Предатель. ( Не) его семья (СИ)

- Ты сама виновата! – цедит отец, - сама сделала аборт, сама спровоцировала мужа на поход налево! Родила бы пацана, и всего этого не произошло! – сотрясает стены своим ором.
- Да не могла я его родить! Не могла! – хватаюсь за голову, отворачиваюсь, зажмуриваю глаза, - если бы тот ребёнок родился, то меня бы давно выгнали за шкирку, кавказская кровь взяла бы своё, там и дураку стала бы понятно, что я…, – не контролирую себя, и говори лишнее, и прикусываю язык, но уже поздно.
В кабинете отца воцаряется тишина, гнетущая, тяжёлая. Дура!
- Ты….
Отец запинается, я буквально чувствую спиной его прожигающий взгляд.
- Я забеременела от Азима, - признаюсь окончательно, скрывать уже не имеет смысла, отец не отстанет, пока не добьётся ответа, лучше бы он так добивался успеха в бизнесе.
Поток ругательств сыплется на мою голову, мать причитает, не верит, что я могла спать с её бывшим водителем. Он уволился и исчез после того, как я избавилась от его ребёнка, он сразу всё понял, не простил, для его народа аборт – большой грех. Шутка судьбы, но я влюбилась в него, впервые и по-настоящему, до бабочек в животе, до эротических снов с его участием. Но променять сытую жизнь на любовь с водителем, не смогла. Боль разлуки с любимым по сей день сжигает меня изнутри, я переступила через любимого человека и…. И теперь от меня хотят избавится, забрать то, ради чего я отказалась от своего счастья? Нет! Мои дети станут наследниками! Я сделаю всё для этого!
- Боже, - стонет мама, - это, ты, - машет на отца рукой, - ты виноват, твои блудливые гены! Какой позор! – расходится женщина, хватается за сердце, после зажимает рот рукой, всхлипывает, качает головой.
- Не вали всё на меня! – рявкает отец, - смотреть нужно было за ней лучше, а не по бутикам шляться! – сыпет обвинениями в ответ.
Вновь тишина. Все в ярости. Всем тяжело.
- Нужно искать выход из этого мрака, - нарушает тишину мама, - нужно как-то вернуть всё обратно, - начинает расхаживать по кабинету.
- Как? – тяжело опускается обратно в кресло отец.
- Устранить проблему, - отзывается мама.
- Что ты имеешь виду? Конкретнее, милая, - смотрит на маму в упор.
- Нужно избавится от любовницы Павла, - ведёт плечом, - а тебе, доченька, - переводит взгляд на меня, - принять того мальчика, как своего ребёнка, и про то, что Павел не внук Кристиана, нужно забыть!
  
глава20
 
ЭРИК
- Поспешил ты, - раздаётся голос Светланы стоит только зайти в дом с пакетом нужных лекарств для Кристиана.
Тут и дураком не надо быть, чтобы понять о чём говорит женщина. «Поспешил»? Да я и не спешил никуда, в голове возникла шальная мысль посмотреть на реакцию девушки. Посмотрел, что самому стало неудобно. Если бы не Светлана, то я бы точно поцеловал Милану. Я тянул, ждал, когда Мила оттолкнёт нависающего над собой меня, убежит, скажет хоть что-то, но она замерла мышкой, растерялась, задрожала, что осиновый листок. Её реакция дёрнула за струны мужского интереса, хоть и понимал, что на самом деле происходило с девушкой.
- Здесь всё, что нужно, - протягиваю аптечный пакет, на её слова никак не реагирую, на что и получаю тихое хмыканье.
- Иннокентий приехал, он у Кристиана, - сообщает женщина, то что я и так уже знаю.
Машина Иннокентия стоит около ворот с водителем и охраной. Киваю женщине и спешу в комнату хозяина дома. К Миле зайду позже, нужно извиниться, напугал я её, дальше может вообще избегать меня, и это нам обоим не на руку.
Коротко стучу в дверь и не дожидаясь разрешения, открываю и захожу в комнату. Кристиан в постели, Иннокентий рядом на стуле, прервали разговор.
- Мальчик мой, - с улыбкой поднимается на ноги Иннокентий.
Он не приехал, как обещал в день нашей с Миланой росписи, возникли неотложные дела.
Я рад старику, подхожу, протягиваю раскрытую ладонь, которую тут же пожимают.
- Рад вас видеть, - хлопаю своего старика по пока ещё крепкому плечу.
- Ты вовремя, есть разговор, - продолжает Иннокентий, Кристиан же смотрит на нас с хмурым выражением лица и неудовольствием, слегка кривит губы.
 
