Возмутитель спокойствия (СИ)

Я замер на месте.
Сместился в сторону чуть в сторону, занимая удобную для меня позицию. Приготовился.
Сейчас…
Тварь приблизилась на три метра… Есть! Как и полагал, особыми тактическими изысками мертвые сущности не блистали, атаковала она меня в прыжке, как до этого вторая мага, а я готовый к такому повороту событий метнулся вперед, успел вонзить в брюхо ятаганы, резануть, когда кадавр пролетал надо мной. Клинки, будто не почувствовали, местами образовавшиеся костяные наросты, огрубевшую, сочащуюся слизью кожу, впрочем, и кости для них не стали преградой. Отметил краем глаза, как лезвия и руны полыхнули фиолетово-багряным светом, и когда падал на колени, проезжая на них вперед около полуметра, позади из живота твари выплеснулся сгусток непонятной дымящейся слизи. Дальнейшее не удалось рассмотреть, так как вскочил и отпрыгнул в сторону, влево, делая кувырок через плечо. Если бы не утренние упражнения, после которых лучше владел телом, знал его приблизительные пределы и возможности, черта с два, смог сейчас бы осуществить подобный финт. Но и теперь пребольно ударился о камень рукой.
А позади сразу два отростка рубанули по утоптанной земле.
Затем тварь завалилась на бок, неуклюже поднялась на ноги-лапы, завизжала так, что казалось вот-вот барабанным перепонкам настанет хана, после скорпион закрутился на месте, хаотично долбя хвостами по земле.
— Добей ее, добей! Пока не очнулась! В головы! Рази в головы! — проревел староста, к которому за время боя я стал относиться гораздо лучше, чем раньше. Уважительнее, так будет точнее.
Он не только успешно сражался с наседавшими на него мертвецами, отбивая их удары своим прямым клинком, но и контратаковал. А еще успевал отслеживать окружающую обстановку.
Матерый волчара.
Опасный противник.
Я ринулся на скорпиона, смог уклониться от хвоста, изобразив практически мостик, разминувшись всего лишь на несколько сантиметром с шипом — зазубренной и заостренной берцовой костью, будто изначально выросшей из человеческой ладони.
И оттолкнувшись руками от земли, резко распрямляясь, чуть разворачиваясь, рубанул по правой башке левым кинжалом, а второй с подшагом воткнул в висок другой крайней головы. И тут же отскочил назад, спиной вперед, центральная башка чуть-чуть не успела вонзить игольчатые зубы мне в грудь, они лишь громко и бессильно клацнули, как и когтистые руки сомкнулись сами с собой, ловя лишь воздух. На рефлексах успел увернуться от вновь обрушившегося сверху хвоста. Он хлестнул по земле с такой силой, что расколол здоровенный булыжник, столетиями не мешавший никому. А я выскочил из зоны уверенного поражения.
Чудовище через секунду начало заваливаться вправо, потом нырнуло на две передние подогнувшиеся левые ноги, затем поймало равновесие, качнувшись назад. Движения твари стали медленными и хаотичными, не давая ей опомниться, я в один прыжок преодолел разделяющее нас расстояние, легко избежав удара лапами, будто в замедленной съемке вновь сграбаставшими пустоту, сверху вонзил ятаган в центральную голову.
Он полыхнул огнем, погруженный наполовину в мертвую плоть.
Отскок!
Кадавр стоял без движения пару секунд, окутываясь зеленоватой дымкой, и совершенно неожиданно рассыпался на составляющие его куски вонючей плоти, непонятно как истлевшей и в какой уже копошились трупные черви, последние практически сразу исчезали, а затем истончилось, как туман, и все остальное.
За пять ударов сердца, пока я осматривался и планировал дальнейшие действия, от скорпиона не осталось и следа. Показалось мне или нет, но будто две черные дымки впитались в мои клинки.
Обернулся. Там все в порядке. Лэрг и чудовище кружили, сходились, расходились, прыгали, совершали акробатические кульбиты. Меч смазывался, ему навстречу взмывала такая же линия косы. Грохот. Искры. Каменное крошево, огонь, поджигающий траву. От амбара и навеса, где хранились старые бочки и дрова остались одни тлеющие руины. Вот с руки рыцаря сорвался огненный шар, размерами с футбольный мяч, который был отбит косой в сторону скал. В какие и врезался, растекся по поверхности, местами оплавил камень.
