P.S Будешь моей (СИ)

Он отступил. Отпустил меня. И вновь вернул свое внимание гопникам.
— Вы унижали ее?
Я думала, что они не ответят. Но, видимо, страх перед этим человеком был слишком сильный. И почему-то я даже не задумывалась о том, что Вражин мог бы оказаться еще хуже, чем эти негодяи. Сейчас я могла только радоваться, что меня спасли.
— Да…
Вражин кивнул, и я заметила, как его кулаки сжались. Серые глаза вспыхнули гневным блеском, а темные густые брови нахмурились.
Он скрестил руки на груди и указал подбородком на землю.
— Вставайте на колени и просите у нее прощения, — тихо проговорил он, — Быстро!
И они встали. Мне было некомфортно, я чувствовала себя не в своей тарелке. Меня часто обижали в жизни. Но никто и никогда не просил у меня прощения и уж точно не становился на колени. До сегодняшнего дня. Но это шоу меня не устраивало. Я не хотела этого. Я просто уже мечтала оказаться дома и лечь спать.
— Не надо…
— Надо.
Вот так. Коротко и безоговорочно.
— Я вас не слышу!
Парни переглянулись. Они были унижены. Оскорблены. И я боялась, что, когда Вражин уйдет, они вновь найдут меня. Найдут и отомстят. И никто уже мне не поможет.
— Не надо! — практически выкрикнула я, цепляясь за сумку, словно это был мой спасательный круг.
— Помолчи сейчас, — Вражин обратился ко мне, даже не повернув голову. — Парни, я вас не слышу!
— Прости нас… — один за другим раздались негромкие голоса.
— Громче. Уверен, когда вы ее унижали, вы не стеснялись. Так что еще раз! С чувством, с толком, с расстановкой.
— Прости!
Теперь они сделали все так, как он и хотел. Но никто из парней не спешил вставать с колен, пока Вражин им не разрешил.
— Кто ударил ее?
И тот, кто действительно это сделал, неловко приподнял руку.
— Ну что ж…
Вражин потер руки и направился к этому парню.
— Даня, ты…
Но тот гопник не успел договорить.
Я не заметила, как Вражин, он же Даня, замахнулся и сильно ударил того парня прямо в лицо. Лишь треск и тихий стон. Гопник тут же завалился на задницу.
— Вот теперь все. А, да. Если вы еще хоть раз пальцем ее тронете, — он показал на меня, — то я больше не буду так вежлив с вами. Уяснили?
— Уяснили…
— А теперь свободны.
Их след быстро простыл.
Теперь все внимание Дани Вражина было сосредоточено на мне.
— Ты как?
— Нормально… Зачем ты так с ними? Они же вернутся…
— Не вернутся. А даже если посмеют, то не тронут тебя. Где ты живешь?
— Здесь недалеко…
Я просто хотела домой и остаться одной.
— Я подвезу тебя.
Я покачала головой. Спина болела сильнее. Это было просто невыносимо.
— Не нужно, — попыталась улыбнуться, но улыбка получилась неискренней, натянутой. — Я живу в соседнем доме.
— В каком? Я провожу тебя.
Вот упертый!
Я указала на дом, который находился через пятьсот метров приблизительно.
Даня подошел к своему мотоциклу, выключил фары и засунул ключи в карман. Убрал подножку и покатил мотоцикл.
— Пошли.
У меня не было выбора. Я послушно заковыляла за парнем.
— Нормально себя чувствуешь?
Пожала плечами.
Не хотела ему жаловаться, что я вот-вот отключусь или меня вырвет. Не знаю, что было хуже.
Дошли мы довольно-таки быстро.
Вражин припарковал мотоцикл.
— Подъезд?
— Седьмой, — устало ответила я. Я достала ключи, которые тут же выхватил Даня. Еще один нахал. Его сегодняшний поступок поразил меня, и я забыла, что совсем недавно этот же человек окатил меня грязной водой из лужи.
Мы вошли в подъезд. Квартира, где я жила, находилась на первом этаже. Я кое-как поднялась и протянула руку.
— Верни, пожалуйста, мои ключи.
— Я зайду вместе с тобой.
ЗАЧЕМ?
— Зачем?
Но ответ я не получила, потому что дверь открылась, и на лестничную клетку вышла Лидия Петровна. Только не это!
  