Уж не знаю, что конкретно ему не нравится в нашем тёплом общении с его другом, но мне плевать! Это не он вытащил меня из ада, не он пригрел четырнадцатилетнего подростка, дал билет в будущие, так что пусть сколько угодно выражает своё «фи».
- Что за разговор? – прохожу к свободному стулу, расстёгиваю пуговицы на пиджаке, присаживаюсь.
- Тебе необходимо улететь в Германию, - подаёт голос Кристиан.
В удивлении вскидываю брови вверх, смотрю на сурового старика. Он сейчас серьёзно? Какого лешего происходит? Кто здесь будет за всем присматривать? Сейчас не лучшие время для поездки, его сноха и внук в бешенстве, они горят желание заполучить потерянное, и для этого им нужны Мила с Мишей, а точнее только Мишка! Они не знают, что Милана стала моей женой, а Михаил сыном! По всем документам теперь я его отец. Но думаю их и это не остановит! Да ещё и Алина, больная на голову девица, и её отец меня беспокоит, слишком высокую должность занимает, нужно держать руку на пульсе. Хорошо бы убрать его с поста, но неизвестно к каким последствием это приведёт, может обозлится и объединиться с Раисой и Павлом.
- Это может подождать? – перевожу взгляд на Иннокентия.
- Нет, - качает головой мой старик, - необходимо вывести все активы из-за рубежа, закрыть всё предприятия, твоё личное присутствие там необходимо, теперь, ты управляешь всем, нужно спешить, иначе будут колоссальные убытки, - отвечает Иннокентий.
Чёрт!
- Когда нужно лететь? – понимаю, выхода у меня нет.
- Самолёт вечером, - хрипло вещает Кристиан.
- Нужно усилить охрану, в дом нельзя пускать никого, сегодня приходила ваша Раиса, - говорю Кристиана.
- Чего хотела эту дура, - без каких-либо эмоций спрашивает хозяин дома.
- Ваш внук в больнице, на него покушалась Алина, - какое бы больное сердце не было у старика, правду он должен знать, к тому же я улетаю, он должен знать о происходящим.
- Как именно? - всё так же безэмоционально.
- Поколотила его битой после того, как он сообщил ей о намерении развестись с ней, - со стороны раздаётся сдавленное покашливание, Иннокентий маскирует смех.
Весело моему старику, а вот мне не до смеха! Девица с катушек слетела, и теперь она опасна, для Милы опасна! Ведь именно к ней собрался уходить Павел.
- Тюфяк! – выплёвывает Кристиан, - с бабой не смог справится! – жёстко, презренно, вместо переживаний.
Мужчины этой семьи, как я уже убедился по натуре жестокие, им плевать на окружающих, гнилая семейка, и чем больше я углубляюсь в их дебри, тем гаже себя чувствую, меня невольно выбрасывает в прошлое. Кадры из детства прорываются бурлящим селевым потоком. Мать была такой же жестокой, любила только себя, своё благополучие, уверен, она не изменилась, где сейчас она, я не знаю, знаю, что срок свой отбыла и на этом всё.
- Так за чем она приходила, сообщить про Павла или же ещё с чем-то? – спрашивает Иннокентий.
- Требовала встречи с свёкром, - смотрю на Кристиана, - чего конкретно хотела, не знаю, её просто не пустили. Возможно, я повёл себя неправильно, раздавая указание в этом доме, не спросив вас, но посчитал что крикливой бабе в доме не место, - замолкаю, жду ответа от старика.
- Всё ты правильно сделал, - отмахивается от меня хозяин дома, - с тобой в Германию поедет группа специалистов, одному тебе не справится, слишком много бумажной волокиты, - перевёл тему Кристиан.
Дальнейшие пару часов шло обсуждение, что и как будет происходить, и вместе с этим в моей голове кружились мысли касаемые Милы с сыном. Чуйка просто орала, что нельзя оставлять их без присмотра, хоть они и остаются ни одни, рядом Светлана, полно охраны, но словно этого недостаточно, словно они не смогут их уберечь.
Обсудив все детали, проводил Иннокентия, а сам направился к Милане, нам надо поговорить.