Девушка с обложки

«А, вот этот гад здесь как раз кстати!» — подумала она.
— Что случилось, Клодин? — шагнул к ней шейх — очевидно, ярость, кипевшая в ней, проступила и на лице.
— Случилось то, — она глубоко вздохнула, стараясь говорить спокойнее, — что я сейчас стала свидетельницей весьма неприятной сцены. Трое этих... — едва удержалась, чтобы не сказать «поганых сволочей», — так называемых «робингудов» избили месье Каррена...
Абу-л-хаир, хмуро и непонимающе сдвинув брови, взглянул на Зияда — тот стал что-то быстро объяснять.
— Он всего лишь хотел узнать, что с Ришаром, — вклинилась Клодин, — а они ему не давали встать с колен и били прикладами.
Зияд заговорил снова, но шейх, прервав его взмахом руки, обернулся к человеку в маске.
— Что с Карреном-младшим?
— Заперт в каюте на твиндеке. — Террорист пожал плечами. — Молодой здоровый парень. Ничего страшного.
— Может быть, вы позволите мне зайти к нему, отнести еду и лекарства? — Клодин по-прежнему обращалась к шейху.
— Нет, — безапелляционно отрезал человек в маске.
Но Абу-л-хаир был не из тех, кто позволяет кому-то говорить и решать за него.
— Думаю, что да, — кивнул он.
Террорист раздраженно возразил что-то. «А я говорю — нет!» — мысленно «перевела» Клодин.
Пронзительные черные глаза шейха сощурились. Он приказным тоном бросил Зияду пару фраз — парень чуть ли не бегом выскочил из комнаты. Человек в маске снова что-то сказал — Абу-л-хаир ответил длинной тирадой, с неменьшим раздражением, чем его оппонент.
Атмосфера в комнате наэлектризовалась так, что, казалось, того и гляди с треском пробежит искра; громкие, на грани крика реплики звучали как щелчки кнута.
Клодин напряглась, услышав вдруг промелькнувшее среди незнакомых гортанных фраз слово «бармен». Показалось?! Нет! Вот, снова — теперь его произнес шейх, махнув рукой в ее сторону; в интонации так и слышалось: «А она-то тут при чем?!»
Человек в маске издал странный звук — нечто между шипением и рычанием, выплюнул ядовитым тоном еще одну короткую фразу и отвернулся к камину.
— Клодин, я уже послал Зияда, — чуть задыхаясь, сказал шейх, — он сейчас распорядится насчет завтрака, который вы сможете отнести Ришару Каррену.
— Мне нужны еще лекарства, — напомнила она. — Что-нибудь обезболивающее вроде тайленола и, наверное, что-то для перевязки. И аспирин.
— Аспирин? Ах да, вы, американцы, его же от любой болезни принимаете. — Абу-л-хаир невесело усмехнулся краем рта. — Хорошо, возьмите в медотсеке все, что нужно.
— И еще... пожалуйста, я хотела бы зайти потом на минутку к месье Каррену. — Краем глаза Клодин увидела, что человек в маске обернулся, словно собираясь вмешаться, и заторопилась: — Я ему обещала. Он очень беспокоится за сына.
— Да, конечно. Зияд вас проводит.
Ощущение было такое, что главаря аж передернуло от злости, но сказать он больше ничего не посмел — наклонив голову, быстро вышел.
Шейх проводил его взглядом и плавной неторопливой походкой двинулся к дивану, но вдруг замер. Клодин показалось, что он покачнулся — бросившись вперед, она подхватила его под локоть.
— Ничего, спасибо, я сам... — сказал Абу-л-хаир невнятной скороговоркой; глаза были закрыты, словно он прислушивался к чему-то. Потом пару раз глубоко вздохнул и кивнул. — Спасибо, Клодин.
Она отпустила его, готовая в любую секунду поддержать снова, но шейх сам дошел оставшиеся несколько шагов и тяжело опустился на диван.
— Клодин, подойдите, сядьте. Пока никого нет, я хочу вам сказать... — Смуглое лицо его было почти серым, под глазами залегли глубокие тени. Клодин послушно села рядом, Абу-л-хаир коснулся ее руки — старческие пальцы были до скользкости сухими и холодными.
— Старайтесь не... не провоцировать их, как это получилось сегодня.
