Он вернулся: Том II (СИ)

Ух ты! Это что же, наконец-то попался более или менее достойный неприятель? Да я же тогда только ещё больше рад сложившимся обстоятельствам! Именно этого я и ждал!
Следующим утром, когда я пришёл в Академию, стало понятно, что противник на сей раз попался действительно непростой.
— Нестеренко, постой, — остановил меня охранник на входе. — Тебя вызывает к себе ректор. Иди прямиком к нему в кабинет. Это срочно.
Эх, жаль тут Романа и Леонида нет, мог бы перед ними похвастаться тем, что я первым среди нас заслужил право оказаться в кабинете ректора. Делать нечего, пошёл сразу к нему в кабинет. Добрался до ректората, нашёл нужный кабинет, сказал пару приятных слов секретарше ректора, после чего постучался в дверь и зашёл внутрь.
— Ах, Нестеренко, — сказал князь Гагарин, увидев меня. — Проходи, присаживайся.
— Доброе утро, милсдарь ректор, — сказал я, подходя к креслу напротив стола князя и садясь в него.
— Насчёт доброго утра я бы пока не спешил утверждать. Знаешь, Нестеренко, как мне тебя преподаватели нахваливают? Особенно твой учитель по практическим занятиям магии. Впечатляющие результаты, настоящий будущий Великий Маг.
— Природа не обделила способностями, а ещё терпение и труд творят чудеса.
— Не хвалишься понапрасну, мне это нравится. И даже те мелкие неприятности с Волковыми и Вяземскими сущая ерунда, тут ты всё решил малой кровью и в свою пользу. Ты прям гордость этой Академии. Однако, видимо, нашла коса на камень.
— Вы ведь это про мою вчерашнюю встречу с старостами старших курсов? — Догадался я.
— Догадливый. У меня есть кое-какая информация что там было на самом деле, также выслушал рассказ одного из участников со стороны старост. Хочу вот теперь услышать от тебя что там произошло. А после я тебе поведаю не самые приятные новости.
— Старшекурсники предлагали мне выбрать за какую группу я буду сражаться на Турнире Академии, — не стал я ничего скрывать от Гагарина. — Типа они должны были сделать мне различные выгодные предложения, а мне нужно было выбрать одно из них. На разумные доводы типа того, что первокурсника никто не допустит к участию в Турнире, сказали, что их семьи смогут надавить ан ректора и всё будет шито-крыто.
— Вот как, — на лице князя появилась очень недобрая улыбка. — Не могу сказать, что они говорили не правду. С давлением сразу нескольких уважаемых аристократических родов мне было бы тяжело справиться, возможно пришлось бы согласиться принять дать тебе разрешение на участие в турнире. Только вот сомневаюсь, что нечто подобное произошло бы. Стоило бы тебе только выбрать одну из групп как весь их альянс моментально посыпался бы. Ну кто их аристо в здравом уме будет помогать другим родам?
— Я тоже об этом подумал. От данного предложения за версту дурно пахло, поэтому и ответил им отказом. Жаль вот только по-хорошему они не поняли. Вот и поддержал одного непонимающего за горло. А то, что он потом куда-то упал и может что-то себе сломал, так это уже не я.
— А вот Волконский говорит, что ты натурально избил его слугу. Причём без особой причины. Якобы ты был излишне агрессивен, а когда этот слуга попросил тебя успокоиться, то ты быстро нанёс ему несколько травм. И вот получается, что его слова и слова других старост против твоего. Сразу говорю — Долгорукий и Кутузов не могут сказать что-то в твою защиту, ибо благодаря камерам в коридоре видно, что они появились уже под самый конец конфликта. В самой же аудитории камеры были выключены. Заплатили, конечно, кому надо, чтобы оставить сговор в тайне ото всех, виновный уже уволен, он теперь долго будет выплачивать штраф. Не люблю тех, кто предает своих хозяев или работодателей.
— Однако мне это увольнение и сам факт, что камеры были отключены, никак не поможет, — подвёл я итог.
— Увы, — кивнул князь. — И, согласно всем правилам, я должен тебя наказать или разгорится скандал, который нанесёт репутационный ущерб не только лично мне, но и всей Академии.
Ах, как хорошо сыграно! Отчасти сам виноват, не просчитал все варианты развития ситуации, хотелось побольнее задеть старшекурсников дабы развить конфликт. А Волконский воспользовался шансом и устроил мне неприятности. Наконец-то! Более или мене умный противник!
 
— Можно узнать какое же наказание меня ожидает? — Решил уточнить я.
— Ты должен принести публичные извинения и компенсировать моральный ущерб. Если ты этого не сделаешь, то Волконские будут вправе поступить с тобой как посчитают нужным, а я даже вступиться за тебя не могу. Предугадывая следующий вопрос: компенсацию назначили в размере двухсот тысяч рублей. Практически на грани доступного, но они опять же имеют право запросить именно такую сумму.
Вот как. Молодцы Волконские, вновь с радостью похвалю. Поставили меня в такую ситуацию, когда я могу либо признать вину и сделать всё, что они хотят, либо пойти на открытый конфликт. Они-то ен понимают, что принуждая меня действовать не хитростью, а силовыми методами, лишь развязывают мне руки и позволяют действовать в полную силу.
— Хочу уточнить один момент — я же могу не признавать свою вину?
— Можешь, — кивнул князь, пока не понимая к чему я веду.
— И в этом случае откажись я извиняться и платить деньги, у меня будет право действовать в ответ на уже их действия? — На сей раз нехорошая улыбка появилась на моём лице.
— Формально ты имеешь такое право так как Волконские не пошли в государственный суд, а воспользовались правом аристо отстоять свою честь в личном порядке… Даже скажу так: стоит тебе выйти, а мне позвонить патриарху этого рода и рассказать про твой отказ, как обе стороны данного конфликта имеют право начать действовать. Просто какой простолюдин в здравом уме будет конфликтовать с целым аристократическим родом? И на поддержку правящего рода можешь не надеяться. Их защита заканчивается на том, что тебя не убьют и не сделают инвалидом. В остальном же Волконские могут действовать свободно: портить твоё имущество, усложнять жизнь различными методами, даже могут послать людей дабы те тебя слегка покалечили в рамках допустимого. И вероятно, что в этом деле им могут помочь другие семьи аристо.
— Плевать, — не переставал я улыбаться. — Можете звонить Волконскому. Скажите, что я иду. Вы же будете не против если я сегодня пропущу занятия по уважительной причине?
На сей раз мы с моими противниками поменяемся местами — они пускай пытаются провернуть свою интригу, а я им покажу что значит СИЛА. Волконские сами подарили мне возможность активно действовать. Пускай они станут наглядным примером, что я в одиночку могу расправиться со своими врагами как бы сильны они не были.
Всё же я Тёмный Повелитель или кто?
  
Глава 28
 
Когда Евгения не увидела Сергея на первом занятии, то резко забеспокоилась. Долгорукий, Кутузов и Шереметьева тоже волновались. На первом же перерыве они попытались дозвониться до своего товарища, но его телефон был отключён. Это только добавило им беспокойство.
При этом вроде кто-то даже видел, как утром Сергей заходил в Академию и потом её покинул. Это как-то странно сначала прийти на учёбу, но затем уйти ещё до начала первого занятия. Нестеренко так себя раньше не вёл, всегда относился к учёбе серьёзно, так что это вызывало ещё больше вопросов. Почему и куда он ушёл?
— Надо что-то делать! — Сказала Салтыкова, когда закончилось последнее на сегодня занятие, а они так и не смогли ничего узнать. — Наверняка с ним что-то произошло и с этим как-то связан Волконский!
— А доказательства у тебя есть? — Спросил Леонид. — За подобные беспочвенные обвинения у твоей семьи могут возникнуть серьёзные проблемы. Прежде чем предпринимать какие-либо действия надо точно знать, что произошло и где сейчас Сергей.
— Но никто ничего не знает! Подключим наши семьи и…
— Горько это признавать, но вряд ли моя семья будет в восторге если из-за Сергея подниму шум, — сказала Лена. — И ваши родичи тоже ничего не сделают, ибо Сергей, по сути, для нас просто приятель по Академии, пока даже не друг. Это уже не говоря про то, что он простолюдин.