Саша, Саня, Шура (СИ)
В машине было холодно, печку включать слишком часто Саня не рисковала - запас бензина был не очень большой. Спала плохо, часто просыпалась. Утром, едва начало светать, пошел дождь и через час лед на дороге был смыт. Можно ехать.
По возвращении Саня завалилась отсыпаться - долго и тупо, забив на все дела. А проснулась с дикой болью в горле. Здравствуй, ангина, привет от холодной ночи в машине. Ну и от плескания в фурако с нарушением санэпидрежима.
Хуже боли в горле была только боль в голове. Глоталось с огромным усилием, все лимфоузлы вздулись. Хотелось только спать и пить теплое. Саня отчиталась начальству о возвращении, предупредила, что заболела, и отключила телефон. И трое суток пролежала в полузабытьи. Потом еще долго приходила в себя, перебарывала страшенную слабость после трех суток на антибиотиках и чае.
Разочарование от того, что один широкоплечий сероглазый тип не соизволил поинтересоваться ее номером телефона, на фоне этого угасло.
А потом… потом неожиданно вернулось. Когда позвонил Браун.
- Котенька моя, ты болеешь?
- Кто сказал?
- Гертруда Карловна. А ей – ЛисаветКириллна.
Их матери дружили очень давно, со времени их с Генкой детства. И сарафанное радио между ними работает бесперебойно.
- Я уже в норме.
- А голос сипит.
- Генка, выключи папочку.
- Хорошо, - рассмеялся Браун. – Ты к нам не собираешься?
- Зачем? – подозрительно поинтересовалась Саня. – Что-то не работает?
- Все работает как часы, в лучших традициях Александры Егоровой, - рассмеялся Генка. – Просто я соскучился.
- Мягко стелешь, Геннадий… - ответно рассмеялась Саня. Закашлялась. А потом вдруг… хотя слова «вдруг» было редким гостем в Саниной жизни… но именно вдруг – спросила: - А дай мне телефон Оболенского.
- Зачем?
- Затем.
- Не дам.
Саня отняла телефон от лица, словно не поверила тому, что услышала. А потом вернула его на место.
- Гена… В смысле?
- Ты с ним переспала?
Саня глубоко вздохнула. Внутри сами собой стали рождаться слова для гневной отповеди.
- Я взрослая женщина, и сплю, с кем хочу!
- Он тебе не подходит.
Саня еще раз повторила маневр с телефоном. Что вообще происходит?!
- Это кто так сказал?
- Это я так сказал.
- Генри-и-их…
- Молчи и слушай. Сашка мужик хороший. Я его лет десять уже знаю. Надежный, порядочный, имеет свой бизнес.
- Ты же говорил, что он - электрик! – Саня не знала, чем возмущаться. И уцепилась за последние слова.
- Электрик, - не сбивался с менторского тона и гнул свою линию Генка. – Он факультет электроэнергетики в нашем политехе заканчивал… ну или как это теперь называется, я забыл! Сашка руками работать любит, поэтому ему в удовольствие приехать ко мне и проводами пошебуршать. А так у него своя фирма, электрикой занимаются. Наш новый торговый центр на Первомайке они электричеством обвязывали. Так что бизнес у него не мелкий.
- Хрен с ним, с его бизнесом! Если он такой чудесный, то почему…
- Заткнись и слушай, - повторил Гена. – Он полгода назад развелся. Из этих шести месяцев он четыре месяца бухал по-черному. Его жена бросила, понимаешь? А он ее до сих пор любит. И сын там остался. Вот и весь расклад, Александра Игоревна.
Саня молчала. Переваривала.
Не переваривалось.
- Я в упор не понимаю, что он в своей Ирочке нашел, что так по ней убивается, - негромко продолжил Гена. – По мне так, ни кожи, ни рожи. И характер стервозный. Но для Сашки на ней свет клином сошелся. Бывает такие мужики, знаешь. Однолюбы. Так что, Сань, для твоего же блага…
- Я поняла, - резко произнесла она. - Проехали.
После телефонного разговора у нее почему-то дрожали руки. Никогда в жизни до этого дня у нее не дрожали руки!
Понятно, почему телефон не взял. Там Ирочка. А Санечка – это так, кверху жопой два дня подрать – и забыть.
Саня почувствовала, что в глазах закипают злые слезы, и начала яростно моргать. И плакала она уже черт знает сколько времени назад.
