Сквозь время я пойму себя (СИ)

— Защитный механизм включился, — Сонорх не сразу заметил изменений в Эмиллии, но как только до него дошло что произошло, он зашипел. — Прибью гадёныша!
— Что-то случилось? — недоумённо поинтересовалась Эмиллия, замечая спектр эмоций Сонорха Фейла и то, каким взглядом мужчина прожигал отросшие волосы. От греха подальше элементалий поскорее поднялась с постели и потянулась, ощутив прилив бодрости.
— А вы не знаете? — приподнял одну бровь Сонорх, подмечая для себя огромные пробелы в магических знаниях Эмиллии. Хотя чему удивляться, пока у элементалия не появляется магии, их толком-то не учат и не объясняют ничего. А если силы малы, то обучение ограничивается бытовой магией и защитными плетениями для защиты своей жизни. К сожалению, порой такие правила приводили к неравенству, но на них не всегда обращали внимание, если раса элементалиев из знати.
— Твои волосы, — произнёс Сонорх, прикрываясь, чтобы Эмиллия не заметила, как сейчас влияет на него, а магическим фоном от элементалия фонило ещё как, и связь между ними становилась крепче. Минут пятнадцать — и не придётся идти в храм, всё сделает то зелье, а богиня и рада будет. Вот только их не спрашивали, это должно быть сознательное решение, а не спонтанное влечение.
— С ними что-то не так? — не понимала проблемы Эмиллия и прикоснулась к волосам с неким трепетом. Они не только отросли, но так же стали гладкими и явно послушными, а не как раньше. Да о таких только мечтать можно было и мечта, видимо, сбылась. Только кое-кому не нравится произошедшее, и этот факт почему-то обижал, хотя по идее не должен был, и трогать за душу.
— Не только с ними, — отвернувшись, сказал Сонорх Фейл, считая до десяти. Тайплейс переоценил себя, но оставлять в тайне то, что происходит теперь, не имело смысла. — Зелье судьбы и верности — спасает от смерти и болезни тех, у кого есть пара и чем дольше они рядом, тем сильнее их узы становятся впервые часы после принятия. Для демонов-воронов — это так, лекарство, для нас же, напротив, раскрытие того, что происходит внутри, того, что мы не видим и не знаем и то, что пророчит судьба. Это если объяснять кратко, а если развёрнуто…
Сонорх Фейл замолчал, Эмиллия побледнела от услышанного и во все глаза смотрела на тайплейса. Её грудь вздымалась, а по жилке на шее было заметно, как ускорено, бьётся сердце. Кажется, стоило разъясняться иначе, чтобы слишком не шокировать элементалия, но слово не воробей, назад не вернёшь. А понятливость, наоборот, порадовала, поэтому Сонорх решил обучить Эмиллию чему-нибудь в сегодняшний вечер, а сейчас — сейчас стоило приказать, чтобы шла и работала, иначе ждать беды.
— Вы пошутили? — отмерла Эмиллия. В голове от мыслей кавардак. Такого не может быть!
— Нет, — покачал отрицательно Сонорх Фейл и только собирался направить Эмиллию на кухню, как прибыла королевская особо, скрывающаяся под плащом, считая себя независимой от императора.
— И что здесь происходит? — вопрошала Лина, переводя взгляд с одного на другого. — Почему Эмиллии опять нет на рабочем месте? А господин ректор?
— Императрица, а почему вы сами бегаете за своими рабочими? — парировал Сонорх Фейл с издёвкой. Демонов если не поставить на место сразу, то будут верёвки вить всю жизнь потом, а если демоница не инициирована, то от взбалмошного характера страдают все, и когда император уговорит свою жену пройти до конца все ступени брака? Ведь рано или поздно придётся, иначе свергнут.
— Ваше величество, — пролепетала Эмиллия, делая реверанс бессознательно в знак почтения.
— Ирод временной! — фыркнула Лина и повернулась к Эмиллии, за которой и пришла, а Сонорх так под руку попался. Ведь специально спалил контору, знает, как позлить. — Так, пошли, и ни слова о том, кто я. А то сровняю академию с землёй.
— Ну-ну, — усмехнулся Сонорх Фейл, зная, что пол-академии знают, кто скрывается под маской, и бояться нечего. Тех, кто желают зла императрице и не услышат, ибо древняя магия защищает не хуже экспериментальных магических технологий.
