Навечно моя (ЛП)

— Байкер, — начала я, — это Ронин. Он был с Блейком в ту ночь… — Я не смогла выдавить из себя остальные слова.
— Я понимаю. — Кристен знала о моей потере. Она была рядом со мной, когда я думала, что не смогу справиться с горем.
— Это было все равно что увидеть привидение. Ронин наведывался ко мне, но мы не виделись с похорон.
— Ни разу?
— Нет. Он прислал сообщения, но это все.
— Неудивительно, что ты выглядишь такой потрясенной.
— Видеть его, — выдавила я, сдерживая слезы и терпя неудачу. — Это возвращает все назад.
— О, детка. — Кристен вскочила на ноги и притянула меня к себе, чтобы обнять, пряча мои беззвучные слезы, которые осмелились скатиться по моим щекам.
Я не знала, что снова увижу Ронина, и испытаю такие эмоции. Я никогда не осознавала, как сильно скучала по нему, пока он не появился со всеми знакомыми вещами, о которых я забыла: сексуальной улыбкой, уверенной походкой, запахом кожи и одеколона которые всегда притягивали меня без лишних слов. Всего пять минут понадобилось, чтобы перевернуть мой мир с ног на голову, потому что каждый взгляд в его глаза напоминал о том, что Блейка больше нет. Я разрывалась между двумя разными реакциями, влечением и печалью.
И мое сердце болело по обеим причинам.
Глава 3 Жаба
— Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
— Я знаю.
— Эта девушка молода, братан. Грим надерет тебе задницу, если ты свяжешься с ней, а она несовершеннолетняя.
— Это не так, — прорычал я, игнорируя Призрака, который скрестил руки на груди. — Я ждал ее восемнадцатилетия.
— Зачем? Возьмешь ее вишенку? — Веселье Ведьмака вывело меня из себя.
— Что за вишенку возьмешь? — Спросил Тень, ухмыляясь, когда увидел выражение моего лица. Он вышел из здания клуба и направился в нашу сторону, прислушиваясь к разговору, поскольку Призрак не прилагал никаких усилий, чтобы понизить свой чертов голос.
Мы подъехали к Перекрестку две минуты назад, и я уже был в дерьме. К черту мою жизнь.
— Не беспокойся об этом.
Тень прислонился к фасаду здания клуба и глубоко затянулся сигаретой, сделав глубокий вдох, прежде чем медленно выпустить его. Кольца дыма лениво поднимались вверх и кружились вокруг его головы.
— Эй, я просто интересуюсь твоей жизнью, чувак.
Ага. Конечно.
Свирепо посмотрев на Тень, а затем на Призрака, я вытащил сигарету, закурил и начал затягиваться, не обращая на них внимания.
— Ты когда-нибудь перестанешь быть угрюмым? — Спросил Призрак, его губы скривились в сдерживаемой усмешке. — Ты всегда в этой теме.
Я отмахнулся от него, не потрудившись ответить. Призрак фыркнул, а затем покачал головой.
— Мне нужно идти. Грим хочет, чтобы я присматривал за воротами сегодня вечером.
Тень дернул подбородком в знак согласия.
— Будь начеку.
— Всегда так делаю, — ответил Призрак, трусцой пересекая стоянку и скрываясь из виду.
— Теперь, когда он ушел, что, черт возьми, с тобой происходит, а?
Вздохнув, я докурил сигарету и швырнул окурок на землю, растоптав пепел ботинком.
— Я столкнулся с Ларами.
Его глаза расширились.
— С той самой Ларами которая была младшей сестрой Блейка?
Кивнув головой, я вытащил еще одну сигарету.
— Единственная и неповторимая.
— Как, черт возьми, ты на нее наткнулся? Она работает в часе езды отсюда.
— Возможно, я остановился за мороженым, — беспечно признался я. — И она, возможно, работала за прилавком.
— Чувак. Ей уже исполнилось восемнадцать? Потому что, блядь, я должен сказать тебе, что это трудный путь. Я говорю по собственному опыту. Самое трудное, что мне когда-либо приходилось делать, это ждать, пока Стефани исполнится восемнадцать.
— Ты все равно не стал ждать, ублюдок.
Он хихикнул в ответ.
— Нет, я этого не сделал.
— Тогда, я думаю, тебе есть что сказать по этому поводу.
Мой остроумный комментарий не смутил Тень.
— Это не значит, что Грим не доставал меня кучей дерьма. Знает ли он о Ларами? Или ты упустил эту часть из виду, когда решил перейти в единственный клуб, который был достаточно смел, чтобы выступить против Скорпионов?
