Невольник. Том 1 и Том 2 (СИ)

— Нам помогает Эмао. — невозмутимо произнёс Дракот. — Поэтому чужаки всегда будут умирать.
— Не всё так спокойно в датском королевстве. — тихо произнёс я. — Ева, что думаешь обо всём этом? А, чёрт, ты же не слышишь мысли Драка. Ладно, потом обсудим.
По моим прикидкам до вольного оставалось около километра когда в моей зоне видимости появился неизвестный заключённый. Обычный серый бронекомбез третьего класса, два игломёта — точные копии моих. На наруче видны голубая и зелёная полосы, а за спиной большой, намного крупнее моего, рюкзак.
— Драк, ты что, умудрился перепутать нашу цель с этим? — сквозь зубы спросил я, посылая зверю мысленный импульс, наполненный моим недоумением. Вроде питомец не страдал забывчивостью, и хорошо различал вольных по установленным мутациям.
— Этого чужака впервые вижу. — с удивлением произнёс Дракот. — И я его не чувствую, словно он мёртв.
— Ева, — обратился я к своей помощнице. — Существует такое усиление, что создаёт иллюзию?
— Светотень, мутация этанол, жёлтый ранг. — тут же ответила искин. — Кэп, ты прав, это иллюзия.
— Драк, живо с тропы. — приказал я, и сам скользнул в сторону, практически падая в сине-зелёную траву.
— Ш-шух, ш-шух! — раздалось совсем рядом. Сука, чуть в засаду не вляпался. И в руках у меня только игломёт, которым броню четвёртого класса разве что пощекотать можно. Ну, или в упор, чисто нанести травмы через бронекомбез.
— Восвояси. — произнёс я, замирая на месте. Мимикрия не просто маскирует меня, она изменяет пространство в радиусе одного метра. На этой площади я могу перемещаться, будучи уверенным, что меня не заметят. Разумеется, без резких движений. Поэтому я, определив границу усиления, буквально вжался в ствол дерева, за которым пытался уерыться, и произнес очередное ключ-слово: — Бандерлоги.
— Ш-шух, ш-шух! — свистнули стрелы, вспарывая почву метрах в трёх от моего местоположения. Кажется пронесло. Или противник не успел увидеть, куда я прыгнул, или… Чёрт. Драк! Ты живой?
— Аудрэй, всё хорошо. Я вижу настоящего чужака, но напасть не могу, слишком далеко.
Вот же вояка. В самом веса чуть больше четырёх килограмм, а всё туда же. Эх, мне бы пару секунд времени, и возможность двигаться бесшумно, я бы уже расстрелял вольного из винтовки. Увы, не судьба, похоже. Вот он, боец синдиката, в трех метрах от меня, в руках два игломёта. А время активированных усилений тикает, сокращаясь с каждой секундой. Здоровый кабан, хрен я такого смогу голой силой забороть. К тому же у него и экзоскелет в броне помощнее будет.
— Куда же ты, бездна тебя забери, подевался? — произнёс боец синдиката, и выдал пару длинных очередей по кустам. Сука, лишь бы не зацепил Драка! А вот так расходовать боезапас не стоит. Ты идиот, только что уравнял наши шансы.
Вольный отступил к дереву, тому же самому, к которому прислонился я, и сбросил с обоих игломётов магазины. Одновременно! Таким шансом грех не воспользоваться.
Не знаю, какие ощущения при попадании игл третьего класса в корпус, но вот по перчаткам точно малоприятные. А стрелял я практически в упор. Первой же очередью выбил из рук противника игломёт, второй в догонку заставил споткнуться и упасть. К этому моменту я уже успел сдёрнуть с плеча винтовку, и, перехватив оружие, приставил ствол к шее вольного.
— Грабли на башню, мордой в пол, дышать через раз!
— Э? Чё? — растерянно проблеял боец, но руки всё же поднял.
— Лежать, не двигаться, иначе пристрелю, как бешеную псину! — чёрт, от волнения не заметил, как частично перешёл на русский язык. Пришлось исправляться: — Что такое золотое сияние?! Живо отвечай, а то ногу прострелю!
— А-а! — заорал вольный, потому что свои слова я тут же подтвердил короткой очередью из игломета. Повреждений ноль, зато какой накал страстей — у бедолаги сейчас глаза от страха лопнут.
— Отвечай, живо!
— Не знаю! Что-то связанное с большими возможностями там, за пределами зоны!
