Казнь Мира. Книга первая (СИ)

«Ведёт себя так, будто женщин никогда не видел», — подумал Фео. Его госпожа Кианита не впечатлила красотой, и зачем с ней заигрывал князь, неясно.
Лу Тенгру развернул свиток и сразу помрачнел, заглянувший ему через плечо Гилтиан — тоже. Фео не выдержал и тоже посмотрел.
«Я знаю про Океан Штормов, и император скоро узнает. Думайте, что ему скажете».
  
Глава 24. Другой путь
 
У Фео дух захватило от высоты и скорости, с которой летела драконесса. Он крепко держался за чешуйчатую шею ящера, которым обернулась Кианита. Быстро остался позади северный остров, и как на блюде лежали другие, мелкие и заросшие лесом. В сумерках показались огни большого города. Ярче всего сиял порт, где с помощью подъёмных кранов разгружали огромные корабли. И на высоте было слышно, как всё гудело и скрежетало, как громыхали по рельсам вагонетки с минералами и рудами. Столица драконов звалась Железный Тенджин, и Фео уже понимал, что не зря. Когда драконесса начала снижаться, он увидел всё многообразие машин и механизмов, доступных Живущим на Земле. Империя Ливнер славилась своими технологиями, созданными благодаря способностям драконов к алхимии и необходимыми для постоянной войны с Океаном Штормов. Кроме этого, драконы чувствовали себя неуютно из-за соседства с огромной и развитой империей Нэти.
Низкие каменные дома с изогнутыми зелёными крышами занимали всё побережье и лежащие за ним холмы, которые дальше становились всё выше и круче. К далёкому и самому высокому холму скользила по воздуху драконесса. Покружив над ним, Кианита опустилась у кованой ограды на том единственном месте, где могла встать всеми лапами. Лу Тенгру и Гилтиан ловко спрыгнули на землю, а Фео больно упал на спину. Через секунду драконесса носом перевернула его на живот, а князь подал руку, не сдержав улыбку. Фео в ответ только поморщился.
Вихрем синих лент Кианита вернула себе облик Живущей на Земле.
— Госпожа уже ожидает, — сказала она и открыла калитку.
За оградой лежал чудный маленький сад, похожий на тот, в крепости, но более изысканный. Поперек его пересекал ручей, через который дугой перекинут низкий каменный мостик. Слабо мерцали светлячковые фонари, стоящие у основания моста и меж деревьев.
Кианита быстро пошла вперёд, к двухэтажному дому, а за ней и остальные. На крыльце стояла женщина, ослепительную красоту которой не мог скрыть вечерний полумрак. Все поприветствовали женщину поклоном, и она ответила тем же.
— Прошу к ужину. За ним обсудим всё случившееся. А завтра я представлю вас Его алмазному Величеству, — сказала она, жестом приглашая войти.
— Благодарю вас, госпожа Драголин. Без вас мы бы долго ожидали приёма императора, а времени у нас мало.
— Вы же понимаете, друг мой Лу Тенгру, что вам придётся всё мне рассказать. Почему вы путешествуете с артефактами и как попали в Океан Штормов.
— Разумеется, госпожа.
Гилтиан всё время не сводил глаз с прекрасной драконессы и широко улыбался. Если перед Кианитой он паясничал, то что будет здесь? Фео надеялся на княжеское воспитание, хотя и сам незаметно любовался Драголин. Она оказалась великолепна во всём: двигалась плавно, покачивая широкими бёдрами, обхваченными узким двухслойным драконьим платьем. Зелёный шёлк верхнего платья подчёркивал красоту форм. Шея Драголин не сгибалась под тяжестью огромной причёски, которую держали с десяток, а может и больше, заколок и спиц. Саму причёску Фео мог описать как грандиозную и одновременно странную, особенно незатянутые петли из двух прядей, по бокам головы. Смотрела Драголин мягко, но иногда во взгляде проскакивала искра. Сердце любого мужчины в её власти. Удивительно, как Лу Тенгру оставался холоден.
Госпожа провела их по узкому светлому коридору в такую же светлую гостиную, где на низком столике уже ожидал обед. Фео пил из маленькой чашки душистый чай и чувствовал, что не будь рядом такой красавицы, душа бы успокоилась. Дом Драголин не давил на него, как дворцы эльфов или тёмные крепости драконов. Он казался скромен, но Фео подметил дороговизну и кедровой отделки, и картин, исполненных легкими, воздушными штрихами, и многочисленных заводных механизмов, которыми уставлены все полки.
 
