Приграничное владение 3 (СИ)
— Ну раз договора составляем, значит разрешили. Значит, имеем право. Что вы тут дурацкие вопросы задаете? Долг оплачивать будете? — Посмотрела на него девица своими голубыми глазами, в которых не отражалось никаких эмоций, лишь сплошное равнодушие к очередным неудачникам. А охранник развалился на своем стуле и только усмехался, глядя на его удивление.
Саша очень внимательно посмотрел на притихших должников приятелей, а Роман взялся читать протянутый девицей распечатанный договор. — Ну да, условия такие, драконовские, конечно.
— Драконовские?! Да просто грабеж какой-то!
— Читать надо договор, когда берете, а не потом, а если отдавать нечем, то и брать мини-займы незачем. — Фыркнула пухлая девица. — Умные все такие.
Саша промолчал, только скрипнул зубами и вынул бумажник. Он отсчитал назначенную сумму долга, кинул на стол девице. Развернулся выходить, но потом обернулся:
— Роман Александрович, сдачу заберите, всю до рубля и справку пусть выдадут, что долг погашен и претензий к нашим сотрудникам нет. И паспорт не забудьте.
Совершенно не вовремя тренькнул сотовый. Звонил Сергей и Саша раздраженно нажал кнопку отбоя, совершенно не желая объяснять, что-то тому в трубку.
«Чего по телефону отвечать, если через несколько минут сам в кафе зайду, там и поговорим.» Решил он.
За ним следом из павильона выскочили два приятеля, Михалыч Неописуемо и его приятель, Владимир Ильич, по кличке Ленин, что в общем предсказуемо с таким именем-отчеством.
— Спасибо вам, Александр Сергеевич! — Затряс головой Ильич. — Мы вернем.
Саша был раздражен состоявшимся разговором и даже более. Очень ему не понравилась хамоватая сотрудница и нагло скалящийся охранник. И он обернулся к приятелям с таким злым лицом, что они непроизвольно сделали шаг назад:
— Отдадите! Все до копейки отработаете! — Сквозь зубы сказал он приятелям и зашагал вначале к рынку, потом резко развернулся и пошел к переходу на трассе, намереваясь зайти к Сергею в кафе.
Он шел через площадку перед их кафе и думал: — Это же просто грабеж народа какой-то! Мля, рыночная экономика, это не рыночная, это экономика воров и грабителей какая-то! А еще этот стенд с рекламной надписью:
«День рождения у вашей девушки или любимого внука, а у вас нет денег на подарок? А может, захотели купить новый холодильник или большой телевизор, но зарплата только через пару недель?
Не беда! Компания Чудо-деньги всегда придет на выручку!
Мы ждем вас и предоставим минизайм до зарплаты или пенсии на выгодных условиях. Займы от пяти тысяч под один документ, удостоверяющий личность.
Заходите в компанию Чудо-деньги, не откладывайте хорошие дела на потом!»
— Да уж, уже пришла ваша компания на выручку парочке оленей не пуганных, — пробурчал вполголоса Саша.
Какая-то бабка с бидоном и старой хозяйственной сумкой внимательно читала плакат стоя перед павильоном, видно намереваясь повторить незавидный подвиг своих поселковых соотечественников.
Саша чуть покривился, окинув ее взглядом. — Мля, ща еще эта старая дура зайдет денег перехватить, любимому внучку на игрушку для приставки. Зашибись, сука, устроились!
Ирма еще билеты купила в академический театр, на какой-то греб… гм, классический русский балет. А он обещал сходить с ней, только не хватало в таком состоянии идти. Так, Саша, надо успокоиться, — дал он себе установку.
Он остановился и несколько минут глубоко дышал стараясь, не думать о посещении павильона Чудо-деньги и о разговоре с его сотрудниками. А может, грабануть их? — Пришла неожиданная мысль. — Глядишь, и сами тут лавочку прикроют.
Эта вроде бы криминальная мысль как-то сразу успокоила Сашу. — Все брать не буду, по пять тысяч-то их, пусть подавятся, а вот свою двадцатку, что сверху- заберу однозначно! И не в деньгах совсем дело. Просто не понравились они Макарову, очень не понравились.
А как? Внушение здесь не прокатит. У него вообще фокус с бумажкой только с Серым прошел. А остальные воспринимали бумажку, как бумажку, а не как банковский билет. Даже Ромка. Ну у того глаза темно карие, как еще в детстве слышал Саша, что люди с темными глазами плохо поддаются гипнозу, даже наоборот- сами могут им обладать. Как цыгане например. Может, конечно, просто байка такая.
