Казнь Мира. Книга первая (СИ)

Лу Тенгру слабым, тусклым лучом рассёк одну тень, но та, всхлипнув, срослась обратно.
Серый день растворился в море мрака. Вокруг не осталось ничего, кроме едва различимых силуэтов. Волна тел накрыла Лу Тенгру с головой.
«Из этого мрака я сотку себе новую руку. Или заберу твою. Ты и без руки сможешь шагать в моем войске!» — слышал он над собой голос Сагариса.
«Вы давно мертвы. Просто эхо прошлого. У вас нет надо мной власти», — повторял про себя Лу Тенгру, но чёрные тени лишь смеялись над ним.
«Я не проиграю… Не могу проиграть…»
Движение теней замедлилось, стало тягучим. Ладонь Лу Тенгру что-то обожгло. Осколок! Он продолжал сиять в море мрака, и от белого света тени устремлялись прочь. Лу Тенгру заглянул в зеркало. С той стороны на него из пустоты смотрели ярко-голубые глаза, затем начали проступать иные очертания. Город… города быстро сменяли друг друга. Драконий Железный Тенджин с косыми крышами, многоярусный Алькашамбр фениксов, ослепительный Домэн эльфов… Всё в огне. Будущее, которое Лу Тенгру уже видел однажды, собирая Зеркало. Будущее, которому он бросил вызов.
Взор Лу Тенгру стал ясен. Эльф выбросил вперед руку с Осколком. Разряд прошёл сквозь тело Лу Тенгру, но не убил его. Почти всю силу красной демонической молнии поглотил Осколок. «Чем ты заслужил милость Силинджиума, когда вокруг гибнет его народ?» — прохрипела она из теневых голов, но Лу Тенгру не слушал. Хлыстом яркого света он разбил тени. Те мерзко заверещали, царапая когтистыми лапами рваные края своих незаживающих ран.
Послышались людские крики. Тьма рассеялась, и Лу Тенгру увидел Гиддеона с подмогой. Защитники города окружили демонов и атаковали их всем, чем могли. Сагарис едким огнём спалил лицо одному магикорцу, красной молнией убил другого. Третьего защитил Гиддеон, отведя руку Сагариса в сторону. Ударом разнесло ограду на краю площади.
Лу Тенгру бросил Осколок Гиддеону и сосредоточился на самом мощном заклинании. Гнев звёзд — вот что должно уничтожить демонов.
— Эрес! — крикнул колдун, едва демон застыл, настигнутый Вихрем времён.
Тучи расступились, обнажив лазурь небес.
Лу Тенгру не верил, что это конец. Он настиг Сагариса, спас город… Неужели?
Звездный огонь пролился на врага, языки его чуть коснулись синей кожи Сагариса, но больше ничего. Поток застыл. «Гиддеон остановил Время! — мелькнуло в голове Лу Тенгру. — Предатель!» Он хотел повернуться к магикорцу, но не мог. Время сковало всё тело.
На лице Сагариса вновь начала появляться мерзкая ухмылка. Он вышел из-под звёздного огня, лишь слегка пригнувшись.
— Вот и всё, Лу Тенгру, — сказал царь демонов. — Теперь Время против тебя.
Белый свет окутал Цитадель. Громом теперь звучали голоса магикорцев, зовущих на помощь Время. Сагарис застыл с занесённой рукой и через миг Лу Тенгру лишил его головы.
— Осколок! — скомандовал эльф, чтобы добить врага, уничтожить раз и навсегда.
Но тело демона уже распалось на лоскуты мрака. «Быть не может!» — подумал Лу Тенгру, озираясь по сторонам. Кто-то телепортировал Сагариса, несмотря на сковавшие их чары, а значит, имел власть над Временем.
— Белые магикорцы только что помогли нам, — произнёс Гиддеон, будто прочтя мысли Лу Тенгру. — То, что происходит — не их рук дело.
— Уверен? — прошипел Лу. — Среди них уже затесался один предатель. Может, наверху бойня за Зеркало?
Защитные печати зала с чашей не давали эльфу ни увидеть, что там происходит, ни телепортироваться туда.
— Уверен.
Эльфийский колдун сжал кулаки. Хотел кинуться на человека, но замер, видя спокойствие Гиддеона. «Как может быть он мудрее меня?» — подумал Лу Тенгру, а на смену злости приходила ясность ума. Зеркало и все люди рядом с ним в опасности!
  
Глава 10. Агония Каталиса (часть 4)
 
Гиддеон и Лу Тенгру одновременно телепортировались к верхнему пределу защитных чар. Там, в тени колонн, стоял Сиан. Его руки и ноги сковали рунические кандалы. Белый магикорец еле стоял и хрипло дышал, но только он поднял взгляд, стало ясно, кому сейчас принадлежит человеческий разум.
 