Глава 4
 
Я сразу поняла, что все… Я пропала. Теперь эта старая женщина не отстанет от меня. Почему-то хозяйка всегда считала, что она имеет право лезть ко мне с не всегда приличными вопросами. А мама твоя кем работает? А сколько зарабатывает? А папа? Как папы нету? Отчим? А он сколько получает? А у тебя парень есть? Нет? А почему? Гляди, в девках останешься, да слезы уже поздно будет лить. И бла-бла-бла. Меня это излишнее любопытство просто раздражало.
 
— Агата? — с явно наигранным беспокойством спросила Лидия Петровна и поправила очки, которые сползли с ее тонкого носа, пока она рассматривала Даню. А тот ответил ей коротким невозмутимым взглядом и вновь обратил свое внимание на меня.
— Тебе в эту квартиру? — спросил он, и я кивнула, стараясь не морщиться от сильной боли, пронзившей позвоночник.
— Агата, кто это? — Тучная фигура хозяйки остановилась в проходе, не давая мне пройти в квартиру. Что происходит? Меня начинало злить вся эта ситуация. Я просто хотела лечь и уснуть. Разве я так много прошу? Не думаю.
— Дайте пройти, — тихим, но достаточно грубым голосом произнесла я. Бабулька ошалело вытаращила на меня свои глаза. Конечно, она не привыкла, чтобы я так с ней разговаривала. Обычно я старалась молчать, боясь, что меня попрут из квартиры.
Я приблизилась к ней. Вплотную. Лицом к лицу. И едва сдержалась, чтобы не блевануть. От нее опять воняло. Хотя, как опять? От нее всегда пахло старостью, потным, немытым телом и плохо постиранной одеждой. Эта бабка экономила на всем, кроме своих любимых сигарет. Мылась раз в несколько дней. И то, если к ней кто-то придет, но это происходило о-очень редко. Или она сама куда-нибудь собиралась, обязательно мылась и обильно наносила парфюм. И все равно пахло ужасно. Я за два года так и не привыкла к такому запаху.
— Дайте пройти, — практически прошипела я. Прекрасно понимала, что такое общение с ней мне потом аукнется. Но боль была просто невыносимой.
Но для полноты картины не хватало только соседа Сергея, мужика лет сорока пяти — пятидесяти, который вечно отвешивал мне сомнительные комплименты и любил прибухнуть, поэтому я всегда избегала его. И, если честно, немного боялась.
И, как по велению волшебной палочки, открылась дверь соседней квартиры и показала нам опухшее пропитое и усатое лицо. Отвратительный персонаж.
— Теть Лид, чё случилось? — тут сосед заметил Вражина и тут же приосанился, приглаживая тельняшку на огромном животе. — Какие-то проблемы?
Вау! Что за грозный тон? Типа заступник? Я бы расхохоталась, да спина болела.
— Да, ничего, Сереж… — страдальчески протянула бабка и ушла в квартиру, оставив открытой дверь.
Сосед тоже несколько секунд смотрел на меня, а потом захлопнул за собой дверь.
Все это время Вражин стоял за мной и молчал. И, как только мы остались одни, парень тяжело выдохнул и произнес.
— Пиздец.
Полностью согласна. Именно в такой обстановке я уже живу два года. Вот как бабка узнала, что я иду? Окна у нас не выходили во двор. Неужели в глазок подсматривала? Зачем вышла в подъезд? А сосед? Боже, мне этих людей никогда не понять. Надеюсь, что скоро мечта моя сбудется, и я перееду.
Теперь стало даже неловко. Повернулась к парню и посмотрела в его яркие серые глаза.
— Ладно, спасибо, что спас меня, проводил…
Я потянулась к двери, когда Даня произнес:
— Ты опять замарала пальто.
Резко обернулась к нему, и тут же зажмурилась от сильной боли, пронзившей все тело.
— Вот черт… — простонала, облокотившись рукой об стену.
Даня прикоснулся ладонью к моей спине, и я дернулась в сторону.
— Тихо. Не шевелись. Спина болит?
Я кивнула и открыла глаза. Проморгалась, прогоняя слезы.
Вражин хмурился.
— Пошли, — Даня открыл дверь в мою квартиру и затащил меня внутрь.
Вот сейчас и начнется веселье.
Мне тут же стало стыдно. Бабка опять засрала весь пол. Не в буквальном смысле, конечно. Но темные пятна отлично выделялись на светлом дереве. Нужно срочно Даню выпроводить. Но Лидия Петровна уже взяла его в оборот. Бедный мальчик.