супруге, обладающей искрометным темпераментом. Такие несхожие, они обожали друг друга и своего сыночка Жана, которого Гастон помпезно именовал «наследником». Зоэ не без причины считала, что брак ее лучшей подруги один из самых удачных, какие она видела в своей жизни.
Симона ласково погладила мужа по рукаву.
— Гастон говорит, что вы лучший начальник на свете. За первую же неделю умудрились сделать столько, сколько прежний — за месяц. Все вас просто обожают!
— Ну-ну, Симона. — Гастон улыбался, извиняясь за несдержанность своей «половины».
— А что, разве не так, дорогой?
— Милая, вряд ли месье Сайленсу интересно, о чем я тебе рассказываю за обедом.
— Напротив, очень интересно, месье Дельбрель, — возразил Оливер. — Более того, мне очень приятно, что я вас не разочаровал.
— И еще Гастон говорил, что даже Гарро и Рикьер вас зауважали. Хотя сначала грозились уйти из полиции, если начальником назначат какого-то выходца из Англии! Они так и говорили мэру Ранкону: неужели у нас нет своих людей на эту должность? Но теперь, когда вы показали себя таким молодцом, наши бравые парни помалкивают…
— Довольно, довольно, Симона, — прервал ее смущенный супруг. — Хватит говорить о работе, сегодня же праздник! Изволь веселиться, или я уведу тебя домой, и получится, что мы зря заплатили няне.
— Симона, давай-ка оставим мужчин поговорить об их делах! — Зоэ подхватила подругу под руку и повела прочь. — Пойдем лучше к бару. Давно мне не приходилось пить вино с тобой наедине! Оливер, Гастон, мы еще не прощаемся!
И, одарив полицейских улыбкой, Зоэ потащила не в меру разговорчивую подругу к стойке.
— Ну что я такого сказала? — сетовала та. — Я просто хотела сделать твоему Оливеру приятное!
— Бедняжка Гастон, — рассмеялась в ответ Зоэ. — Нелегко ему, молчальнику, жить с такой болтушкой, как ты! Что бы он тебе ни рассказал по секрету, все грозит стать достоянием общественности…
Возле бара их приветствовала Мадлен, разливавшая напитки. Она выглядела куда моложе своих лет в клетчатом платьице и в сказочной красной шапочке на голове.
— Милая Красная Шапочка, нам, пожалуйста, два шардонэ.
— Может быть, лучше коктейли?
— Нет-нет, белого вина.
Женщины получили по бокалу золотистого напитка и присели рядом с Мадлен.
— Когда начнутся речи? — спросила та лукаво. — Предупредите меня заранее, чтобы я успела спрятаться, когда заговорит мэр Ранкон!
Зоэ засмеялась.
— Не волнуйся, на этот раз мы попросили Луи сократить официальную часть, памятуя о прошлом годе… Кстати, Мадлен, угощение просто роскошное. Как только ты справилась?
— Благодари не меня, а наших поваров. Ты попробовала салат с крабами? Очень рекомендую, это шедевр умницы Люсьена!
— Знаешь, я сегодня совсем не голодна. Может, попозже.
— А я только пришла и не успела поесть, — сообщила Симона, потом указала глазами на подругу: — Посмотри-ка на нашу Зоэ! Что скажешь?
— Все идет по плану, — кивнула та. — Она глаз с него не сводит.
— Что? — вздрогнула Зоэ, отрывая взгляд от Оливера, сидящего за столом.
— Мы о тебе и этом полицейском, — пояснила Симона. — Вы — отличная пара!
Зоэ вспыхнула от смущения — в который раз за этот вечер!
— Глупости какие! Стоит потанцевать с мужчиной, как вы уже начинаете сплетничать.
— Ты называешь это «потанцевать»? — Мадлен хмыкнула. — Да вы обнимались под музыку, как молодожены! И скажу честно: тебе давно пора завести кого-нибудь в этом роде. После того как этот противный Пьер наконец убрался куда подальше, ты жила как монахиня. Самое время изменить такое печальное положение вещей.