Казнь Мира. Книга первая (СИ)

Становилось всё темнее. Острые рваные тени накрывали цветы, заглушали их голоса. Скверна боролась с непокорённой первобытной стихией. Фео наблюдал за происходящим с болезненной сосредоточенностью.
— Хорошо, что Лу Тенгру здесь, — сказал Ратибор. — Он защитит тебя.
— Как защитит?
— Если его освободить. Нужно произнести заклинание, которое исцелит его. Я его слышал от твоего отца, когда он спас меня.
— Но для этого нужно Зеркало. Ты хочешь… использовать лозы вместо него?
— Да.
Страх сжал сердце Фео в тиски.
— Нет, ты этого не сделаешь! Тебя или лоза убьёт, или само заклинание! Ты должен жить! У тебя семья, а я…
— А ты должен найти Осколок. Ты это сможешь сделать лучше меня.
— Но…
— Фео, не спорь. Я говорю так не потому, что хочу умереть. Сами мы от демонов не отобьёмся! Лучше я, чем все люди.
— Лучше я, чем ты!
Глаза Ратибора налились кровью, а дыхание стало хриплым.
— Дал бы тебе затрещину, да голова твоя для битья слишком старая! Слушать научись уже и слышать!
— Я…я…
— Мне твоё согласие не нужно. Я знаю, что поступаю правильно.
— Нет!
Фео хотел остановить Ратибора хоть магией, хоть кинувшись на него. Только тело предательски онемело, а разум больше не удерживал ни одной формулы. Всё существо Фео говорило, что воин прав, но последние крупицы отчаяния требовали спасти жизнь друга.
— Мы найдём другой способ!
— Пока будем искать, демоны доберутся до нас. Надо пользоваться тем, что Время их задерживает. Отойди, пожалуйста, подальше. Не хочу, чтобы тебя задело.
Ратибор коснулся лепестков хрустальной розы и тихо произнёс.
— Вихрь времён.
Цветок звонко ответил:
— Орэ Неру Гронд Силин!
Из глаз Фео полились слёзы. Он хотел отвернуться, но не мог оставить друга в последние мгновения его жизни.
Розы ярко засияли, став похожими на звёзды, и этот свет перешёл на Ратибора.
— Защити людей, Фео. Митчитрию, Део, всех…
— Хорошо…
Фео бросился к другу, но Ратибор, падая, растаял в воздухе. Руки схватили лишь пустоту на том месте, где только что стоял человек. Фео рухнул на колени, и слезы его разбивались о хрустальную крошку осыпающихся зарослей. Волна Времени накрыла его, и долгих несколько минут он видел, как в прошлом умирает отец, и сам Фео умирал внутри.
  
Глава 13. Хрустальный сад (часть 3)
 
От клетки Лу Тенгру ничего не осталось. Эльфийский колдун уже стоял на ногах и выглядел так, словно не висел неделю в губительных зарослях. Фео едва смотрел на него. Даже тени уже не волновали. Мир, прежде серый, стал ещё и пустым, бессмысленным. «Так быть не должно», — думал он, опустившись на колени перед тем местом, где исчез Ратибор.
— Найди Осколок. Демонами займусь я.
Фео понял, что Лу Тенгру обо всём знает, но никого жалеть не будет. Воину положено действовать чётко, без чувств. И Фео поднялся.
Чёрное пламя взвилось прямо перед лестницей. Из него вышел демон с множеством тонких рук, висящих за спиной. Кнун — так его назвали тогда, в зале Зеркала. Стихия мгновенно обрушилась на Фео, но Лу Тенгру оказался ещё быстрее и поднял над ним магический щит. Языки огня бились о защиту, но эльфийские чары оказались сильнее демонических.
Враг оскалился так, что лицо Живущего на Земле стало мордой невиданного чудовища с зубами длиной в палец.
Пламя перекинулось на Лу Тенгру. Он ускользнул и оказался рядом с одним из теневых пучков. Новый демон уже мог появиться, но эльф клинком из света проткнул пучок, и только бешеный визг сотряс коридор. Кнун выхватил плеть, но Лу Тенгру вновь опередил его: одним колдовским жестом перебросил демона через себя к дальней стене. Зазвенели цветы, а лианы посыпались на голову врага.
Оставшееся чёрное пламя погасло. Дорога стала свободна, и Фео бросился вперед, к Осколку. Суставы хрустели, старое тело требовало отдых уже через несколько пролётов, но Фео не останавливался. Раз он телепортировался на пару сотен ступеней, не больше. Заросли всё ещё были опасны, и угодить в них после стольких жертв — недопустимо. «Я смогу. Я сумею. Лу Тенгру защитит меня», — повторял Фео в своей голове, пока лестница не закончилась.
 
