Якудза из другого мира. Том IV (СИ)

— Теперь я понимаю, Кимико-тян, почему у вас ничего не получилось…
Я всё ещё держал маску смущения. У меня даже получилось сделать так, чтобы уши горели. На самом деле дико хотелось ржать, но я сдерживался изо всех сил. Да уж, после такого позора трудно будет отмыться, но вот смогу ли я отмыться от крови одноклассников, если заинтересованный взгляд Исаи всё-таки найдет себе жертву?
Кацуми даже не обернулась. Однако, я видел, как на её щеках играл румянец. Исаи же лыбился во всю. Он явно наслаждался моим унижением. Что же, ему сегодня ещё предстоит испытать на мне свою скорость и силу удара, так что пусть пока улыбается.
У нас было такое упражнение — проход через строй с блокировкой. Выстраивались два ряда солдат на расстоянии трех метров друг от друга и каждый проходил через этот строй. Подходил к одному, тот наносил три удара, которые нужно заблокировать, отступал к другому, снова блокировал удары и шел дальше. Блокировал, шел, блокировал, шел. Когда доходил до конца, то становился в строй и бил уже в полную силу.
Понятное дело, что в стою никого не щадили, поэтому редко когда обходилось без выбитого зуба. А взгляды у солдат были такими же, как сейчас у одноклассников — жесткие, напряженные, безжалостные. Хм, как же немного надо для полного счастья…
Сэтору не взглянул на меня, только дернул губами в ответ на заявление Кимико. Мне понадобилось не меньше двух недель, чтобы завоевать авторитет и всего несколько дней, чтобы потерять его. В таком вот подвешенном на ниточках нервов состоянии я и досидел до конца уроков.
Да, теперь я был отщепенец. И не раз и не два кривая ухмылка появлялась на лице Исаи. Ух, как же я старался видеть не лицо друга, а рожу комиссара. Я даже кусал себя за палец, когда позволял себе думать плохо именно об Исаи. Нет, он бы так не поступил. Поэтому и надо его выручать!
— Ну что, Изаму-кун, не откажешься от своих слов? — с улыбкой подошел после уроков Исаи. — Весь класс уже в курсе нашего вызова, так что многие хотят посмотреть на наш поединок.
И снова кругом жесткие глаза. Так и хотелось воскликнуть: «Ребята, я не гандон! Я вынужден быть таким, чтобы оградить вас от опасности!» Хотелось, но я молчал. Ответил же совсем другое:
— Я не отступлюсь от своих слов. Ты хочешь поединка — я не буду убегать. Идем! Я попрошу Акиру предоставить нам на время зал для оммёдо.
— Я сам посмотрю на ваш бой, — подал голос со своей парты Сэтору. — Вот только хочу напомнить тебе, Такаги, что через два дня у тебя другое важное мероприятие. Исаи, не бей хинина слишком сильно, иначе я могу огорчиться.
Я понял, что это за важное мероприятие. Судя по ухмылке, Исаи тоже понял это. Ну что же, значит, у меня появилась ещё одна небольшая поблажка — из-за желания увидеть меня на арене комиссар вряд ли будет калечить серьезно. Ему нужно зрелище, нужен бой, а что у меня будет рожа разбита — это не так уж и важно.
— Я понял тебя, сы… Сэтору-сан, — склонил голову Исаи. — Я буду сдерживаться.
— А вот я не собираюсь этого делать, — хмыкнул я в ответ.
— Тогда идем, не будем сотрясать воздух ударами слов, лучше преобразуем их в удары тела, — с улыбкой сказал комиссар в теле Исаи.
За нами потянулась половина класса. Вторая отправилась домой. Я порадовался, что во второй оказалась Кацуми. Она явно не хотела смотреть на это представление.
— Акира-сан, — поклонился я сэнсэю клуба «Оммёдо Кудо». — Прошу прощения за просьбу, которую собираюсь озвучить…
— Ты ещё даже не попросил, а уже спрашиваешь прощения? — сощурился Акира, глядя на толпу за нашими спинами. — Что же такое ты хочешь просить, Изаму-кун?
— Я прошу позволения использовать зал для оммёдо, — сказал я. — У нас с Исаи произошло небольшое столкновение и мы хотим по-пацански померяться силами. Чтобы не разрушить всё вокруг, прошу позволения устроить поединок в зале…
Акира смерил взглядом меня, потом посмотрел на Исаи.
— Самым лучшим боем считается тот, который не состоялся. Вы уверены, что не хотите сотворить как раз самый лучший бой?
 