— Что тебе известно про то, как покинуть зону? Три, два, один! — ещё одна короткая очередь по ногам.
 
— А-а! Есть такой способ! Не только у корпов! Контрабанда идёт отсюда точно. Больше ничего не знаю!
— Трах тебе в док! Какая контрабанда? — я аж подобрался весь, почувствовав, что сейчас получу важную информацию.
— Мутаген, элитный! В год три-четыре корабля прорываются через заслон корпорации, из них одному-двум удается покинуть аномалию.
— Откуда такая информация?
— Я же вольный. Нас синдикат специально готовит несколько недель, прежде чем мы отправимся в Аурум, а корпорация уже закинет сюда. Аномалию можно покинуть, только цена непомерно высока.
— Сколько? — уточнил я
— Десять капсул элитного мутагена. Это в два с половиной раза меньше, чем запрашивает корпорация за освобождение. И надо еще помнить, что себе тоже нужно установить элитную мутацию, иначе не сможешь покинуть аномалию.
— Твою же бабушку! — выругался я, представив, что нужно сделать, чтобы свалить отсюда. — А почему я не могу покинуть без элитки?
— Другие мутации. Без элитной за пределами зоны А-один они выходят из под контроля и начинают изменять организм до неузнаваемости. Корпорация как-то контролирует данный процесс, и это пожалуй их самый охраняемый секрет.
Сколько вас, вольных, находится возле разрушенной крепости?
— Около двадцати человек. Среди нас одна из командиров синдиката, с элитной мутацией. Это она ищет золотое сияние! Слушай, меченый, отпусти, а? А я тебе свой контейнер открою. У меня в нём есть одна красная ампула.
— Рюкзак скинь. — приказал я. Дождавшись, когда вольный выполнит приказ, отошёл подальше и распорядился: — Открывай так, чтобы обе руки были на виду. И я запрещаю тебе причинять мне любой вред. Действуй.
Пленный растегнул молнию, извлёк личное хранилище, и открыл его. Я приказал отодвинуть контейнер в сторону, и достать из рюкзака остальные вещи. Очень надеялся на синтезатор пищи, но увы, у бойца синдиката не оказалось столь нужной мне вещи.
— Теперь отползи вместе с пустым рюкзаком. — отдал очередной приказ, и, как только вольный отполз на метр, выстрелил. Сожаления об убийстве безоружного? Откуда, ведь он только что чуть не прикончил меня.
— Я могу подойти, Аудрэй? — прозвучал у меня в голове вопрос чёрного.
— Разумеется, мой чешуйчатый друг. — ответил я, обрадовавшись. — Собираем добро, и сваливаем отсюда. Я уже на ногах еле стою, да и есть хочется.
* * *
— Опасно, друг. Золотые — очень сильные! Если победишь такого, станешь самым опасным, все тебя станут уважать. Кроме чужаков, они глупые.
— Драк, но эти золотые подчиняются таким, как я. Кто же тогда эти люди?
— Приёмные дети Эмао. — непринуждённо ответил питомец. — В моей памяти нет про них ничего, кроме того, что они больше не охотятся на таких, как я. Как друзья, с которыми не сможешь поговорить.
— Спасибо, Драк. — поблагодарил я питомца. Интересно, если это мои земляки, то как они смогли добиться таких результатов? — Ева, как думаешь, они зачистили базу от всего добра, что там было?
— Кэп, в моей базе данных нет ни слова о каких-то приёмных детях мифического существа.
— Нам нужно пробраться на базу. — я пристально осматривал в прицел винтовки разрушенный участок стены. — Уверен, там найдётся пара действующих сфоттеров, и синтезатор пищи.
— Кэп, тебя могут убить на подходе приемные, или обнаружить вольные, это необоснованный риск. Я уверена, за базой сейчас следят бойцы синдиката.
— Так я не собираюсь лезть прямо сейчас. Один-два дня понаблюдаю, а там уже приму решение. Идти всё равно больше некуда. Ты слышала, что говорили на допросе пленные? Мне закрыт вход во все поселения, форпосты и базы. Еды у меня много, с водой тоже нет проблем, а вот боеприпасов едва ли хватит на один хороший бой. А ведь нужно ещё и охотиться на зелёных тварей, чтобы Драк не сдох с голоду.
— Хочу есть! — тут же заявил питомец. Вот же прожорливый зверь.