Возможно, Время пощадило Фео, и по-настоящему старцем он не стал, сохранив резвость молодости. Иначе он бы не выдержал такой пробежки.
Свод обрушился. Застывший звёздный свет разогнал туман над залом с Чашей, и чистое око закатных небес смотрело на то, что осталось от святыни человечества. Пол и уцелевшие стены почти полностью покрылись хрустальными цветами.
Комок подступил к горлу Фео. Как среди всего этого стекла, ещё и звучащего на разные голоса, искать Осколок? Всё здесь — Время.
Не успел Фео даже попытаться сосредоточиться, как рядом с ним возник Теврон. Страх объял Фео. Бывший заведующий — слишком серьёзный противник, надеяться на победу бессмысленно. К тому же, кругом заросли. Бой слишком опасен.
— Уходи! — прохрипел Теврон и сжал кулаки. — Тогда останешься жив.
— Я не желаю вам зла! Я вам не враг!
Теврон поднял бровь, будто удивился, и Фео не стал медлить.
— Я понимаю ваше горе. Я сам потерял двух близких людей, но это не повод обрекать весь мир! Если вы сделаете, что задумали, даже если у вас всё получится, вы будете несчастны!
— Старый щенок! Что ты успел узнать о мире, чтоб судить меня?! Вы отобрали мою память! Я для вас просто шестерня, раб! Что на это ответишь, безродный?!
Фео хотел отступить на шаг, быть дальше от гнева несчастного отца, но сдержался.
— Вы должны пережить эту боль. Мёртвого нельзя вернуть, его душа ушла на перерождение. Ваш сын обретёт новую жизнь.
Теперь Теврон выглядел растерянным. Даже кулаки разжал.
— Сагарис сказал, что может лишь поднять труп. Мой единственный шанс — истинный, непокорённый Вихрь времён — мощь, которая пробудится, когда Осколок будет поднят человеком. Даже закон бытия будет бессилен перед Вихрем. Демоны не тронут меня и сына, взамен я передам им Осколок. Об остальных людях подумаю потом.
Тяжёлая волна магии ударила Фео и отбросила к дальней колонне. «Гронд Силин!» — едва успел крикнуть он. Быть может, потому не превратился в труху, но непрожитые годы сдавили его, за секунду состарив. Фео едва поднялся и понял, что спину разогнуть уже не может. Зрение помутнело. Лишь чувство Времени осталось его опорой. Мысли о потерях, страх и отчаяние били в голову, но отвлекаться нельзя. Упустить шанс опередить Теврона — обречь всё человечество.
И Фео увидел, как поднимались от каждого цветка серебристо-голубые потоки, как от одной лозы к другой перетекали минуты, обращённые в свет. Рядом с чашей выше небес стремился тонкий золотистый поток. Так сияла нить Корня Мирового Древа, из которой Силинджиум выплавил Зеркало Времени. Значит, правда — могущество артефакта перешло наследнику — Осколку Прошлого.
Вот только до него не добраться. Фео больше не мог терять годы, чтобы не рассыпаться в пыль. Но бездействовать после гибели отца и Ратибора…
Фео собрал всю магическую мощь, какая у него осталась, и нашёл взглядом Теврона. Тот шагал по воздуху к чаше, постоянно крутя головой. Искал, должно быть, Осколок. Больше Фео ничего рассмотреть не мог.
— Ты ещё жив?! — прорычал Теврон.
Невидимая сила схватила Фео за грудки и потянула к погибельным зарослям, а он пятками упирался в побитые плиты.
— Я своего отца возненавидел, когда узнал, что он убийца! И твой сын будет тебя ненавидеть!
От крика в горле пересохло. Фео закашлялся, а закончив, понял, что магической хватки больше нет. Вовремя. Край рясы едва не задел лепестки.
«Силинджиум, помоги мне. Мой голос слишком слаб. Вихрь времён», — прошептал Фео и стряхнул с одежд хрустальную пыль.
И за него заговорило Время переливчатым звоном цветов:
— Зачем ты вернул меня в такой мир? Чтобы я вечно держался тебя? Но я не хочу этого! Я не хочу быть как ты. Ты не магикорец и даже не человек. Ты демон!