Но постепенно Фео почувствовал, что чары Драголин спадают. За красотой он видел её истинный возраст, который пугал; её боевой опыт и боль, которую она перенесла. Слава её велика, но не мог её путь не отразиться во взгляде, а мягкость прикрывала мучения. Фео не понимал, почему всё изменилось. Может, она хотела, чтобы он стал внимательнее? Драголин смотрела на него с интересом. Тоже людей никогда не видела или заметила что-то любопытное? Фео решил, что не станет думать об этом. Гилтиан же как был очарован, так и остался. Хорошо, что еду до рта доносил, не роняя.
После ужина Лу Тенгру рассказал госпоже Драголин и про Аватара, и про план принцессы Ситинхэ. Не упомянул только, что знает, кто сдвинул Океан Штормов. Драконесса ни разу не прервала колдуна. Кианите же, быстро убравшей посуду, велела подготовить комнаты.
— Теперь мы просим помощи у императора драконов, — подвёл итог Лу Тенгру.
— Его алмазное Величество никогда не передавал кому-либо Пламя Земли, а из-за угрозы Океана Штормов тем более не передаст и не позволит вывезти из империи. Вам нужно убедить императора, что для Ливнера Аватар опаснее Океана.
— Разве это не очевидно? — поинтересовался Гилтиан.
— Нет. Океан — древнейший и первейший враг драконов. Для борьбы с его тварями нам дано грозное обличье. Аватар же помог нам когда-то, сдвинув Океан на тысячу километров от архипелага, и больше мы не знали наплывов Тьмы.
— Тем более, Аватар на стороне демонов — угроза пострашнее, раз может гнать тёмную воду.
— Вам нравится спорить со мной, ваша светлость? — Драголин пристально посмотрела на Гилтиана.
— Нисколько, прекрасная госпожа. Я хочу лишь защитить свою страну. У нас общий враг.
— Думаете, Аватар пал во Тьму?
Теперь взгляд госпожи сосредоточился на Лу Тенгру. Она ждала ответа именно от него, но он молчал. И тогда вступил Фео:
— Да. Он разрушил Каталис и убил моего отца.
Лицо Драголин странно вытянулось, зрачки стали змеиными, но лишь на пару мгновений. Но и в прекрасном обличье её лицо посерело, а лучистый взгляд померк.
— Мне жаль твой город и твоего отца. Аватар — преступник, но ты долженпонимать, что драконы пойдут воевать за вас, только если им самим будет грозить беда.
— Я понимаю, — кивнул Фео и больше ничего не говорил, отрешённо разглядывая механических птиц на полках.
Остаток вечера Драголин объясняла, что и как нужно говорить императору, особенно много обращаясь к Гилтиану. Именно он, из-за титула, должен отвечать за остальных.
— Если на вашей стороне правда, если вы в неё верите, то император прислушается к вам. Ничего не бойтесь. Вы несёте свет Мирового Древа в руках, а это значит немало.
— Спасибо, госпожа, — ответил Лу Тенгру.
— Я вижу, каждому из вас есть, о чём спросить меня, — она оглядела всех по кругу, остановившись на Гилтиане. Тот, несомненно, был счастлив, и с вопросом не промедлил:
— Как вы узнали про Океан Штормов и про наше прибытие?
Она вновь улыбнулась так, будто перед ней сидел дурачок. Гилтиан покраснел и осунулся.
— У меня есть меч, который я выковала из останков перводемона. Я могу видеть движение Скверны, глядя на его клинок.
— И что в Даву происходит, тоже? — оживился Лу Тенгру. — Если так, вы должны идти на приём императора с нами!
Драголин покачала головой.
— Я вижу движение Тьмы в тюрьме, но не более. Чары над Даву хорошо его защищают от любопытных глаз даже другой демонической силы.
— Наверняка Кнун мастерит что-то из Скверны. Это будет довод в нашу пользу, — продолжал напирать колдун, и Драголин согласилась с ним.
Лу Тенгру впервые за всё время выглядел зловеще-довольным, и Фео хотелось от него отстраниться.
— Вы понесёте Пламя Земли, если император одобрит наш поход? — спросил колдун, и громом в ответ прозвучало: