Неверный муж моей подруги, часть 2 (СИ)

— За психолога я плачу из своих, не тебе решать, отменять или нет, — жестко отрезаю я и поворачиваюсь к развеселившимся сверх меры детям, которые продолжают рассказывать, что еще дома у няни хуже, чем у нас. — Все, господа пираты, кыш в свою комнату и чтоб не высовывались, пока Зоя не придет. Разрешаю полчаса планшета. 
Поиграть в планшет Макара и Никиту дважды просить не надо. Их мигом сдувает из коридора — взрослый скандал родителей их больше не интересует. Кота не отнимут — уже хорошо. Вот за это я и плачу одному из лучших детских психотерапевтов города. Чтобы мы, поломанные и больные взрослые по въевшейся привычке, подхваченной у наших собственных родителей, не могли своими комплексами и глупыми словами испортить им будущее. 
— Зоя придет. Зоя, Зоя, опять Зоя… — Игорь раздраженно дергает сквородку по плите туда-сюда, будто от этого шкворчащая на ней картошка разогреется быстрее. — Мне иногда кажется, что я на ней женат, а не на тебе! Еду мою она готовит, детей моих она воспитывает, дом мой она убирает! Как ни приду — Зоя есть, Ланы нет! Все супружеские обязанности на ней. Кроме секса. Зря, кстати! Она бы и это наверняка делала куда лучше тебя! Регулярнее. 
— То есть, жена для тебя — уборщица, повариха, воспитательница и секс-кукла, я правильно понимаю? — хмыкаю я. — Просто набор функций. Многоцелевой домашний комбайн такой. У тебя есть потребности, кто их закрывает — та и жена. Все равно кто. 
— Не все равно! — Игорь сдергивает сквородку с плиты, но даже в таком раздраженном состоянии не забывает подставить под нее можжевеловый кругляшок, чтобы не испортить столешницу из искусственного камня. — Но я хочу, чтобы со мной была женщина, которая заботится о моих детях. Сейчас это Зоя!
Не зря говорят, что гнев обнажает истину. Игорь, кажется, даже не замечает, что сказал. 
А я холодно улыбаюсь, копируя поведение Германа во время деловых разговоров. Он всегда говорит очень спокойно и тихо — и это пугает его соперников. 
— То есть, ты намекаешь, что у вас с Зоей уже что-то есть? — понижаю голос, чтобы ко мне пришлось прислушаться. 
— А если намекаю? — с вызовом говорит мой муж, воинственно размахивая лопаточкой, которой только что мешал картошку на сковородке. — В конце концов, ты меня с сексом динамишь уже несколько месяцев! А я мужик, мне надо!
— Прекрасно, — пожимаю плечами и достаю телефон. — Раз я плохая жена, решим вопрос кардинально. Говорят, на Госуслугах теперь можно подать заявление на развод, не выходя из дома. 
— Что ты делаешь? — он подскакивает и пытается заглянуть мне в экран.
— Развожусь. Ты же этого хотел? Еще и Зою не постеснялся приплести!
Я немного путаюсь в бюрократическом языке и неочевидных пунктах меню на сайте, но в конце концов добираюсь до нужной страницы. 
«Регистрация расторжения брака».
Ага!
— Нет, не этого! — Игорь пытается вырвать у меня телефон, но я прячу его за спину. 
Все равно для запуска процедуры нужно подтверждение от него — так просто все не кончится. 
— Чего же?
— Чтобы ты наконец стала нормальной женой!
— Я нормальная жена! — устав от дурацкой борьбы за телефон, просто швыряю его на стол. Он все равно под паролем. — Ключевое слово — «нормальная». Здоровая психически, со своими интересами, дающая детям то, что им пригодится во взрослой жизни. То, что кроме меня им дать не сможет. А накормить кашей и заставить чистить зубы — может кто угодно! 
— Ты серьезно? — Игорь почему-то даже застывает посреди кухни столбом и таращится так, будто у меня на макушке выросло вишневое деревце. — Ты даже не собираешься меняться? 
Это так больно — разочаровывать самого близкого человека. 
Но выбор у меня не так уж велик. 
Либо разочаровать его — либо разочаровать себя. 
И этот выбор очевиден. 
 
