Край 4 (СИ)
К тому моменту, как мы вышли у внешних районов стеклянного города, бушующий тут когда-то пожар уже закончился, оставив после себя удручающую картину выгоревшего до основания пепелища. Большое количество деревянных хибар, вплотную примыкающих друг к другу, сыграло плохую шутку с городом.
С другой стороны, именно здесь мы практически перестали встречать монстров. Пожар не только уничтожил большую их часть, но и разрушил множество укрытий, где они могли скрываться.
Так что до выхода из Земель Изменений мы добрались, можно сказать, без приключений. И лишь когда покинули их, позволили себе немного расслабиться. Не опасаясь корректировки и нападения усиленных до безобразия монстров.
Несмотря на то что в группах имелись раненые, Гал все равно уводил гильдию все дальше от стеклянного города, словно опасаясь, что твари оттуда захотят напасть на нас. Или, что вероятнее, на нас попытается напасть кто-то из других кланов или гильдий. Последнюю мысль отчасти подтвердил Черныш. Заметив, что в Землях Изменений 44 врат собралось слишком уж много сильных гильдий и далеко не всех из них можно было назвать лояльными клану Гала.
Удалось мне немного разговорить мага и насчет отслеживания меток. Как оказалось, это базовое заклинание одной из школ магии, доступное чуть ли не с самого начала. При должном везении, конечно. Оно позволяло отследить местонахождение цели, на которую повесили метку. При развитии навыка, как правило, улучшалась точность слежения и его устойчивость к снятию. Но и минусов у этого навыка тоже хватало, что ставило под вопрос целесообразность его использования.
Сам Черныш говорил, что обычно использует метки на новичках, когда ему выпадает очередь в наставничестве, как произошло в этом и прошлом месяцах. Из минусов он указывал на то, что такие метки легко обнаруживались даже относительно слабыми магами или именованными с высокой чувствительностью. Были недолговечны. И оказывались жестко привязаны к уровню мага, который их накладывал.
Иными словами, установить метку на именованного выше себя по уровню было попросту невозможно. Чем меньше была разница в развитии между целью и магом, тем сложнее происходило наложение заклятья. А уж заманить в засаду с помощью метки и вовсе было делом техники.
Так что пользовались этими заклинаниями лишь в определенных ситуациях. По признанию самого Черныша, даже попытка установки маячка воспринималась среди именованных как прямая агрессия и угроза и обычно провоцировала атаку. Так что в среднем и внутренних кругах этим заклинанием практически не пользовались.
Лишь через несколько часов, когда дело приближалось к позднему вечеру, а часть раненых согильдийцев уже валились с ног, Гал скомандовал привал. По моим ощущениям, мы за этот рывок умудрились практически добраться до 44 врат и уже завтра должны были выйти к ним. Гильдмастер явно торопился оказаться под защитой «стен» города Лабиринта, и лишь опасность оказаться застигнутыми врасплох ночью заставила его остановиться.
— Ха-а-а-а, — Аскет рядом со мной блаженно опустился на землю, прислонившись к большому стволу какого-то дерева, и вытянул ноги. — Никогда бы не подумал, что самая обычная прогулка может так вымотать.
Гал с разведчиками выбрал довольно большую поляну, расположенную на холме. Уже несколько часов вокруг нас был исключительно лес, пересекать который оказалось не сказать, что просто.
— Тебе неплохо досталось, — хмыкнул в ответ Черныш, вокруг него закручивались тени, вернувшиеся с разведки. — Что там тебя так потрепало?
— А, не повезло. Тварюга вылезла прямо под боком и успела цапнуть. Ребята рядом даже среагировать не успели. Было бы что-то попроще, проблем ноль. А там этот гребаное отражение. Ну и сам видишь результат.
Клан Гала споро разбил лагерь, сразу две усиленные группы выдвинулись на патрулирование, а маги установили что-то вроде сигнальных заграждений. Я отметил, что, помимо меня, в гильдии никто не работал с ловушками. Почему-то полностью игнорировали это направление развития. По крайней мере, из тех, что сейчас находились здесь.
