Якудза из другого мира. Том IV (СИ)

— Ты грязный хинин…
— Твой отец сказал мне по секрету, что и в тебе протекает четверть хининской крови. Так что не будь таким букой — не ругай хининов…
— Ты врешь! Я настоящий аристократ!
— Да-да-да… Но ты забываешь, что аристократом нужно быть, а не казаться. Но мне насрать на твоё положение в обществе, насрать на твои гнилые корни, насрать на то, кем ты себя считаешь. Я считаю тебя рваным гандоном и хочу убить. Причем убить жестко и медленно, чтобы ты мог в полной мере ощутить все прелести смерти. Когда мы сможем сойтись в бою?
Ноздри Сэтору раздувались, как будто он изо всех сил сдерживал себя. Кровь отлила от побелевшей кожи и прилила к белкам глаз. Его руки сжимались и разжимались, словно тренировался с невидимым кистевым эспандером.
Я заметил, как Исаи оглядывается на нас. Он пытался прочитать по губам и я дал ему эту возможность. Губами проговорил фразу: «Нашел я хутор». Судя по румянцу на лице, он понял правильно, понял, что я вовсе не хутор имел ввиду. Однако, Исаи показал на бегущую Кимико и провел пальцем под подбородком. Трудно было не понять такой жест. Если я не участвую в «Черном Кумитэ», то Кимико прощается с жизнью.
В принципе, я мог бы и забить на это, но смерти одноклассниц не входили в мои планы.
Когда же повернулся к Сэтору, то заметил, что тот с натяжкой улыбается. Так могут улыбаться люди на толчке в минуту дикого запора.
— Хм… Заманчивое предложение, Изаму-кун, — сказал Сэтору. — Однако, я чуть не забыл, что обещал бой одной твоей подружке. И получится некрасиво обманывать девушку. Тем более, что если вдруг ты выиграешь и победишь меня, то её симпатичное колье заставит головку прыгать отдельно от тела. Да-да, Изаму-кун, я сделал небольшую закладку на непредвиденный случай. Вот поэтому я не боюсь что ты «шмальнешь». Ты слишком благороден для такой низости.
— Ты очень мало обо мне знаешь, оябун. Знал бы больше — убил бы раньше.
— Да уж, знал бы о смерти моего отца раньше… Вряд ли ты получил бы такую легкую смерть…
— У нас с тобой проблема, Сэтору. И сразиться мы не можем, и оставить всё просто так я не могу. Рано или поздно ты до меня доберешься. Знаешь что… — в моей голове мелькнул проблеск «гениальной» идеи. Кинув снова взгляд на Исаи, я решился сказать. — Мы поступим, как твой отец поступил со мной… Вызывай Дьявольский Шар.
Как вы помните, вызов Дьявольского Шара формирует в воздухе шаровую молнию, которая скрепляет договор двух людей. В своё время отец Сэтору поймал меня, тогда ещё неумёху и никчемыша, на эту самую молнию. Если одна из сторон нарушает договор, то его поражает удар молнии с небес. Своего рода договор без обмана на самый крайний случай.
— Зачем это? — сощурился Сэтору.
Его и без того узкие глазки вовсе превратились в щелочки.
— Договариваться будем. У меня к тебе есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Я хочу твоей смерти. И ты хочешь моей. Это наше дело, но… Также и Шакко тоже в очереди на твой труп. Так что давай договоримся сразу — мы проведем три боя в одной команде против других команд. Три боя, после которых выступим против тебя.
— Двое на одного? — хмыкнул Сэтору. — Это же не благородно.
— Благородство у тебя появляется только тогда, когда оно тебе выгодно, Сэтору Мацуда, — хмыкнул я. — Неужели ты откажешься от такой возможности — убить двух врагов сразу?
— Я и так могу это сделать.
— Поэтому я и говорю тебе — призывай Дьявольский Шар. При нем мы договоримся и начнем нашу игру. Или погибнем на «Черном Кумитэ», а ты насладишься видом нашей гибели, или же пройдем все три боя и сойдемся в схватке с тобой. Ну что, Сэтору, готов?
Он немного подумал, пожевал губами, а потом улыбнулся.
— Знаешь, я уже не раз представлял, что скажу убийце отца, когда увижу его перед собой. В голову приходили разные пафосные глупости, грязные ругательства, умные слова. И всё это кажется таким нелепым, таким смешным, когда вижу тебя перед собой, хинин… Скажи мне, как умер мой отец?
— Дьявольский Шар, оябун. После него и поговорим.
 