 
Нахмурившись, я не хотел отвечать.
— Ты знаешь, как сильно я ненавижу этих засранцев. Они убили моего лучшего друга и чуть не напали на Ларами. Что, черт возьми, я должен был делать? Пойти за ними в одиночку и дать себя убить? А? — Я пришел в ярость, раздавив сигарету, когда моя рука сжалась в кулак. — Я единственный, кто у нее есть, и я дал клятву своему лучшему другу, когда он умер. Ларами моя, и я должен защищать ее, и я буду делать это так, как, черт возьми, сочту нужным.
Тень коротко кивнул.
— Тогда сделай это. Я не буду стоять у тебя на пути. Я, блядь, убивал, чтобы вернуть Стефани. Ты думаешь, я собираюсь тебя осуждать?
Вздохнув, я провел рукой по волосам.
— Нет, чувак. Я знаю.
— Но ты в невыгодном положении, пока не подключишься. Ты это знаешь. Я не буду тебе врать, но я чертовски уверен, что не смогу раскрыть все секреты Королевских ублюдков, пока ты в числе Перспектив. Ты должен подождать, Жаба. Это чертовски отстойно, но ты должен сохранять контроль и следовать правилам.
— Как это сделал ты? — Спросил я с сарказмом. Тень много раз ускользал, чтобы повидаться со Стефани, и нарушил все гребаные правила Грима, когда она исчезла. Это было нечестно, и это вывело меня из себя.
— Нет, потому что меня чуть не вышвырнули из клуба, — тихо ответил он.
— Я не знал, — признал я, теряя часть гнева. — Ты никогда ничего не говорил об этом.
— Это не имело значения, как только я привел ее домой. — Тень пожал плечами. — И все же это был большой риск. Я бы, блядь, ничего не стал менять, потому что моя старушка и будущая жена снова в моих объятиях, но я был безрассуден. Мне, блядь, было все равно, кому я причиню боль в процессе.
— Хочешь сказать, что сожалеешь об этом?
— Черт возьми, нет. Я просто пытаюсь дать хороший совет, придурок.
Смешок вырвался из моей груди, когда мы оба ухмыльнулись.
— Да, хорошо. Я понял тебя чувак.
— Я тебе нужен? Я помогу. И если это месть Скорпионам, то тебе лучше, блядь, рассчитывать на меня.
— Понял, — заверил я его, бросая раздавленную сигарету на землю. — Я отомщу. Ты можешь быть в этом уверен.
— Эти сукины дети забрали Стефани. Они чуть не изнасиловали ее, и она была заперта в чертовой комнате в подвале. Я еще и близко не устроил им такого ада, который планирую. — Его глаза приобрели таинственный блеск, и я мог бы поклясться, что внутри них тлели угольки. У главы МК Королевские ублюдки в Тонопе было много гребаных секретов, и я устал быть в стороне.
Как только я подключусь, я потребую ответов и пущусь в дьявольскую поездку в пустыню. Что бы ни ожидало меня впереди, я хотел обладать властью и крепостью, которыми обладал каждый из участников. И если бы это означало, что я должен стать кем-то большим, я бы сделал это.
— Куда направляешься, Проспект? — Спросил Диабло, выпуская колечко дыма, когда я вышел из здания клуба и направился к своему байку.
Дерьмо. Всякий раз, когда я пытался улизнуть с Перекрестка, Диабло был рядом.
— Нервничаю, — признался, что отчасти было правдой. — Подумал, что мне стоит немного прокатиться. — И проверить, как там Ларами.
— Надолго?
— Час. Может быть, два.
— Проследи за тем, чтобы долго не отсутствовать. У меня есть кое-что для тебя, что нужно сделать позже.
Он всегда так делал. Вся дерьмовая работа переходила к Перспективам. Каждый должен был платить свои взносы, и этот случай ничем не отличался.
— Я все сделаю, как только вернусь, — пообещал я, когда он коротко вздернул подбородок.
— Убирайся отсюда, малыш.
Не дожидаясь, пока он передумает, я практически подбежал к своему Харлею и запрыгнул на сиденье, вырывая задницу с парковки, потому что каждая гребаная минута была на счету. Мне внезапно захотелось увидеть Ларами с такой настойчивостью, которую я не мог объяснить. Может быть, я был встревожен. У меня, конечно, было достаточно причин, но это было что-то другое, похожее на ту ночь, когда я приехал и обнаружил, что этот придурок прижимает ее к земле, а его рука обхватывает ее нежное горло.