— Да ну тебя! — обиделась Лина и, схватив Эмиллию, повела за собой, бурча себе под нос.
 
Эмиллия обернулась и увидела то, что запечатлелось на весь день в памяти. Сонорх Фейл смеялся и приглушал себя, утыкаясь в подушку. Таким высшее существо элементалий увидела впервые и поняла, что они ни чем не отличаются от остальных. Хотя отличия придумываем мы сами и в этом минус каждого существа — делать ограничения там, где их нет.
Пока Эмиллия помогала в столовой и наслаждалась пищей, время пролетело незаметно. Лина не поднимала темы о своём происхождении, только попросила быть пунктуальной и поменьше слушать гада временного, а то можно и заразиться тупостью и стрелки не туда пойдут. Такое поведение удивляло, но элементалий старалась привыкнуть к поведению каждого существа, которое успела повстречать.
Лишь в своём кабинете Эмиллия расслабилась и ударила себя по лбу, из-за того что совсем забыла рассказать, что вновь виделась с отцом и они разговаривали. Хотелось рвануть и найти Сонорха, но, к сожалению, дороги она не запомнила и поэтому уселась обратно в кресло, погружаясь в дела академии. А за то время пока элементалия не было на место, они успели накопиться, и в каждом нужно было вставить свои пять рупий. Где-то, напротив, сделать пометки и отложить на печать ректору. Но самой большой стопкой стали запросы о ремонте, покраске и тому подобному. С этим Эмиллия решила повременить и заняться ими после обеда. Потому что было уйма вопросов, а она чувствовала, что Сонорх придёт к ней на помощь. Конечно, самоуверенно, но чем чёрт не шутит, а вдруг.
На этот раз обед Эмиллии не принесли, вместо этого к ней заявился Сонорх Фейл собственной персоной. Тайплейс удивился, заметив большую груду кусков хлеба и две маленькие, стоящие отдельно стопки. Вопросительно посмотрев на элементалия, задал интересующий его вопрос:
— Это что за странное распределение по стопкам?
— Первая нуждается в вашей печати, вторую я отложу наконец дня, там нет ничего особенного, а последняя связана с академическими и студенческими запросами. Ремонт и тому подобное, как понимаете. Где-то заметила чеки на слойках, но их мало и не знаю, как с ними поступать. На счёт этого пометок, к сожалению, в документах не было, — на одном дыхании выпалила Эмиллия.
— Хорошо, — вздохнул Сонорх, понимая, что завхоза просто напросто решили провести вокруг пальца, только они не учли одного, самого тайплейса, а это зря. Кажется, академия пополнится деньгами и никто и слова теперь против сказать не сможет, они же сами попросили.
Схватив немалый груз с отчётами и запросами, Сонорх позвал Эмиллию с собой. Они вышли, не запирая кабинета, но этого и не нужно делать, механизм защиты работал исправно, а помимо него Кичинэ Даске накинул огненный купол с ловушкой из фаербола*, если кто-то недружелюбный попытается войти, будет пойман с поличным. И плевать, что уставом академии это запрещено, драконам можно всё, раз и тайплейсы поступают так же, ставя свои скрытые механизмы.
Без происшествий дойти до апартаментов тайплейса не удалось. На пути Эмиллии и Сонорха появилась самая наглая студентка третьего курса, высокая голубоглазая блондинка с короткой стрижкой. На волосах, как всегда, племенная брошь, с пером дающая понять всем, что девушка не обычная, а будущая глава своего племени, которое ей достанется по наследству после замужества. Одетая в лёгкое зелёное платье она старалась привлечь к себе как можно больше внимания, и сейчас целью был тот, кто может дать хорошее потомство и власть.
— Сонорх Фейл, — с придыханием произнесла студентка, в упор не замечая рядом с ним стоящую. — Вы не могли бы мне помочь?
Сонорх оглядел всех, кто заметил происходящее, усмехаясь. Да здесь половина мужчин уже чуть ли слюнями не давятся от желания помочь наглой леди, надушившейся флюидами любви. Как будто это могло подействовать на него, но это роковая ошибка девушки, на них такое не действует, может, появилось бы некое желание, но и то вряд ли. Поэтому при всех тайплейс сказал: