Байка о том, как Лиса и Красная Королева о рае мечтали (СИ)

— Какого черта, Джейсон?! — возмутилась Лизи. — Отпусти нас!
— Я помогу, братиш, — похлопал Вин друга по плечу.
— Да ну нахуй! — цокнула Нина и уже взялась за ручку задней дверцы, чтобы выйти из этой проклятой Ауди, как Стэтхем заблокировал все двери центральным замком и вжал газ в пол.
Вот так вот сестры Блэкберри в компании неадекватных парней вновь отправились на Брайтон-Бич, чтобы найти там русских мафиози. Вин Дизель знал, где нужно искать их главаря. Они подъехали к стрип-бару, и все четверо вошли внутрь. Вин подошел к черному бармену, который еще вчера работал продавцом в бутике «Кристиан Лабутен», и что-то тихо спросил. Тот в ответ указал на дверь в дальнем конце зала.
Дизель позвал Стэта и сестер за собой, и они двинулись к заветной двери. Джейсон вошел первый, за ним остальные. Внутри они увидели сидящего за столом Никиту Михалкова с перебинтованной рукой, за его спиной стоял Константин Хабенский с перебинтованным плечом, по флангам — братья Березуцкие. У одного было перебинтовано ухо, а у второго — нос. Кто травмировал этих двоих было для сестер загадкой. Вероятно, какой-то безумец.
— А кто это у нас тут такой? — нараспев спросил у Джейсона Стэтхема босс мафии писклявым голосом. — И как только наглости хватило сунуться сюда? Твоя крыша, если она у тебя есть, не поможет тебе здесь — под крышей моего клуба! Иронично! — посмеялся он в усы, сцепив руки замком.
— Моя крыша — небо. Мой дом — район. Моя жизнь — братья. Моя дырка — рот твоей мамки, — ответил Стэт, достал пистолеты и наставил на Никиту.
— Какова наглость! Вот же ж собака! — завизжал Михалков, хлопнув ладонью по столу.
— Стреляй! — крикнул один из Березуцких. Но никто не понял какой именно, и кто вообще из них двоих достал пистолет.
В это время Вин достал из кармана брюк гранату, выдернул чеку и бросил под стол Никиты Сергеевича. Дизель схватил Лизи и Нину за руки, подтолкнул в спину друга, и они пулей выбежали за дверь.
— Ложись! — проорал Вин, напрыгнув и повалив ребят на пол.
Раздался взрыв. В клубе началась паника. Кругом бегали и визжали девки с голыми сиськами. В этой суматохе сестрам, Вину и Стэту удалось незамеченными выбежать и скрыться на черной Ауди Джейсона.
 
— Завтра я приглашаю вас на свадьбу своего братана, — беззаботно сказал Стэтхем, подвезя сестер к дому, где те остановились. — Будет очень весело! Я заеду за вами в шесть вечера.
Сестры начали было отнекиваться, мол, у них много дел, и, вообще, они завтра уезжают, но Джейсону было поебать, что они там лопочут. Он вытолкал их из Ауди, повторив, что заедет ровно в шесть. Только девушки открыли рты, чтобы сказать хоть что-то, как Стэтхем газанул, и черная машина умчала прочь, взвизгнув покрышками. Лизи и Нина поняли, что спорить с этим человеком «с пулей в голове» не имеет ни малейшего смысла, поэтому отправились домой, чтобы отдохнуть, а завтра отправиться на свадьбу.
 
========== Глава 36: Ах, эта свадьба! ==========
 
Джейсон оказался очень пунктуальным пацаном — он подъехал ровно в шесть вечера.
Нина ради такого события надела гипюровое черно-белое платье с открытой спиной от Джорджио Армани, а Лизи нарядилась в шикарное красное платье в пол от Ральфа Лорена. Девчонки, вы хотя бы сказали Леониду Батлеру «спасибо» за столь роскошные и дорогие обновки? Что? Говорите, что сказали и даже выпили за его здоровье? Ах, ну да… Жаль только он этого не слышал.
Машина Стэтхема свернула и поехала в сторону Брайтон-Бич. Минут через пятнадцать он припарковался у какой-то столовой, возле которой до сих пор валялся труп Джигурды. Ребята зашли внутрь. Ооох, совсем не такую свадьбу сестры ожидали увидеть! К чему было так дорого одеваться? Кажется, здесь никто не оценит ваши дизайнерские тряпки!
Большой зал был украшен шариками, ленточками, на стенах висели вычурные плакаты — все в блестках и белых лебедях. По периметру были расставлены столы, на которых стояли: странные бутылки с мутным алкоголем, напоминавшим самогон Глэдис; шампанское, на черных этикетках которого было что-то написано по-русски золотыми фильдеперсовыми буквами; много пластиковых бутылок, похоже с газировкой. Кушанья были тоже весьма необычны: десятки салатов, донельзя заправленных майонезом; гигантские блюда с помпезно уложенными мясными деликатесами разных видов; трехэтажные вазы с фруктами, конфетами и зефиром; горы бутербродов со сливочным маслом и красной икрой; миски с жареной рыбой, котлетами и куриными рулетами, начиненными грибами. Перед каждым гостем стояла тарелка с картофельным пюре и мясом, насаженным на пику. Рядом стояло блюдце с прозрачным дрожащим «нечто» в форме полусферы, внутри которой виднелись куски морковки и говяжьего языка, сверху это подозрительное желе было деликатно украшено веточкой петрушки. Ею же были украшены и пюре, и бутерброды, и «мясные тарелки», и даже вазы с фруктами.
 
Во главе стола сидел здоровый мужик в белом костюме и розовой атласной рубахе, которые, похоже, были размера на два больше его собственного. Из нагрудного кармашка торчал мятый носовой платок, а галстук был закинут на плечо. На брюках и пиджаке тут и там виднелись блестящие пятна от утюга. Прическа была не менее странной — он был коротко выбрит, но кусок челки свисал на лоб. Рядом с ним сидела девушка. На ее голове была высоченная прическа из кудельков, в которые были вплетены бусины и маленькие пластиковые лебеди. Прическу завершала фата, больше походившая на тюль для штор. Макияж был невероятен — синие тени, фиолетовая помада с коричневой подводкой, красные румяна.
— Бля… Это пиздец… — только и успела прошептать Лизи, как ее и Нину схватил Джейсон и усадил за стол.
В центр зала вышел старый, но бодрый дед, похоже, ему кто-то нехило так налил. Дед присел на табурет и заиграл на баяне. Его окружили немолодые полные женщины с высокими прическами и начали что-то невнятно визжать и топать ногами. Нина была просто в ахуе и сфотографировала этих ебанатов на айфон. Фотографии незамедлительно были отправлены в Инстаграм.
— Стэт, что все это значит? — недоумевала Лизи, вцепившись в свою стильную укладку.
— Это русская свадьба, подруга! А это они сейчас частушки поют! Кстати, тот братан в белом пиджаке — мой кореш Серега, и он сегодня жених. Рядом с ним его жена — Вайнона Райдер. Братуха попал… Они поженились по залету!
— Дааа… — укоризненно помотала головой Нина. — Негоже выходить замуж по залету… Да еще и в фате! Ну надо, блять!
Вдруг в центр зала вышла полная женщина с золотыми зубами, с накладным черным «конским» хвостом на голове и с микрофоном в руках. Она была на высоченных каблуках и в золотом, под цвет зубов, платье в пол.
— Праздник продолжается, дорогие гости! С вами ваша любимая тамада Лолита! — заорала она и вызвала к себе свидетелей. Из-за стола новобрачных встал Вин Дизель, с красной лентой через плечо, и Натали Портман. Лолита нарядила их в детские чепчики и засунула в рот по пустышке. Затем дала по паре ползунков розового и голубого цвета, и свидетели словно полоумные начли бегать по залу.
— Что за нахуй?! — охуела Лизи.
— Это традиционный конкурс любой русской свадьбы, — поспешил объяснить Джейсон, подкатив глаза. — На нем определяется пол будущего ребенка. В каких ползунках будет больше денег, такого пола и родится…
— Стоп! — дерзко перебила Лизи. — Так она же уже залетела! И судя по размеру живота, пол давно известен!
— А что, так можно делать? — воскликнула Нина. — То есть можно самим таким образом выбирать пол ребенка?
Лизи вылуплено посмотрела на сестру и отвесила пощечину в знак неосведомленности о внутриутробном развитии.
 
В это время Стэтхем достал из кармана сотню баксов и кинул в голубые ползунки. Остальные гости как умалишенные бегали за свидетелями и засовывали купюры или мелочь в детские штанишки. В конце конкурса бухой Вин Дизель минут десять подсчитывал все бумажные и железные деньги, которые ему накидали гости-нищеброды. В итоге — перевес был на стороне девочки.