Сэтору хмыкнул, кивнул и начал вязь мудр. Вскоре перед нами возникла шаровая молния.
— Как заключать договор? Какие нужны слова?
— Ну вот, сам просил вызвать Дьявольский Шар и сам же не знаешь, что и как говорить?
— Начинай… — с нажимом проговорил я.
— Я, Сэтору Мацуда, оябун Хино-хеби-кай, заключаю договор с хинином Изаму Такаги на предмет того, что не буду пытаться убить его до тех пор, пока он не проведет три боя… — медленно начал Сэтору.
— Не проведет три боя в паре с кицунэ Шакко, — поправил я.
— Пока Изаму Такаги не проведет три боя в паре с кицунэ Шакко, я буду терпеливо дожидаться финала боев. До этого времени Изаму Такаги не будет пытаться убить меня. И только после истечения трех сражений мы сможем сойтись в последней битве. Ты согласен, Изаму Такаги?
— Согласен! — буркнул я.
Из Дьявольского Шара выплеснулись две молнии и резко ударили по нашим ладоням. Я даже не успел отдернуть руку. Мгновением после этого Дьявольский Шар растворился в воздухе, как будто его и не бывало. Только отчетливо запахло озоном.
Занимающиеся на поле ребята обернулись на вспышку. Я улыбнулся в ответ и помахал рукой, мол, всё нормально. Видел, как пролегла озадаченная морщинка между бровей Минори, как склонила голову на бок Кацуми, как чуть приоткрыл рот Исаи. Всем им было крайне интересно — о чем мы договорились? Что случилось в Коконе?
Сэтору даже не взглянул в ответ на заинтересованные взгляды.
— А всё таки я не мог на тебя подумать… Ты был слишком слаб после кумите… Похоже, что я тебя очень и очень недооценивал. Возможно, надо было подольше остаться на пирсе, чтобы посмотреть на пузырьки воздуха… Хинин, а ты смелый парень. Если бы не вся эта свистопляска, то я с радостью взял бы тебя в вакагасиры. Мне нужны такие отчаянные ребята…
— Зато мне не нужны оябуны-предатели. Те, кто предают своих подчиненных потому, что им так выгодно. Шакко работала на тебя, а ты её так подставил…
— Вот только не надо мне читать мораль. Она всего лишь кицунэ, которой место в зоопарке. Что она увидит дальше в жизни, когда убьет меня? Только панель и ничего более? Да и то, панель будет самого низкого пошиба. Месть сожгла её душу, теперь это пустая оболочка, которая хочет только одного — убить!
Я смотрел в его холодные глаза. А ведь он и в самом деле верил в то, что говорил. А я? Что могу ему противопоставить?
Могу. Я могу противопоставить ему ту ненависть, от которой он сейчас сгорает. Сэтору подписал договор не со мной, а с небесными силами. Теперь мы оба будем ходить друг возле друга, как орущие коты, которые вздыбливают шерсть и выгибают спины. Но дальше оров и пускаемых искр дело не доходит до когтей.
Что мне дал этот договор? Гарантию того, что я доживу до последнего боя. Гарантию того, что Шакко доживет до последнего боя, а не взорвется её бедовая головушка от пожелания Сэтору.
Я с усмешкой помахал Исаи. Он пока не догадывался, что произошло. Дух комиссара внутри Исаи заорал бы от возмущения, узнав, что его сын лично подарил время жизни заклятому врагу. Для меня же этого времени было с избытком. Если мы с Норобу не сможем за неделю одолеть Исаи, то и на будущее можно особенно не рассчитывать.
Будущего просто может не быть. Но сейчас я улыбался. Маленькая победа одержана. «Черного Кумитэ» избежать не удалось, но зато мы станем сражаться в паре с Шакко, а это уже неплохо. Можно даже сказать, что это вообще отлично! Пусть эта девчонка подставила меня под удар, но обижаться стоило не на ранивший меч, а на руку, этот меч державшую.
 
Сейчас я с этой рукой скрепил договор, заодно слегка обезопасив своих друзей. Осталось только объявить об этом духу комиссара.
Что же, первая часть плана прошла неплохо. Теперь можно покататься по ушам Исаи. Что же, пора извлекать из-под языка колючки.
— Сэтору, я не буду угрожать тебе. Придет время и мы сразимся. Тогда я не буду смотреть на то, что у тебя была тяжелая жизнь. Я просто отберу её. Или отдам свою, если придется.