Мальчики из Фоллз
– Давай! – орет девушка.
Запаниковав, я трясусь, но потом хватаюсь обеими руками за рукоятку и дергаю ее вверх. Нас заносит влево, заднюю часть машины разворачивает. Мы входим в поворот, скользя по асфальту и разбрызгивая уже собравшиеся лужи.
Дилан кричит. Из меня вырывается нечто среднее между стоном от боли и хныканьем, хотя я отказываюсь зажмуриться.
Машина соперницы проносится мимо. Я смотрю ей вслед.
– Дилан!
– Ох, мне плевать на победу, – усмехается она. – Было весело, а еще это разозлит моего папу.
Девушка резко ускоряется, вновь набирая обороты. Вдруг перед нами вспыхивают фары.
Навстречу летит машина, и я судорожно вдыхаю. Дилан ударяет по тормозам. Мы идем юзом на мокром покрытии.
Свет фар приближается. Проклятье, что это такое?
Наш автомобиль заносит вбок; я хватаюсь за приборную панель. В итоге мы останавливаемся буквально в нескольких сантиметрах перед «Мерседесом», заблокировавшим трассу.
– Что за черт? – Дилан тяжело дышит.
Сэмми Фуонг в своем синем GTO уже вырвалась далеко вперед, вышка и трибуны со зрителями тоже не близко. Выпрыгнув из «Мустанга», мы отбегаем в сторону, на случай, если нас попытаются протаранить. Дождь льет на голову.
И тут я узнаю машину. «Мерседес». Этот белый, однако я знаю, чей он. Черный был разбит в парке той ночью.
Хьюго выходит с широкой улыбкой. Мгновение спустя открываются остальные двери. Николас, Аксель и два других приспешника Хьюго – Джонатан и Алехандро – присоединяются к нему.
– Дерьмо, – бормочу я. На парне кожаная куртка, которую он украл в семнадцать лет. В ней три внутренних кармана. Нож и кастет, наверняка.
К нам бежит группа людей. Взяв Дилан за запястье, отталкиваю ее к себе за спину.
Хоук останавливается рядом со мной. Уверена, вместе с Кейдом и другими их друзьями.
– Пока никому не звоните, – говорит Трент в рацию.
– Уверен? – спрашивает какой-то парень.
Проигнорировав его, Хоук кому-то передает рацию.
Мы все стоим перед машиной Дилан, Хьюго и его команда выстраиваются перед капотом «Мерседеса».
– Привет, детка. – Хьюго смотрит на меня ехидно сияющими глазами. – С Пиратами теперь тусуешься?
Я определенно не тусуюсь с Пиратами, но, стоя в окружении двух Трентов и Карутерса, чувствую, что все взгляды Грин Стрит устремлены на меня, будто их предали.
– Девочка, которую я воспитал, не нуждается в чьей-либо защите. Она не прячется за богатыми мальчиками.
Струи дождя стекают по моему лицу. Хоук пытается взять меня за руку, только я отдергиваю ее.
Да, Грин Стрит вскормили меня. Уэстон – мой дом.
Правда, ни один сосед не защищал меня в детстве. Едва я стала достаточно взрослой, Хьюго вознамерился торговать моим телом. Чем они лучше? Они думают, я обязана хранить верность им?
Аксель и Джонатан подаются вперед, вытащив руки из карманов. На миг перестаю дышать, прежде чем понимаю, что они не достали оружия. Пока не достали.
Однако парни явно наготове: сжимают кулаки, принимают широкие стойки; Аксель смотрит на Кейда, Джонатан – на Хоука.
– Ты им не нужна. – Хьюго подходит ближе ко мне, и Хоук напрягается. – Куда ты пойдешь, когда он забудет о тебе?
Он переводит взгляд на Трента, потом обратно на меня.
Знаю, Хьюго прав. Может, не сегодня и не завтра, но он прав. Я не забыла, как должны сойтись звезды, чтобы моя жизнь наладилась. Моя семья, долги, мое криминальное прошлое, недостаток образования, то, что в данный момент я нахожусь в розыске…
Я опозорю Хоука. Мне понятно, что между нами нет отношений.
Вынужденно скрываясь вместе, мы сблизились. И я никогда не смирюсь с его попытками спасти меня.
– Твоей мамы не было дома три дня, – сообщает Хьюго.
Мой взгляд устремляется к нему.
– Ты должна вернуться. – Его голос смягчается.
– Не двигайся, мать твою. – Хоук обхватывает мое запястье.
– Понятия не имею, как долго смогу скрывать это от органов опеки, – угрожает Хьюго.