Надо бы с Лаэртом насчет этого поговорить, уточнить пару моментов. Но афера с внушением отпадает, хотя было бы заманчиво прийти в этот павильон и взять займ тысяч на сорок, показав вместо паспорта левый листок. Но до этого Макарову далеко, может, когда-нибудь он будет владеть таким сильным гипнозом, как его побратим, а может, и нет.
А может, самого Лаэрта попросить? Хотя нет, не получится. — Сам себе дал ответ Александр, — Там же две камеры. Одна под потолком в углу и вторая у компа, на столе у девицы, на длинной гнущейся ножке. Что тогда можно предпринять? Так у меня же эльфийский плащ есть! — Вспомнил он. — Вот и проведем полевые испытания этой вундервафли. Сегодня же вечером, после балета? А чего тянуть, нужно только Ирму домой сплавить. Попросить Серого или Ромку ему вечером звякнуть на телефон, мол, срочное дело и проводить девушку. А там уже сам решу как быть. А вообще до которого часу этот пункт выдачи кредитов работает? Не круглосуточно же? Как я туда вечером попаду, пусть и в плаще? Так что, сегодня, наверное, не получится.
Ладно, будем считать полевые испытания плаща эльфаров отложили на день. Сегодня театр. А вообще мне театра и в жизни хватает! — Махнул рукой Саша. Но, когда принял решение отомстить нехорошим ростовщикам, так сказать, представителям современного жидовства, он совершенно успокоился. Как говорится- хорошо смеется тот, кто смеется последним. — Кивнул сам себе Саша и уже с легким сердцем, не отягощенным ни злостью, ни раздражением, зашел в кафе.
Сергей встретил его в дверях большого зала на втором этаже.
— Ну чего, разрулили?
— Разрулили. — Буркнул Макаров, не вдаваясь в подробности и не желая снова вспоминать про эту кредитную организацию и ее сотрудников. — С Ирмой договорился в театр вечером съездить, возьму из кассы тысяч пять?
— Да без проблем. Я смотрю, у вас все серьезно? Эти дни вы с ней прям не разлей вода? Большая любовь? — Заулыбался Дубровин.
— Ну… — неопределенно пожал плечами Саша. — Нравится мне девушка. А что, есть возражения?
— Да какие возражения? — Удивился Серый. — Она любой фору в сто очков даст- фигуристая.
— Тогда завидуйте молча. — Саша развернулся, чтобы зайти в кабинет к администраторше Марине Алексеевне за деньгами.
— Да погоди, Сань. Тебя тут Семен Абрамыч дожидается. Минут двадцать уже, я когда пришел они уже здесь были.
— А чего не позвонил? — Спросил Саша и вспомнил как он сбросил вызов приятеля, махнул рукой. — Ну да, видел твой звонок. Как раз по долгу этих гавриков решали.
— И чего порешали?
— А чего? Отработают, чего еще. — Удивился Александр. — Мы в альтруисты не записывались. А чего Абрамыч приехал, не спрашивал?
— С Сережей партизаном прилетели, но тот подождал минут десять и свалил, а Абрамыч тебя ждет. Елозит, как на иголках, уже три чашки кофе выдул, видно, волнуется. Наверное, проблемы. — Пожал плечами Дубровин.
— Вот не было печали… весело денек начался, нечего сказать. — Вздохнул Саша и направился к дальнему столику, за которым только теперь разглядел своего пожилого компаньона по бизнесу.
— Здгавствуйте, здгавствуйте, Саша! — Долго, вскочив, тряс старый еврей Сашину руку. — Очень мне у вас нгавится, просто великолепно, уютно так.
— Что-то случилось, Семен Абрамович?
— Ну почему вы так сгазу гешили, Саша, неужели я не могу пгосто съездить в гости к своему дгугу?
— Семен Абрамович, можете конечно. — Засмеялся Саша. — Значит, у вас все впорядке? И в кафе и на нашем рынке?
Абрамыч еле заметно поморщился. — Ничего от вас не скроешь. Есть некоторые проблемы. А связи знаете уже не те, что тридцать лет назад, вот и заехал узнать. Э… не можете ли вы порешать некоторые вопросы, Саша? Знаете, вам любой скажет, что Семен Абрамович совсем не жадный еврей, он может быть благодарным. А тем, кого он считает своим другом, он поможет всегда. А вас я считаю своим другом, Саша. И Сережа Партизан тоже считает вас своим другом. А ведь друзья помогают друг другу?