Дорасти до неба (СИ)
Игла поисковика вдруг заметалась в разные стороны. То мне нужно было идти налево, то направо. А дорога-то идет прямо! И тут мимо меня пролетел здоровенный черный джип. Искатель тут же крутнулся волчком и уткнулся иглой в направлении удалявшейся машины. Это что, Саныча везут к карьеру?
Я сразу, ни секунды не рассуждая, кинулась следом. Конечно, бегаю я медленней, чем едет машина. Но тут, я точно помнила, сейчас пойдут повороты и ямы, на которых сильно не разгонишься. А кроме того, дорога здесь одна, и запросто можно срезать путь по пустырю.
Бег по пересеченной местности — дело откровенно стремное. То кочки, то ямы, то путанка из ржавой проволоки, то еще какая хрень. Там и просто ходить рисковано, запросто можно вывихнуть ногу, а то и сломать шею. Мне же сейчас на все это было начхать с высокой колокольни. Я бежала, старательно глядя под ноги: оттого, добегу я или нет, сейчас зависела жизнь моего единственного теперь друга. Где-то на периферии зрения, над верхушками сухих бодыльев мелькала порой крыша скачущего по колдобинам джипа. А я более-менее сориентировалась на местности, и уже знала, куда выедет машина. И должна, просто обязана быть на месте хоть на несколько секунд раньше.
Я успела. Присела, спрятавшись за хилыми придорожными кустами. Они хоть и голые, и чахлые, но все же дают хоть какое-то укрытие от чужого взгляда. Опять же сумерки, да и я в черном… Авось, не заметят.
Джип выкатился к краю карьера и остановился. Одновременно отворились все четыре дверки, и на свет явились четверо крепких парней в черных кожаных куртках и вязаных шапочках. Наверняка шапочки эти можно одним движением раскатать, закрыв лицо от посторонних глаз, оставив лишь прорези для глаз и рта.
Двое встали на стреме, двое других открыли багажник и вытащили оттуда Саныча. Мне с моего места было плохо видно, но он, вроде, шевельнулся. Живой! Теперь предстояло грохнуть троих, а из четвертого вытрясти расположение базы и прочие стратегические данные. Что у меня из оружия? Только мой волшебный кинжал. Ну, еще магия. Только вот из боевых заклинаний я знаю лишь энергетический шар, а надо бы поаккуратней, чтобы машину не попортить: вряд ли Саныч сможет сейчас дойти пешком отсюда до города. Впрочем, что это я? Колдунья или кто? Если уж смогла отключить докторам речь, то у этих смогу, поди, выключить мышцы. Я сосредоточилась, колданула. Никакого эффекта. И фиолетовым не сверкануло, значит, это не их защита, это просто дальности не хватило. Придется подойти поближе.
Я поднялась и пошла вперед, нарочито оскальзываясь и спотыкаясь.
— Дяденьки! — жалобно заголосила я. — Я тут заблудилась! Где здесь дорога в город?
Я, конечно, изрядно подросла в последнее время, но пока еще могла сойти за девочку. На это, собственно, и был расчет: сразу меня убивать не станут, а я тем временем подойду на достаточное расстояние, чтобы можно было действовать кулаком и кинжалом.
— Вали отсюда, мокрощелка! — рявкнул ближний ко мне бычок. И через секунду захрипел, валясь на мокрую глину с перерезанным горлом. Еще через секунду с кинжалом в сердце упал другой. А что, метать ножи я очень даже умею. Двое, вытащившие Саныча, почти одновременно полезли за пазуху. Но не зря меня тот же Саныч в свое время учил: у противника нож — рви контакт, пистолет — подходи вплотную. Сердце ударило лишь дважды, а я уже стояла вплотную к третьему бугаю. Колданула — и он замер неподвижно. Видимо, второпях что-то попутала и не расслабила у него мышцы, а, напротив, скрутила их спазмом. Грохнул выстрел, потом еще и еще. Бугай успел вытащить пистолет из кобуры, а вот направить его на меня — нет. Зато на своего напарника направить успел. Грохнул выстрел, и четвертый повалился на землю, выронив пистолет и зажимая разбитый пулей локоть. Вот надо же так! Специально бы, наверное, мужик и не попал. А вот случайно — пожалуйста!
Тем временем, "удачливый" стрелок закатил глаза и тоже повалился. Кажется, я устроила ему спазм не только опорно-двигательной мускулатуры, но и всей остальной, включая сердечную мышцу. Надо же, как удачно вышло! Три трупа и один пленный. Все, как я задумывала. Пора переходить к допросу. Вот только сперва посмотреть, что там с Санычем.