Вот почему Бьянка не отвечала на звонки. Она боялась, что я вернусь домой, если узнаю. Проклятье.
Аксель отхлебывает из фляжки, а Алехандро выпускает струю дыма изо рта и швыряет сигарету в одного из Пиратов, стоящих слева.
– Черт. – Парень стряхивает пепел со своей футболки.
Грин Стрит подступают, воздух накаляется. Волоски на моих руках встают дыбом, дождь охлаждает кожу шеи.
– Хоук, серьезно, – говорит кто-то из Пиратов. – Они перевернут город вверх дном. Отдай ее.
Но он не шевелится. Хьюго улыбается.
Наконец-то я оглядываюсь через плечо. Товарищи Хоука смотрят в мою сторону, некоторые с таким видом, словно я – причина всего происходящего. Они могут ввязаться в драку, только не хотят драться ради меня.
Под пристальным взглядом Хьюго я поворачиваю голову и шепчу Хоуку:
– Это не мои люди.
Он сжимает мою руку.
– Хьюго использует тебя в качестве предлога. Они давно этого хотели.
– Твои друзья думают иначе.
Не хочу бросать его, но я не могу так жить. Не могу следовать за ним повсюду. Мне нужно самой отвечать за себя и прокладывать свой собственный путь. Друг должен сделать жизнь Трента лучше, а не хуже, к тому же я нужна Бьянке.
Высвободившись из его хватки, направляюсь к Хьюго.
Хоук тянет меня назад.
– Аро…
– Я не стою всех этих проблем. – Снова вырываюсь. – Мне нужно домой.
Его глаза становятся ледяными, однако он позволяет мне уйти. Подойдя к Хьюго, поворачиваюсь лицом к Пиратам.
– Кому-то нравятся девушки чикано [15], – смеясь, обращается он к Хоуку. – С ними никогда не соскучишься, правда? Я приведу тебе еще одну.
– Я хочу эту.
Резко перевожу взгляд на Хоука. Внезапная твердость в голосе так не свойственна ему. До этого он выглядел обеспокоенным и расстроенным. А теперь нет.
Вся его злость направлена на меня.
– Ну, она тебе не достанется, – возражает Хьюго. – Только если… Сам знаешь что.
Хм? Глядя то на одного, то на другого, понимаю: между ними состоялся разговор без моего присутствия.
Хоук сосредотачивает внимание на мне.
– Подойди сюда.
Я остаюсь на месте.
Его челюсти сжимаются.
– Однажды я уже просил тебя, когда все это началось, – цедит он сквозь зубы. – И повторяю сейчас. Иди сюда.
Выпрямившись, вспоминаю. В последний раз мы находились в похожем положении в ту первую ночь перед его домом.
Он никогда не видел во мне равную, всегда чувствовал свое превосходство. Я – та, за кого нужно платить, защищать, направлять…
Питомец. Проект.
– Незачем меня спасать, Богатей, – говорю ему, расправив плечи.
Хоук вздергивает подбородок. Его лицо меняется, брови расслабляются, тепло, исходившее от него вчера вечером и сегодня утром, когда он красил мне ногти, сменяется холодом.
Хьюго лишь смеется.
– Не огорчайся…
Но Хоук не дает ему шанса позлорадствовать. Сделав выпад, он бьет кулаком прямо по лицу моего приемного брата.
Я отшатываюсь назад. Толпа взрывается воплями. Николас подлетает к ним, чтобы оттащить Хоука, однако уже слишком поздно. Хьюго наносит ответный удар. Подбегает Кейд, и все теряют рассудок.
– Прикончите их! – вопит Аксель.
Прежде чем я успеваю разглядеть, кто это, какая-то девушка в розовых «Чаксах» дергает меня за косу и бьет коленом по щеке. Боль распространяется по всему лицу. Мне требуется секунда, но инстинкты просыпаются. Каждый мускул приходит в движение, я включаюсь в действие. Врезаюсь плечом ей в живот, отчего она теряет хватку, и отталкиваю ее назад. Девчонка падает на задницу.
Быстро обернувшись, вижу, что Хьюго бьет Хоука, которого удерживает Аксель. Я бегу к нему, только он, вскинув ногу, пинает Хьюго, а затем ударяет Акселя локтем в бок.
Вырвавшись из захвата, Хоук разворачивается. Его глаза сверкают, пока он смотрит на меня. Вдруг удар приходится ему в челюсть; он падает и приземляется на бетон. Когда переворачивается, из ссадины на его щеке капает кровь. Трент смотрит на Хьюго. Ринувшись туда, наваливаюсь на Хоука.