Навечно моя (ЛП)

Мои глаза сузились.
— Почему, черт возьми, тебя это волнует?
— Мы оба знаем ответ, — холодно ответил он, — Блейк.
Взбешенная напоминанием, которое вернуло на поверхность всю боль, которую я пыталась скрыть, я отвернулась от него, вздернув подбородок, когда моя гордость получила удар, а сердце заколотилось от боли. Было ли это слишком много, желать, чтобы он хотел защитить меня, потому что все еще заботился обо мне? Или я была всего лишь обязанностью? Долг перед кем-то, кого мы оба любили и потеряли?
— Он был моим братом, — наконец ответила я, делая ударение на словах и смаргивая слезы. — Тебе, наверное, не понять. Ты ушел и двинулся дальше. Мне пришлось собирать осколки самостоятельно. — Гнев сменился болью и мучением, когда я встретила его напряженное выражение лица. — Ты бросил меня.
Три крошечных слова, но они точно подытожили то, что я чувствовала.
Ярость исказила его черты, превратив в кого-то, кого я не знала. Ронин наклонился вперед, не позволяя себе избавиться от отвращения, которое он даже не потрудился скрыть. В нем чувствовалась жестокость, которая превращала его в грозного хищника. Его стены снова поднялись, и я поняла, что этот разговор закончился еще до того, как начался.
— Я не бросал тебя. Я писал тебе смс, присматривал за тобой. Я убедился, что эти гребаные Скорпионы не вернутся и не попытаются забрать тебя. Ты ни хрена не знаешь о том, что я сделал или через что прошел. Ты так чертовски занята, осуждая меня, что не заметила, что ты не единственная, на кого повлияла его смерть. — Его рука поднялась, и он ударил себя кулаком в грудь над сердцем. — Я живу с этим каждый гребаный день. Кровь Блейка на моих руках. Его смерть, это все, что я вижу, когда закрываю глаза. — Он покачал головой, прерывисто вздохнув. — Я, черт возьми, не могу это так оставить.
На последнем слове его голос охрип, и он зарычал, поворачиваясь к окну и напрягаясь, как будто ожидал, что я рассмеюсь. Моя рука потянулась, и я осторожно положила ладонь поверх кулака, который он положил на стол, вероятно, не замечая того факта, что он был там. Я сжала его один раз, а затем медленно отстранилась.
Ронин сглотнул, когда я уставилась на его профиль, достаточно близко, чтобы заметить сморщенную кожу и неровный шрам на шее, оставшийся с того ужасного, травмирующего дня. Его голосовые связки были серьезно повреждены, но до сих пор я не слышала, чтобы он боролся с этим. Мое сердце болело за мальчика, которого я когда-то знала, и за мужчину, которым он стал, таким закрытым от мира.
— Ты прав, — прошептала я, зная, что он заслуживает такой же честности, как и раньше, — я осуждала тебя. Это легче, чем смириться с тем, как сильно мне все еще больно. Я скучаю по нему, Ронин. Я так сильно скучаю по нему, что мне снится, что он все еще здесь, и когда я просыпаюсь и вспоминаю, что он ушел, это снова разрывает мое сердце на куски.
Последовал едва заметный кивок, прежде чем он повернулся ко мне, вернув маску на место, скрывая свои эмоции.
— Я обещал присматривать за тобой, и это то, что я делаю. Я просто хотел, чтобы ты знала, Ларами. Это все, что я планировал.
Почему я ожидала и желала большего? Неужели я думала, что он ворвется сюда, как темный рыцарь, и подхватит меня на своего железного зверя, умчавшись навстречу закату? Прошло два года, и мы уже не были теми детьми, которыми были когда-то. Сейчас ему было двадцать два, и он жил тяжелой жизнью, которая еще больше состарила его. Мне едва исполнилось восемнадцать, и я закончила среднюю школу. Может быть, та вечная любовь, за которую я цеплялась, была не более чем детской фантазией.
— Я понимаю, — признала я, скрывая дрожь в своем голосе. — У меня все хорошо.
Его губы сжались в мрачную линию, когда он, не сказав больше ни слова, поднялся на ноги и направился к выходу. Я наблюдала, как его тело плавно и уверенно двигалось между переполненными столиками, пока он не дошел до двери, задержавшись на несколько секунд, как будто боролся с желанием уйти. Ему не потребовалось много времени, чтобы принять решение, он протиснулся в двери и затопал наружу в своих кожаных ботинках, уже заканчивая наш разговор.