— Утида-сан, — поклонился Исаи. — Наш разговор касается девушки. И его так просто не завершить. Мы надеемся с помощью зала урегулировать этот вопрос.
— Что же, тогда проходите. Только… Только у нас там нет мест для зрителей, так что придется остальным подождать на улице.
Вперед выступил Сэтору:
— Утида-сан, прошу вашего позволения встать в углу зала и устроить видео-конференцию для остальных. Чтобы меня не задело, я накину Доспех Духа и постараюсь не попадаться под удары поединщиков.
Акира взглянул на меня. Я кивнул. Пусть так. Исаи нужно возвыситься и унизить меня. Так или иначе он это сделает, а уж будет использовано видео или не будет — большой роли не играет.
— Что же, тогда проходите. Остальных прошу не мешать поединщикам. Вот только у меня вряд ли найдется доги для вас…
— Мы будем сражаться без доги. Просто разденемся по пояс, — мило улыбнулся Исаи.
Ну да, на моём пухлом фоне его поджарая фигура будет выглядеть гораздо выигрышнее. А я… А мне и не нужно побеждать и выигрывать. Мне нужно хотя бы чуть-чуть ослабить онрё, чтобы он использовал силы для своего красования. Для своей победы.
Кимико и Минори уже вовсю шептались, поглядывая то на Исаи, то на меня. Явно сравнивали, вот только сравнение шло не в мою пользу.
— Я согласен, — сказал я.
— Что же, тогда я могу предоставить вам зал для оммёдо, но… — Акира выдержал паузу. — Но с одним условием — я буду рядом. Я буду вашим судьей.
— Но этого можно и не делать, — запротестовал Исаи. — Мы и сами разберемся.
— Я буду рядом для того, чтобы вы нечаянно не убили и не покалечили друг друга, — ответил Акира. — Только с таким условием я пойду вам навстречу.
— Я согласен, — буркнул Исаи.
— Тогда вперед, поединщики, — сказал Акира. — Зал в вашем распоряжении.
А дальше мы разделись по пояс, прошли в зал и начали разминаться. Сэтору встал в дальний угол и, после небольших манипуляций, направил на нас камеру телефона.
— Я заступлюсь за честь прекрасной дамы, потому что не должно в нашем классе быть подобного…
— Хорошо пиздеть, утырок! Давай я тебе просто по щам нахуячу и разбежимся краями. Вернее, я разбегусь, а ты останешься лежать, обоссанный и немного огорченный, — предложил я.
Всё-таки в разговорной дуэли чаще всего побеждает быдлячья сторона. Какими бы красивыми эпитетами и метафорами не сыпал интеллигент, матерный ответ всегда будет выглядеть злее и острее.
— Я буду…
— Да мне по хуй, — отмахнулся я, не давая даже закончить начатую пафосную речь.
Я ещё и улыбнулся. Этого дух комиссара уже не выдержал. Он быстро соорудил мудры, чередование которых я постарался запомнить.
— Золотой Змей! — выкрикнул Исаи, после чего запустил в меня длинную полосу огня.
Ага, это проба сил. Эффектно, красиво, но почти безболезненно. Ориентировано на связывание противника в горящем широком обруче.
— Земляной Щит! — гаркнул я в ответ и метнулся вперед.
Огненная лента разбилась о щит. Куски разлетелись в разные стороны, но никто не пострадал. Я должен был это сделал на прежнем уровне и я это сделал.
Губы Исаи тронула улыбка.
— Забавно. А так? Каменный Дождь!
Вот, это уже знакомая техника. Против неё снова Земляной Щит и отпрыгивание в сторону, но в этот раз я позволил камням задеть свою ногу. Бедро вспыхнуло болью, на штанине образовалась прореха. А до Исаи было ещё десяток метров.
— Петля Времен! — крикнул я в ответ, атакуя и выбрасывая лассо из молний.
Исаи легко переместился в сторону, даже успел поковырять в носу. Акира мрачно смотрел на нас. Сэтору бесстрастно застыл в углу с направленной камерой.
 
— Так может сдашься, хинин? — спросил Исаи. — Принесешь извинения…
— Может отсосешь? Тогда я тебя отпущу подобру-поздорову.
— Дерзкий хинин! Стрелы Грома!
В меня полетели блестящие стрелы молний. Похоже, что я начал выводить онрё из себя. Хрустальный Щит разбился на куски от прилетевших молний. Правда, я уже ушел кувырком в сторону и даже швырнул огненный шар в ответ.