На время оставив Черныша и Аскета, я отправился в другую часть лагеря. Хотел поговорить с Боровом, как с единственным знакомым мне медиатором. Нужно было прояснить некоторые непонятные моменты по Лабиринту. В том числе и по этому идиотскому долгу. Вместо него в центральной части лагеря нашел Трека, увлеченно выстраивающего из ветки что-то похожее на стрелу или болт, и пристал к нему по поводу прокачки стрелков, в том числе и рунических. По поводу последних он смог помочь только общими рекомендациями. Но и за то спасибо, стало понятнее, куда двигаться дальше.
Что же касается Борова, то мне удалось его найти после наводки от того же Трека, а вот разговор не задался сразу. Медиатор не сильно жаждал отвечать на мои вопросы и выглядел максимально отстраненно. Сидел в позе лотоса, погрузившись в себя и закрыв глаза. Как и говорили мне кураторы, этот класс слишком уж сильно влиял на разум именованных, делая их странными даже с учетом безумного мира вокруг.
Внешне Боров выглядел как самый обычный человек. Крупное, скорее даже тучное телосложение и бледное, невыразительное лицо. Если вспомнить того же Раздора, то Боров выглядел совершенно по-другому. Неряшливо, что ли. Как если бы ему было совсем плевать на себя и свое тело.
— Долг — это долг, — неопределенно ответил он наконец, явно устав от моих вопросов. И, выдохнув, все-таки решил объяснить: — Чаще всего его невозможно рассмотреть и его может вовсе не быть… Но, если обращаться к самым очевидным случаям, он может быть установлен за разные проступки и реже достижения. Например, если, с точки зрения Лабиринта, ты слишком быстро растешь в системе. Примеров много. В твоем случае что-то другое, словно сама система пытается подтолкнуть тебя в развитии. И ей по большому счету плевать, выживешь ли ты в процессе. Странно и совсем не очевидно. И только сейчас это можно разглядеть.
— А раньше?
— Не с моими силами. Не все такие, как Раздор, — хмыкнул в ответ Боров и закрыл глаза, показывая тем самым, что разговор окончен.
— Так все-таки что такое Лабиринт? У медиаторов есть знания об этом или хотя бы предположения? — не отставал я.
— Край, отстань от меня уже, — со вздохом вернулся в реальность мой собеседник.
— Ну хоть намекни? — спросил, игнорируя раздраженный взгляд.
— Так просто ты не отстанешь, да? Хорошо, вот тебе мысль и мое предположение. Гипотеза, если угодно. Лабиринт, что это такое в понимании обывателя?
— Место, из которого тяжело выбраться?
— А еще место, в сердце которого очень сложно проникнуть. И далеко не всегда это означает, что должны быть стены или что-то подобное. Подумай над этим. А теперь, Край, отвянь уже от меня и дай поработать!
Это все, чего я смог от него добиться. На все мои вопросы он уже демонстративно не обращал внимания. Впрочем, и того, что он сказал мне, уже немало. И даже подумать есть над чем, да уж.
Среди палаток центральной части лагеря нашел отдыхающую Струну. Девушка, как и все именованные с хорошими лекарскими способностями, занималась восстановлением раненых. По ее словам, худшее уже давно было позади, но проблем все равно хватало. Не забыла Струна поинтересоваться и моим состоянием. Рука все еще не работала, но сейчас я хотя бы ее чувствовал, да и чернота стала постепенно спадать, что тоже было добрым знаком.
Миазмы хаотической энергии оказались для меня крайне неприятной штукой. Но, со слов девушки, в городе с этой проблемой справятся на раз-два. Опыта у них хватает. Ну и было к тому же исцеление в храме самого Лабиринта. Хоть и дорого, но зато гарантированно.
Не забыл я показать Струне и добытый с предводителя наемников необычный клинок, пораженный проклятьем. К сожалению, с этим оружием она ничем помочь мне не могла. Как и с пространственным кольцом. Мастеров, работающих с такими артефактами, у нас в гильдии не было, но она посоветовала обратиться с этим вопросом к Мат-суне.