Девушка с обложки
Наконец, увидев надпись «Выход», она устремилась туда, поднялась по эскалатору и оказалась в ярко освещенном зале, вдоль которого тянулись витрины магазинчиков: газеты, цветы, сувениры, конфеты...
Только тут Клодин остановилась, переводя дыхание. Погони вроде бы не наблюдалось, и теперь было самое время подумать, что делать дальше.
Для начала — позвонить Эрлу... и Делии, ее агенту, наверное, тоже стоит позвонить. Потом найти себе пристанище на ночь — может, взять напрокат машину и поехать в какой-нибудь пригородный мотель?
И в этот момент она почувствовала, как кто-то прикоснулся к ее плечу.
— Пардон, мадмуазель! — сказал мужской голос совсем рядом.
Она обернулась — высокий темноволосый человек лет сорока смотрел на нее в упор, цепким внимательным взглядом. Но не это заставило Клодин содрогнуться, а черная, глянцево отблескивающая кожаная куртка, в которую он был одет...
— Пардон, мадмуазель! — повторил мужчина.
Клодин так никогда и не узнала, кто это был такой и чего он от нее хотел — взвизгнув от ужаса, она оттолкнула его и бросилась бежать.
Поняла, что заблудилась, она минут через пятнадцать.
Сначала ока неслась, не разбирая дороги, сворачивая куда попало — лишь бы там было поменьше людей. Потом поняла, что ее никто не преследует — отдышалась и дальше пошла уже нормально.
Похоже, она, сама того не желая, забежала в какое-то офисное здание — по обе стороны коридора тянулись двери с номерами и табличками; людей навстречу почти не попадалось.
Она дошла до конца коридора, внимательно изучила указатели на стене: на первый этаж, к метро, на автостоянку... Не было лишь стрелки с надписью «Выход».
Но где-то же он должен быть?!
Клодин свернула направо, дошла до лестницы и поднялась на один этаж — но и там в холодном недобром свете люминесцентных ламп виднелись все те же двери с табличками и номерами. Ощущение было такое, что открытого пространства и голубого неба больше не существует. Ни людей, ни голосов, ни шагов; тихо вокруг — все как вымерло...
«Антуан Лемер — дипломированный бухгалтер», — сама не зная зачем, прочла она на ближайшей табличке. Ниже было написано еще что-то — наверное, чем именно этот бухгалтер занимается — но ее внимание внезапно привлекло другое: одна из дверей дальше по коридору была приотворена. Из щели пробивался золотистый свет, такой теплый и дружелюбный, что Клодин как магнитом потянуло туда.
Может, зайти, извиниться, сказать, что заблудилась? Заодно попросить попить, уж очень во рту пересохло. Но главное — главное! — спросить, где тут выход!
Отбросив сомнения, она почти подбежала к двери и скользнула внутрь.
За массивным письменным столом сидел человек. При виде Клодин он поднял голову и сказал с улыбкой:
— Значит, вы и есть та самая кошатница, которая заставила меня сегодня так понервничать?
Из телефонного разговора:
— Клодин Бейкер, фотомодель, рост — 1,78, натуральная блондинка, глаза желтые...
— Какие?!
— Желтые... тут так написано. Размер ноги тридцать восьмой, талия двадцать дюймов, бедра...
— Подождите, зачем мне это все?! Мне нужно знать, что она из себя представляет.
— Я же говорю — фотомодель, блондинка, рост...
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Из дневника Клодин Бейкер: «...В жизни иногда случаются такие совпадения, что рассказать кому — не поверят!»...
Кто? Как? Почему? Откуда он ее знает?
Клодин впервые в жизни поняла выражение «душа ушла в пятки» — в те самые пятки, которые она не могла теперь оторвать от пола и стояла, оцепенев и тупо глядя на него.
Это что — главарь той самой банды? И они все это время гнали ее именно сюда?!
Нет, не может быть! Она же сама выбирала дорогу!
— Вы себе представить не можете, как я рад вас видеть! — весело продолжал обитатель офиса. — Когда вы отказались, я уж прямо не знал, что и делать, думал, что мне предстоит сейчас дома тяжелое объяснение! Как хорошо, что вы все-таки передумали! Проходите, садитесь!
Клодин начала стремительно приходить в себя: кажется, ее всего-навсего приняли за кого-то другого!
Да и собеседник ее никак не походил на главаря банды. Толстенький, невысокий, с улыбчивым круглым лицом — невозможно было себе представить, что от этого славного человечка может исходить хоть какая-то угроза.
— Мсье... — нерешительно начала она, подходя к столу.
— Жери, просто Жери, так меня все называют, — перебил человечек. — Прежде всего, вот, возьмите мой телефон, — протянул ей визитную карточку. — Звоните мне при любой необходимости. Сейчас мы поедем, я вам все покажу — самолет у меня вечером, но мне еще нужно собраться.
Клодин машинально взяла карточку в руки, прочитала: «Жери Лефевр, театральный агент»; на обороте — два номера телефона.
— Если бы не котята, то вопрос бы не стоял так остро — Арлин сама могла бы заезжать раз в день и кормить Сильву, — не давая ей вставить слова, тараторил Жери. — Но, сами понимаете, им еще и месяца нет, нельзя их оставлять надолго без присмотра, желательно, чтобы кто-то ночевал в доме.
И тут Клодин осенило. Так вот, значит, кого он ждал — девушку, которая, пока он будет в отъезде, должна заботиться об его кошке!
Решение пришло мгновенно: ему нужна кошатница — он ее получит. А она, в свою очередь — место, где можно отсидеться! Это же идеальный вариант, там ее уж точно никто не сможет найти!
— Присаживайтесь, — предложил Жери. — Может быть, кофе? Вы легко меня нашли?
— Да. То есть нет, — отбросив последние сомнения, Клодин улыбнулась ему, отодвинула кресло и села. — То есть нашла я вас с трудом, а вот кофе бы выпила с удовольствием.
— Да, здесь такой лабиринт построили, что найти что-либо трудно. И в универмаге в этом указатели не слишком удачные, а уж про офисные помещения я не говорю.
Жери отошел в угол, к кофеварке, и принялся делать кофе — говорить это ему не мешало:
— ...А все моя жена — решила сделать мне подарок по случаю годовщины свадьбы, десятидневный круиз по Средиземному морю! Еще три месяца назад заказала — и не сказала, чтобы сюрприз был. Она же не могла предположить, что Марта так некстати сломает ногу! — он обернулся к Клодин, словно ища у нее сочувствия.
Кто такая Марта, она понятия не имела, но понимающе кивнула.
— Если бы я не смог поехать — обида, сами понимаете, была бы страшная! Как хорошо, что вы передумали! — повторил Жери. — Будете печенье? Вам кофе со сливками?
— Да, — ответила Клодин, нарушая все усвоенные за последние три года правила диетического питания — один-то раз можно, в компенсацию за все, что пришлось сегодня пережить!
Жизнь начала казаться не такой уж плохой. Во всяком случае первая проблема — найти себе пристанище — решилась сама собой, да так, что лучше и желать нельзя.
— Вот, пожалуйста, Лиз, — Жери поставил перед ней чашку, рядом — сахарницу и вазочку с печеньем; снова пошел к кофеварке, спросил на ходу: — Вас ведь Лиз зовут?
— Нет, Клодин, — машинально ответила Клодин, с вожделением пожирая глазами печенье — масляное, ароматное, с точечками шоколада сверху — она не ела ничего подобного уже год, если не больше.
— Разве вы не Элизабет? — Жери с удивлением обернулся.
«Ой-ой-ой! — промелькнуло в голове Клодин. — Сейчас ка-ак выгонит — и не будет мне ни жилья, ни печенья!» — второе казалось в этот момент не менее важным, чем первое.
— Элизабет — это мое второе имя, — нашлась она почти мгновенно. — Мое полное имя Клодин Элизабет Бейкер.
— Ах да, я и забыл, что у американцев это часто бывает! — с улыбкой закивал Жери.
Вот повезло так повезло! Хотя своим вторым именем Клодин никогда не пользовалась, но водительские права, где черным по белому было написано «Клодин Э. Бейкер», могла предъявить в любой момент. То, что на самом деле инициал «Э.» означал не «Элизабет», а «Эмили» — это уже детали...