— Я серьезно. 
Я так серьезно, что кончики пальцев покалывает ледяными иглами и захватывает дух. Неужели прямо сейчас все свершится?
Делаю шаг к столу, беру с него телефон и нажимаю кнопку «Получить услугу». 
А, черт… 
Дети. 
С детьми так просто не разведут. 
— Ладно, — говорю я, убирая телефон в карман и разворачиваясь к двери. — Завтра заеду, подам заявление в суд. Квартира твоя, но я живу тут с детьми до их совершеннолетия. Мое агентство — остается мне, твои бизнесы и активы — тебе. Обойдусь без алиментов. Видеться с сыновьями сможешь, когда захочешь. Устраивает? 
Игорь пялится на меня с потрясенным видом. За его спиной яростно кипит суп, дребезжа крышкой и выплескиваясь на плиту, но он этого не замечает. Его губы немо шевелятся, словно он повторяет мои слова за мной, пытаясь их осознать. 
— Устраивает?! — повышаю я голос. 
В конце концов, я долго терпела. Всему приходит конец.
  
Сейчас. Прости
 
Сейчас. Прости
— Нет… — говорит Игорь. — Нет, Лана. Нет. Не надо. 
Он делает ко мне шаг, суп выбирается на волю и заливает горящий газ, я вскрикиваю и бросаюсь выключать плиту — и попадаю в его объятия. 
До ручки конфорки все-таки удается дотянуться кончиками пальцев, а дальше я уже просто барахтаюсь в его руках, и он прижимает меня все крепче к себе, как будто это поможет. 
— А что надо? — Я отталкиваю его, вырываюсь и отступаю к окну, выставляя ладони перед собой. Лицо у него совершенно упавшее — потрясение на нем мешается с ужасом и каким-то глубинным пониманием. 
— Ты обещала, — говорит Игорь тихо. Он пытается вновь меня обнять, но я дергаюсь и снова выставляю ладони, и он сникает. 
— Что?
— Обещала меня не бросать, — говорит он спокойно, но в голосе звенит отчаянное напряжение. 
Мне становится одновременно жалко его и немного страшно — стоять над той бездной, куда нас всех сейчас уносит. 
— Ты сам захотел. Ты вот только что, минуту назад утверждал, что я плохая мать и жена и ты легко поменяешь меня на Зою. Забыл? 
— Я был неправ, — говорит он быстро. — Лан, прости меня. Давай все исправим. Я… не думал, что ты всерьез. Я же не всерьез. 
— Да ладно?! — Изумляюсь я. — Вот все эти месяцы и годы ты меня пилил, что я плохая мать — не всерьез?!
— Я надеялся, что это тебя мотивирует стать лучше. 
— Гос-с-с-с-споди.. — Шиплю я, потирая ладонью лицо. — Слушай, дорогой, ты же был умным мужиком, что случилось?
Он молчит и смотрит, а мне так хочется пошутить что-нибудь про тупеющих рядом со мной мужиков. Но это же будет палево. 
— Лан… — он подходит ближе, но так медленно, что я больше не защищаюсь. — Ну скажи, что я сделал не так? Я все исправлю. 
Внезапно чувствую невероятную усталость и сползаю на пол, утыкаясь лицом в колени. 
Игорь садится рядом, прислоняясь плечом и кладет ладонь мне на голову. 
Хочется расплакаться и пожаловаться кому-нибудь на жизнь. Может быть, ему. Но вряд ли он оценит мои жалобы на Германа. 
— Давай пойдем к семейному психологу? — Предлагает он. — Помнишь, ты предлагала?
— Много лет назад. С тех пор я узнала, что после психолога как раз чаще всего разводятся. 
— Мы не разведемся, — Игорь обнимает меня за плечи и прижимает к себе еще сильнее. — Ты мне слишком нужна. 
— Я же плохая жена?