Так все! Как она Генке сказала: про-е-ха-ли!
Но собственная команда не давалась к исполнению. Саня никак не могла перестать прокручивать все. Жар их близости, его заботу, завтрак и латте, собственное бурное наслаждение, его опытные губы и руки, шепот и ласковые слова. И как обнимал крепко, засыпая. А там, оказывается, есть Ирочка. Любимая женщина.
Саня представила, как позвонила бы ему – если б Генка вдруг и правда дал его номер. Привет, это Саня, с которой ты… проводку делал? Охрененно, да.
А с другой стороны - ну и что, что там есть Ирочка. Он же тебе ничего не обещал, ровным счетом ни-че-го. Трахал хорошо, качественно, с душой. И на этом – всё. Считай, что он задал тебе ориентир, по которому можно будет теперь всех мужиков равнять.
Саня сердито шмыгнула носом. Не взял номер телефон. Значит, ничего не нужно ему от тебя. Приехал домой и сразу все забыл. Ну и правильно. Все правильно. И Саня так же сделает. Ей тоже от Оболенского ничего не нужно. И баста!
***
- Какие люди – и без охраны! – Александр Оболенский встал из-за стола навстречу своему визитеру. – Генка, ты куда-то совсем пропал!
Мужчины обменялись крепкими рукопожатиями, и Геннадий даже согласился на кофе.
- Да был мимо, вот и заскочил. Разговор есть. Проконсультируй меня, - Гена припал к кофе.
- Не вопрос, - Александр вольготно откинулся в кресле. – О чем пойдет разговор?
- О дизельных генераторах.
- О, это очень увлекательная тема, - ухмыльнулся Саша. – Спрашивай.
Разговор на очень увлекательную тему занял у мужчин примерно полчаса, после чего Гена стал прощаться. Но хозяин кабинета перевел разговор на еще одну – тоже очень для него лично интересную тему.
- Ген, а дай мне телефон Сани.
- Какие-такие сани? – срочно прикинулся непонимающим Браун.
- Саня, которая тебе интернет в «Лосиной гриве» делала.
- Тоже интернет надо сделать? – после паузы хмыкнул Гена.
- Вроде того.
- А вот не дам.
- Это еще почему?
- Потому.
- Не аргумент.
- А трехкратный чемпион федерального округа по триатлону – аргумент? - неожиданно раздражённо фыркнул Гена. - Она на «Айрон мэн» засматривалась, да не сложилось. Но это реально девчонка из стали, понимаешь?
- И что?
- И то! - передразнил собеседника Геннадий. – Сашка, ты знаешь, я тебе очень уважаю. И даже, наверное, люблю. Но вспомни себя еще три месяца назад…
- Это в прошлом, - Александр скрипнул зубами. – Ты же знаешь, я если решение принял – то все. А я принял.
- Я очень рад, что ты с водкой завязал. Но с Саней тебе ловить нечего.
- Давай, это мы без тебя решим, а?
- Вот и решайте без меня! – огрызнулся Гена и встал. – У нее характер пацанский, она тебе в рот смотреть не будет, и терпеть, как ты сохнешь по Ирочке – тоже.
- Не трогай Иру!
- Вот! – Гена обличительно ткнул пальцем в грудь Оболенскому. – Я не трогаю Иру, а ты не трогаешь Саню, договорились?
Александр смотрела на Геннадия исподлобья. А потом нехотя кивнул. Но, несмотря на разговор на повышенных тонах, руки на прощание мужчины друг другу пожали.
Глава 5. При звуках индийской флейты теряет волю...
Во всем был виноват Роммель. Санин непосредственный начальник, а точнее, если высказаться пафосно, старший партнер по бизнесу – Ромка Ротермель. Везло, в общем, ей на немцев. Генрих Браун, Роман Ротермель. На самом деле, очень славные ребята, с которыми удобно работать – надежные, порядочные. Но в этот раз Рома подложил Сане свинью. И отправил ее на конференцию в Белоярск. По спутниковому интернету и прочей ереси – по Ромкиному меткому выражению. Нет, все это было нужное, и полезное, и …
… и в Белоярске живет Саша.
До которого ей нет никакого дела. И ему до Сани нет никакого дела. Да и вообще, город-миллионник, Саня отсидит на конференции, пообщается там с нужными людьми, пообедает, потом сядет на верного железного коня и…