Граф Рысев 6 (СИ)
— Вероника Егоровна, — снова обратилась к ней горничная. Вероника вздрогнула и посмотрела на неё, вынырнув из суматошных мыслей.
— Да, Ксюша. — Она смотрела на девушку расфокусированным взглядом.
— Граф Рысев с графом Мамбовым пришли, — сказала девушка. — Вы их здесь примете?
— Нет, очаровательная Вероника примет нас в спальне, — послышался раздражённый голос Рысева. После чего Ксюшу попросту отодвинули, и он вошёл в гостиную. За ним, усмехаясь мимо опешившей девушки, прошёл Мамбов. — Это было бы пикантно и не лишено определённой эстетики, но, увы, мне жутко некогда. Послезавтра мы уезжаем, а у меня ещё куча дел несделанных. Так что мы зашли, чтобы попрощаться и узнать, может, тебе что-то нужно? Нас довольно долго не будет в форте.
— И да, это могучую спину Медведева мы видели, который сел в машину и умчался к порталу? — спросил Мамбов, наваливаясь грудью на спинку кресла, в которое упал Рысев.
— Да, — Вероника перевела взгляд на одного, потом на другого и, всхлипнув, протянула им конверт.
* * *Бах!
Я резко открыл глаза прислушиваясь. Бах! Нет, грохот, который вырвал меня из сна, мне не почудился.
— Колька, мать твою! — раздался глухой голос Мамбова. — Да сколько уже можно?
— Я не виноват, ваше сиятельство, — провыл денщик Мамбова. — Это всё рысь эта. Она на меня охотится.
— Фыра не охотилась бы на тебя, если бы так не реагировал. Она от домашних прячется, чтобы не затискали. Ей в голову почему-то не приходит начинать выслеживать Тихона или Игната.
— Так они ПроРысевы, ваше сиятельство. Им-то чего свою покровительницу опасаться?
— Разумно, — пробормотала Маша, поднимая растрёпанную головку с моей груди. То, что она уже не спит, я понял давно по её изменившемуся дыханию. — Но всё равно непонятно, почему она его преследует?
— Потому что он так забавно её пугается, — ответил я, закрывая глаза. — Рыси любят играть с добычей. Фыра — не исключение.
— А ты? — Маша сложила руки на моей груди и упёрлась в них подбородком.
— А я этого никогда не скрывал, — я рассеянно провёл ладонью по обнажённому плечу жены. — Мне нужно сегодня к Быкову. Он вчера сообщил, что я могу забрать свой заказ.
— Я могу узнать, что это? — Маша нахмурилась.
— Пули, это всего лишь пули из макра дракона. — Ответил я. — У макра довольно интересные свойства, и я решил, что такие пули могут пригодиться. Нам в последнее время каких только тварей не встречается. — Говоря это, я открыл глаза и принялся разглядывать стену. Может быть, я расскажу Маше про Амару. Когда мы убьём эту тварь. Да, если не сдохну, то точно расскажу. Но не сейчас.
А в брань в коридоре продолжалась, я прислушался. Не удивлюсь, если сейчас все слушают, как Мамбов отчитывает своего денщика. Вот же чудак-человек, чёрную мамбу не боится, а милую кошечку с кисточками на ушках пугается.
— Прекращай выставлять себя и меня вместе с собой идиотом. — О, Олег перешёл на шипение. Похоже, его терпению приходит конец. — Нас выгонят из этого гостеприимного дома из-за тебя. И куда мы пойдём? Я вчера весь день искал нам жильё, но из-за открытия училища артефакторики в этом форте даже подвалы и сараи перестали сдаваться. Кретин. Вставай уже, — голоса отдалились. Что они говорили, было не разобрать. Маша хихикнула.
— Надо предложить Веронике потесниться и отселить туда Мамбова. — Я поцеловал Машу в висок и встал. Раз уж проснулся, не хрен разлёживаться. Мне Дроздов показал несколько упражнений, для разработки руки, и теперь у меня каждое утро начиналось с полноценной зарядки, плавно переходящей в облегчённую тренировку.
— Женя, это неприлично, — заявила Машу, ложась набок и наблюдая, как я хожу по комнате и вытаскиваю нашу одежду из самых неожиданных мест. Похоже, что вчера вечером мы слегка увлеклись. Зато я теперь понимаю Мамбова, и его страсть к корсетам. Подняв тот самый корсет, я осмотрел его, хмыкнул и осторожно положил на стол. Всё остальное сбросил в одну кучу. Настя придёт, заберёт.