 
Я хотела подбежать к нему, как влюбленная идиотка, какой я всегда была, но я знала, что такой мужчина не желает маленьких девочек, которые боготворят свою пассию. Ему нужна была соблазнительница, которая могла бы сравниться с ним в постели, и женщина, которой он мог бы доверять, откровенничать и поддерживать его в его образе жизни. Он не думал, что я могла бы быть его идеальной женщиной, иначе он бы флиртовал, катал меня на своем Харлее и прижимался ко мне с желанием. Я вспоминала, как он обычно прикасался ко мне, как он мог разжечь огонь в моей крови и вызвать удовольствие у моего тела. Я хотела получить то, что потеряла с Ронином. Мне не нужны были случайные связи с мужчинами, которых я едва знала. Сегодняшнее свидание было мимолетным желанием ощутить привязанность и внимание, которых мне так не хватало. А теперь это было не более чем желанием глупой девчонки.
Ронин похоронил меня для других мужчин. Я весь вечер сидела напротив Нейта и мысленно сравнивала его с Ронином. Когда байкер из моей фантазии появился на своем мотоцикле, каждая частичка моего тела тлела, как куча тлеющих углей, ожидающих, когда они разгорятся снова. Ронин был спичкой, которая воспламенила мое тело похотью, сжигая до тех пор, пока я не оживала снова и не испепелялась от желания. Только он мог разжечь этот огонь и завладеть этим пламенем.
Я была дурой, думая иначе.
Встав из-за стола, я бросила на стол достаточно денег, чтобы оплатить заказанный напиток и чаевые. С безмолвной молитвой я подняла голову и с надеждой повернулась к окну, заметив, что его байк исчез, а я осталась одна. Мои плечи расправились, когда я столкнулась с любопытными взглядами в зале, все еще задающимися вопросом, почему я встретилась с Королевским бастардом и была отвергнута менее чем за пятнадцать минут. Зная, что это подольет масла в огонь сплетен, я старалась не дать своей гордости получить еще один удар.
Я выпила слишком много сладкого чая и направилась в туалетную комнату. Все кабинки были пусты, когда я опорожнила мочевой пузырь и вымыла руки, критически глядя в зеркало. Что он увидел, когда уставился на меня через стол? Стану ли я когда-нибудь кем-то большим для него, чем та юная девушка, которую он знал столько лет? Вернула ли я всю боль прошлого так же, как он поступил со мной? Был ли способ преодолеть печаль и двигаться дальше?
В моем отражении не было ответа. Только мои глаза наполнились влагой, которая набухла и выскользнула наружу. Шмыгая носом, я смахнула предательские слезы, которые потекли по щекам, расстроенная тем, что заметила покраснения на своих щеках. Я плеснула немного холодной воды на лицо и вытерлась колючим бумажным полотенцем. Сделав пару глубоких, очищающих вдохов, я выпрямилась во весь рост, готовая пройти сквозь строй и покинуть ресторан. Моя машина была припаркована слева от парадных дверей, так что мне не пришлось бы долго терпеть осуждающие взгляды. Взглянув в зеркало, чтобы убедиться, что я не выгляжу так, будто все еще расстроена, я нацепила фальшивую улыбку, которая не убрала печаль, видимую в моих глазах.
Я распахнул дверь туалета… и наткнулся прямо на сплошную стену из одних мышц. Черная футболка. Руки, покрытые темными чернилами. Весь в коже. На 2,3 секунды я подумала, что это Ронин.
Он не бросил меня!
Затем я заметила свернувшееся кольцами тело Скорпиона с хвостом, который приподнялся в попытке нанести удар, и клыками, с которых капала кровь.
Со вздохом я подняла голову.
— Привет, Ларами, — поздоровался Кровавый Скорпион, хватая меня за плечо. — Пора прокатиться.
Глава 5 Жаба
Топая снаружи, я бормотал что-то себе под нос, ругаясь от разочарования. Ларами все еще обладала способностью проникать мне под кожу и выводить из себя практически без усилий. Разозлившись, потому что я не мог перестать думать о том, как притяну ее к себе через стол и крепко поцелую, я набросился на нее. Обида в ее глазах чуть не разорвала меня надвое. Какой же я засранец.