— А что мне было делать? Не вмешиваться, вы считаете?! — против ее воли, слова эти прозвучали как вызов.
— Я все понимаю, — кивнул шейх и на миг закрыл глаза. Чувствовалось, что говорит он с усилием, и не только из-за одышки — сама тема ему неприятна. — Я бы и сам поступил так же. Но ситуация постепенно осложняется, и Зияд... я не знаю, сможет ли он удержать их в следующий раз.
 
— Вы хотите сказать, что ситуация выходит из-под контроля? — напрямую спросила Клодин.
— Надеюсь, что нет, но... — Он не договорил, смысл был понятен и так.
— Вам тоже угрожает опасность?
— Мне?! — с оттенком высокомерного удивления переспросил Абу-л-хаир, цокнул языком и резко мотнул головой — Клодин уже знала, что этот жест означает «нет». — Но вы — другое дело. Поэтому старайтесь держаться скромно и не смотреть им в глаза. Прямой взгляд в глаза они могут воспринять как вызов.
«Будто животные, волки!» — чуть не ляпнула она вслух.
— И... я бы хотел, чтобы вы потом вернулись сюда и провели этот день здесь. Мне так будет спокойнее.
На пороге вырос Зияд, кивнул и махнул рукой, показывая вниз.
— Идите, Клодин, все уже готово, — сказал шейх.
На этот раз Зияд повел ее не по внутренней лестнице, а через верхнюю палубу — то ли не хотел, чтобы она снова столкнулась с теми же террористами, то ли просто решил пройтись по свежему воздуху. Они уже дошли до поручней, парень повел автоматом в сторону трапа: «Сюда!» — и тут Клодин случайно бросила взгляд вниз, на среднюю палубу, где стояли оба катера и вертолет. Именно вертолет и привлек ее внимание — он выглядел каким-то непривычно скособоченным. Лишь через секунду она поняла, что у винта отломана одна лопасть, а на месте кабины зияет дыра.
— А что... — она схватила Зияда за рукав, — что с вертолетом случилось?!
Парень смерил ее взглядом — сама, мол, не видишь? — но все же удостоил коротким ответом:
— Сломался.
Около вертолета стоял часовой с автоматом, еще человек пять сгрудились возле лебедки, предназначенной для спуска на воду катера.
— А кто его... так?.. — На самом деле Клодин ни на йоту не сомневалась, что взорванный вертолет — дело рук Томми, но хотелось знать подробности: почему, зачем; что с ним, а вдруг он ранен?
— Бармен, — неохотно буркнул Зияд.
— Какой еще бармен?! — Ничего нет подозрительного, если она об этом спросит — любая бы спросила!
Но ее охранник, похоже, уже пожалел о том, что разболтался.
— Сюда! — снова махнул он автоматом в сторону трапа.
В этом жесте не было ничего угрожающего — возможно, парень даже не особо осознавал, что у него в руках оружие, и показывал им так же непроизвольно, как рукой.
— Это что — тогда, когда ночью взорвалось что-то и выстрелы были? — со скоростью черепахи продвигаясь к трапу и по-прежнему глядя вниз, продолжала допытываться Клодин.
— Идем! — вместо ответа нудно повторил Зияд.
Она со вздохом ускорила шаг — стало ясно, что толку от него не добьешься.
Завтрак для Ришара ждал ее в холле на главной палубе. Надо сказать, куда более обильный, чем принесли ей самой: помимо крутых яиц, булочек и все тех же одноразовых джемов и сливок, на сервировочном столике стояло накрытое блестящей крышкой блюдо с чем-то горячим.
— Еда, — указал на него своим «заменителем руки» Зияд. Клодин догадалась, что таким образом он дает ей понять, что везти столик — это женская работа. Впрочем, далеко везти не пришлось — оказывается, Томми успел испортить лишь один лифт, второй же, «обслуживавший» нижние палубы, в том числе и твиндек, работал нормально.
 ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ 
  Из дневника   Клодин Бейкер:   «Подумаешь, в первой десятке он!»... 
Увидев входящую Клодин, Ришар испуганно вскинулся:
— Вы?! — Попытался вскочить с кровати, но после первого рывка болезненно скривился и дальше вставал уже медленнее, придерживаясь рукой за спинку.
— Мне разрешили навестить вас. Вот, завтрак заодно принесла.
— А я подумал, что вас тоже...