Тренер был плох. Даже моих скромных познаний в медицине хватало, чтобы сделать такой вывод. Дышит хрипло, с трудом. На одежде во многих местах пятна крови. На волосах тоже кровь. Уже не течет, запеклась толстой коркой. Я осторожно проверила руки-ноги. Переломов, вроде, нет, но без рентгена ничего утверждать нельзя. А вот ребра однозначно сломаны. И как бы обломок легкое не пробил. Вон, на губах розовая пена. Доживет ли до больнички? Очень вряд ли. Колдануть бы по-быстрому. Только вот поможет ли ему моя лечилка для легких повреждений? Ну, хуже-то уже вряд ли будет. Кости — плевать, зарастут. А вот потроха…
Меня хватило на пять лечилок подряд. С перерывами, с небольшим отдыхом. Одна — на голову, две — на грудь, на обе стороны, еще две — на живот. Кто знает, что там ему успели отбить. Когда закончила, то ощущения были — как будто весь день мешки с углем таскала. Уселась на тушку бандита — ну не было других чистых мест, а мне уже плевать — и тут вспомнила про того, который должен был все мне рассказать. Как-то подозрительно затихло в той стороне. Я со скрипом поднялась, пошла взглянуть. Жмур обыкновенный! И ведь только в руку был ранен. Видать, что-то такое пулей зацепило, истек кровью гаденыш. А может, и от болевого шока скопытился. Жаль, придется еще что-нибудь изобретать. Ну, хоть методика создания поисковиков теперь понятна — и то хлеб. Снова садиться не стала. Вроде, малость полегчало, теперь надо грузить Саныча в машину. Сил-то у меня хватит?
Сил хватило, но буквально впритирочку. Потихоньку, полегоньку, по метру, дотащила я тренера до распахнутой задней дверцы. Потом собралась с силами, крепко взялась за ворот его куртки и потащила наверх. Усадила на землю у дверцы, а потом, не давая бессознательной тушке упасть, заскочила в салон, и, ухватив подмышки, принялась тягать дальше. И вроде не слишком Саныч и тяжел, и по комплекции эндоморф, сухощавый, то есть. А вот оказалось, что тяжесть почти что неподъемная. Почти — потому, что все-таки справилась. Уж не знаю, своей ли силы хватило, или магия помогла, но до ступеньки-подножки подняла. Усадила, поддерживая, чтобы не сполз обратно, передохнула малость, и потянула снова.
Уж и не знаю, сколько я возилась, но в конце концов победила. Теперь тренер лежал на заднем сиденье внедорожника, свесив ноги наружу, а я сидела рядом, почти без сил, вся насквозь мокрая. Сейчас бы по-хорошему отдышаться, отпыхнуть, просохнуть… Только не приведи Бог случится что с Санычем, пока я расслабляться буду. Я ж себе потом в жизни не прощу!
Я закрыла задние дверки, уселась было на место водителя, и тут обнаружила, что ключей в машине нет. Вот же гадство! Я снова вылезла наружу и принялась методично обыскивать карманы бандитов, попутно избавляя их от ненужных им теперь денег. Нашла. Наконец-то! Прыгнула обратно, принялась искать, куда их вставить. Не обнаружила. Зато увидела большую круглую кнопку с подходящей надписью. Что-то такое подобное я видела в рекламе. Тыкнула пальцем — завелось! И даже фары сами включились.
Хорошо, что в дорогих иномарках сиденье можно регулировать по росту. Я свое долго настраивала, чтобы мне, с одной стороны, хоть чуть-чуть видеть дорогу, а с другой — хоть немного дотягиваться до педалей. Нажала на тормоз, передвинула рычаг автоматической коробки, и машина потихоньку поехала! Самое время испугаться — все же впервые в жизни за рулем. Вот только пугаться сейчас было некогда, надо сперва Саныча спасти. Я рулила, встав коленями на сиденье, а машина потихоньку ползла по дороге. Быстрее бы… Но как тут ускоришься? Дорога — яма на яме. Хоть бы до города доехать, а там можно будет и скорую вызвать. Сюда-то, к карьеру, никто даже за деньги не поедет. А на руках я бы и полдороги его не протащила. А еще хуже было бы, если бы дотащила, а он помер. Нет, пусть лучше так, потихоньку.