 
Да, прилетит так подарок, откуда не ждешь…
Отметил и в отдалении флегматичных тирков. Вот тем было абсолютно плевать на битву, их и ударная волна не проняла, зато Сим смотрел на зрелище открыв рот, как зритель голотеатра, воочию наблюдал эпическую битву, и никуда не собирался убегать. Наоборот, хотел подобраться еще ближе, если выживем и он переживет это, то авторитета среди местной пацанвы ему будет не занимать. Свидетель, мать его.
Староста смог лишить одного своего противника руки по предплечье, второму вскрыть глотку и перерубить шейные позвонки. Впрочем, на боеспособности зомби никак не сказалась потеря головы, точнее, она болталась за плечами синей лысиной вниз, держась на шкуре-коже, вращала дико глазами и скалила нечеловеческие острые зубы. Вооружены мертвецы были серповидными когтями, длиной каждый не менее пятнадцати сантиметров, и острейшими зубами. Так себе решение. А еще, пусть и редко, но плевались зелеными сгустками, на какие Кром не обращал никакого внимания, лениво уклоняясь от таких снарядов.
И как они так все успели преобразиться? Если бы не постоянные столкновения с ксеносами, то уверен, вряд ли смог воспринимать нормально этот долбанный сюрреализм, достойный картин Босха.
Еще, вероятней всего, кожаный покров у зомби обладал огромной прочностью или мои клинки невероятной режуще-проникающей способностью. Иначе, ничем другим не объяснить, что удары Волка часто оставляли лишь порезы на конечностях. Или… или он их не хотел убивать?
А тем временем де Кроваля шестилапая тварь теснила, он, судя по виду, находился на последнем издыхании. Скорпион постоянно пытался напрыгнуть на мага, и подмять его под себя.
И еще, я четко понял, что мысль относительно затягивания боя старостой была правильная. Он мог поставить точки в существовании своих противников в несколько секунд, но тянул время. Для чего? Вывод простой, ждал, когда сдохнет маг, явно проигрывающий этот бой, затем уже три твари заминусуют первым рыцаря — приоритетная цель, если судить по степени опасности. А потом Кром вмешается в бой, добив ослабленную оставшуюся нежить. Так? Логично. И после схватки возникал полностью устраивающий его расклад — ненавидящий Народ благородный канет в лету, на его место пришлют более покладистого. А если во время битвы и я буду уничтожен, то это стало бы подарком небес для всего Черноягодья.
Вариант? Да. Но не мой!
Сучара.
Волчий хвост!
Хочешь, не хочешь…
Рванул к де Кровалю.
Нет, скорпиону все же досталось. Вблизи он не казался таким живчиком, как издалека. Одну руку ему оторвало, две ноги с разных сторон были сломаны, и несмотря на чудовищную магию, они не могли служить опорой. Однако и маг выглядел не лучше, из носа и рта текла кровь, вот он упал на одно колено. Скривился. А в глазах безнадега. Отчего-то только сейчас пришло в голову, что у него ни разу не видел жезла или волшебного посоха. Не дорос или не мог?
Несмотря на то, что несся со всех ног, отчего-то возникало чувство — опаздываю. Я просто не успею. А если после смерти поднимется еще и этот тип, то… Нам с лэргом точно не жить, а мы, в свою очередь, станем прекрасной нежитью. Тем временем двухвостый треглавый скорпион подобрался, напружинился, припав к земле. Приготовился к прыжку, он должен был поставить точку в жизни мэтра и послужить отправной в другой, отнюдь не разумной. И оставалась секунда-другая.
Представив, как черный ворон выносится из своего убежища, мчится на кадавра, сам ускорился до предела. Да, тотем не имел возможности физического воздействия на реальные тела, однако он смог сделать главное — отвлечь чудовище. Тварь дернулась к птице всеми головами, мотнула когтистой рукой пытаясь поймать, пронзила воздух жалами на хвосте. Отдалась уничтожению призрака полностью, позабыв о маге. Монстр, будто обезумел. Почему?
К черту мысли!