— С чего бы это неприличным стало? — я удивлённо посмотрел на неё. — Вероника вдова. Она у себя полк может поселить, это никак не отразится на её репутации. Да и мужик в доме появится. Точнее, два мужика, — и я повернулся к ней. — И заметь, я хочу сделать это исключительно из-за слишком пугливого Коляна. Лично мне Мамбов не мешает. Ведёт себя прилично, к горничным не пристаёт. А вот его денщик скоро получит удар, и я буду чувствовать себя виноватым. Потому что у Фыры при виде этого здорового лося все инстинкты взбудораживаются, и она тут же забывает про мои запреты не трогать бедолагу.
— Ну, если с этой точки зрения смотреть, — она улыбнулась. — Да, что касается Вероники, мы послезавтра уезжаем. — Напомнила она. — Ты не забыл?
— Я не могу об этом забыть, потому что ты мне о нашем отъезде каждые полчаса вчера напоминала, — я снял с люстры последний носок и направился в ванну, и принялся одеваться. В душ пойду потом, после тренировки.
— Женя, ты сам напомнил, что у Вероники нет в доме ни одного мужчины, даже слуги. Это неправильно. — Маша встала и тут же спрятала своё обнажённое тело от моих глаз, накинув пеньюар. — Когда отправишься по делам, навести её, узнай, может быть, ей что-нибудь нужно? Да и Игнат пускай подготовит пару ребят. Одинокая женщина в доме без охраны — это большое искушение для разного рода личностей.
— Объясни мне, где логика? — я натянул футболку. — Пара крепких, местами привлекательных егерей в доме этой самой одинокой вдовы — это нормально, а Мамбов на постое — это неприлично?
— Ну, они же нетитулованные дворяне, — она ответила с таким видом, словно это что-то объясняло.
— Они вообще не дворяне, — я покачал головой. — Но мужчинами, полными сил и возможностей они от этого быть не перестают. Вероника не обращалась ко мне с просьбой.
— Женя, это называется, деликатность. Но так как в твоём лексиконе это слово отсутствует, то даже не пытайся понять, — Маша подошла ко мне и закинула руки на шею.
— Жуткое слово, просто ужасное, — я произнёс его про себя. — Как у тебя язык повернулся произнести подобное в моём присутствии? Я вот стараюсь при тебе матом не выражаться.
— Так ты заедешь к Веронике? — она тихонько рассмеялась.
— Да. И Мамбова с собой прихвачу. Обрадую их обоих. Скажу правду. Мне надоело просыпаться в семь утра от грохота падающего Николая, поэтому я выгоняю Мамбова прямо на улицу. Вот так, посреди зимы. Думаю, сердце Вероники дрогнет, и она сама предложит ему переселиться в дом. Чтобы он не замёрз на улице, конечно же. Он достаточно большой, чтобы они вообще не встречались, если не захотят.
* * *— Что это? — Мамбов вышел из-за кресла и взял конверт. Быстро его распечатав, вытащил приглашение, быстро пробежал глазами и протянул Рысеву.
— Ситуация, — протянул Женя. — Ты можешь отказаться? — Вероника так на него посмотрела, что Рысев тут же поднял руки вверх. — Извини, сам не понял, что ляпнул.
— Я не знаю, что мне делать, — рука Вероники подрагивала. — Хоть Медведев и сказал, что я не женщина, а будущий агент…
— Так, собирайся. — Рысев решительно поднялся из кресла. — Поедем к нам домой. Будем в экстренном порядке перешивать какое-нибудь Машино платье. У неё их миллион. Понятия не имею, зачем она их постоянно заказывает, если больше половины ни разу не надела, так что выбрать есть из чего. Заедем по дороге в ателье и украдём белошвейку. Ничего, даже агент должен выглядеть на главном балу года прилично. Пусть и будущий.
— Да, но… — Вероника уставилась на Женю. — Это невоз…
— Как этот тип любит говорить, мы художники, — Мамбов мягко улыбнулся. — А значит, зачатки вкуса и цветоощущения у нас развиты на приличном уровне. Не переживай, посмешищем ты не будешь, уверяю. Тем более, нам придётся всем вместе идти к императору, и поверь, Рысев не позволит своим напарникам позорить его. Чтобы он весь такой элегантный и слегка эпатажный, а мы, как два бедных родственника из глубокой провинции? — Олег тихонько засмеялся. — Вот в это я никогда не поверю.