— Део, — голосом царя демонов произнёс Сиан и раскрыл объятия, будто перед старым другом. — Может, поговорим, пока моё безголовое тело отдыхает?
Лу Тенгру напрягся, чтобы в любой момент отразить удар или уклониться. Колдовским взором колдун искал, где лежит Сагарис и кто его лечит. Хотя последнее уже знал: младший брат царя демонов Кнун. Всё время бывший в тени, он поддерживал не разрушения, а разрушителей.
— Как видите, меня сразить непросто, а я ещё могу убить вас. Только я сегодня милостив. Отзовите всех белых магикорцев и их учеников из Цитадели, оставьте Зеркало и Осколок, и никто сегодня больше не умрёт.
— Ты всё равно будешь убивать людей, — ответил Лу Тенгру. — Не сегодня, так завтра. Это твоя цель.
Царь демонов усмехнулся.
— Почему мне отвечаешь ты, если я обращаюсь к Гиддеону. Он может решать за своих сородичей. Ведь в башне его сын. Совсем зелёный юнец в такой же зелёной рясе…
Магикорец сделал шаг назад, будто слова Сагариса обрели настоящую силу и толкнули его.
— Он ещё жив, твой Фео, но одним ударом я могу всё изменить. Твое слово.
Лу Тенгру заметил движение на лестнице. Тень скользила по ступеням, но не было того, кто мог её отбросить. Тонким пальцем она касалась стен, на которых проступали сияющие руны, а затем гасли, накрытые чёрной ладонью. Черты лица смазывались, но отчётливо выделялись глаза, глубокие и чистые, как небесная лазурь. Холодом веяло от его взора. Волна ужаса окатила эльфа, на что Сагарис в теле Сиана оскалился.
— Узнал, надо же. Теперь помоги своему другу принять правильное решение
Лу Тенгру укрыл мысли от демона и быстро решал, что же делать. Взгляд тени выдавал, что её владелец жив. Глаза мёртвых затянуты белёсой плёнкой, у демонов взор всегда сияет красным светом. Здесь же на мир смотрел Живущий на Земле. Всю силу воли собрал Лу Тенгру, чтобы не выдать своё смятение.
Гиддеон сделал шаг вперед и, глядя Сиану в глаза, произнёс:
— Мой сын спас тебя.
Красный свет в глазах белого магикорца начал меркнуть, а по лицу пробежала тень смятения.
— Ты убьешь Фео, Сиан? Он не дал тебе разбиться, хотя мог, должен был. Чем ты ответишь моему сыну?
— Я… — прохрипел магикорец уже другим голосом. — Я бы хотел, чтобы Фео жил. Но я ничего не решаю.
— Решаешь, — отрезал Гиддеон. — Как ты впустил демона, так и изгони его.
— Они тебя казнят, имя твоё заклеймят, — нараспев произнёс Сагарис, перехватив разум магикорца. — Я же могу тебя отпустить.
— Ты всё равно будешь убивать людей, — повторил Сиан сам себе слова Лу Тенгру. — А я — человек.
Эльфийский колдун нашел, где лежал настоящий Сагарис, по частям собираемый младшим братом. Ещё несколько секунд, и царь демонов вновь встанет, а затем присоединится к той тени, которая снимала печати защиты. Оставался один выход: запутать врага, лишив сосуда, в котором сейчас сидит его разум. Тогда люди и сам Лу Тенгру получат ещё немного времени.
Луч света пробил тело Сиана, и оно повалилось вперед. Гиддеон бросился к нему, но слишком поздно.
— Ты что сделал?! Он мог побороть демона и спастись!
— Он уже продался врагам. Судьба его решена.
— Не тебе было её решать!
Сквозь стены Лу Тенгру увидел, как Кнун бешено трясёт старшего брата, не пришедшего в сознание после пришивания головы. Значит, получилось.
— Мне жаль, но только так мы можем выиграть время. Я нашёл того, кто кроме людей имеет над ним власть.
Магикорец молча поднял Осколок перед глазами, и Лу Тенгру видел, как спокойное прежде лицо застилает печаль.
— Вот, значит, как, — произнёс Гиддеон, переводя взгляд на колдуна. — Зато ясно, кто телепортировал демонов из-под покрова Зеркала.
— Мы знаем, кто наш враг. У нас есть шанс его одолеть.
Посерело лицо магикорца, и даже одежды поблекли. Он казался старым, измученным, ослабленным.