Медвежонок (СИ)

— Номер триста пять, будешь жить там, — произнёс комендант, бросив на стол ключи. Голос у него был под стать внешности — противный, писклявый и какой-то скребущий. Чисто крысиный. Сграбастав достаточно увесистую стопку одежды, я поспешил прочь — находиться в обществе этого «существа» мне хотелось меньше всего на свете.
Номер я нашёл достаточно быстро, однако сюрпризы на сегодняшний день явно не закончились. Потому что в моём жилище стояло три кровати и две из них были заняты. Я остановился на пороге, всматриваясь в лица. Юноши моего возраста, один белобрысый, второй тёмный. Причём полностью — и волосами, и кожей. Я слышал, что в этом мире у людей бывает несколько цветов кожи, но никогда ещё не видел воочию представителей другой расцветки. Что касается лиц, то после крысиного лица коменданта эти выглядели достаточно благородно.
— Опочки! — произнёс белобрысый и вскочил на ноги. — А вот и третий! Приветствую тебя, идущий на учёбу! Я Эльрин восьмой. Точнее, ноль-восьмой, но первый ноль можно опустить… Да и восьмёрку тоже. Зови меня просто: Эльрин!
— Лег-ноль-тринадцать, — представился я, не понимая, как реагировать. — Просто Лег.
Эльрин подскочил ко мне и прежде, чем я хоть как-то среагировал, схватил охапку одежды и бросил на пустеющую кровать. Схватив меня за руку, белобрысый потащил меня к темнокожему.
— А это наш молчаливый сосед под кодовым именем Хад-ноль-девять. Я ещё не до конца выяснил, можно ли его называть просто Хад, поэтому лучше полным именем, дарованным нашим великим ректором, пусть процветает его клан! — последние слова Эльрин буквально выкрикнул, всматриваясь в потолок и к чему-то прислушиваясь. Удовлетворившись, он пояснил свои действия:
— Зуб даю — за нами наблюдают. Я бы точно наблюдал. Так пусть знают, что здесь живут лояльные и дружелюбные человечки, свято верящие, что императорская Академия является лучшим способом влиться в этот замечательный мир.
Несмотря на такие речи, вид у Эльрина был настолько язвительный и комичный, что даже Хад не удержался и фыркнул. Встав с кровати, он протянул мне руку и произнёс с чудовищным акцентом.
— Хад. Не нужно цифр. Не хочу. Просто Хад. Без клана. Без фамилии.
— Лег, да ты лекарь! Ты нашего соседа починил! — картинно всплеснул руками Эльрин. — Я-то уже отчаялся вообще что-то от него услышать. Два дня тишины… Жуть полнейшая! А тут ты…
— Эльрин, тебе не кажется, что тебя слишком много? — недовольно скривился я. — Ощущение, что тебе больше заняться нечем, кроме как нам мозги забивать.
— Так делать действительно нечего! — ещё больше развеселился белобрысый. — Мы тут два дня сидим, от скуки скоро на стенки полезем. И вообще, Лег — не будь занудой. Идём, я покажу, как здесь всё устроено. Туалет-ванна? Или ты уже?
Должен признать, несмотря на столь яркую эксцентричность, Эльрин оказался полезным человеком. Всего за два дня пребывания в Мираксе — такое название носила Академия — он каким-то образом обзавёлся связями на кухне, среди прислуги, у служанок. Не успел я переодеться, как явились несколько хмурых матрон, чтобы подготовить мне постель и постирать одежду. При этом они тайно приволокли Эльрину огромную тарелку с пирогами, презентовав их ему с такой улыбкой, словно он был их любимый и внезапно нашедшийся спустя сотню лет внук. Белобрысый не оставался в долгу, умудряясь за поглощением еды отпускать женщинам комплименты и нахваливать их крепкие и ловкие руки. Я искренне поражался такому поведению — его не натренируешь. С таким даром очарования можно только родиться.
— Чего стоите? Налетайте! Тут на всех хватит, — Эльрин подвинул тарелку с пирогом в нашу сторону. Отказываться я не стал. Ректор ничего не говорил о том, когда студентов будут кормить, так что следовало позаботиться о себе самим. Хад уже стоял рядом с тарелкой и уплетал за обе щеки. Видимо, для него поведение соседа по комнате не было в новинку.
— Вот так и живём, — заключил Эльрин, облизав пальцы. — Вечером сходим на кухню, ещё что-нибудь урвём. После отбоя служанок в корпус не пускают.
 
Идея показалась мне разумной и обещающей быть вкусной, вот только сбыться наши планы не смогли. Я совершенно забыл о том, что вечером встреча с куратором и только когда в дверь постучали и на пороге возник один из стражников, пришло осознание, что сытно поесть вечером не удастся. Хотя, как оказалось, не только мне — стражник забрал всю троицу.
Кабинет куратора располагался в главном корпусе, неподалёку от приёмной ректора. Размерами он значительно уступал кабинету главы Миракса, зато по содержимому мог запросто дать фору. Если у ректора все стены были заставлены книгам, то куратор нулевого потока подошёл к интерьеру более разнопланово. Книги здесь тоже были — без них в Академии никак, но кроме них здесь находилась целая коллекция силовых камней. Часть я узнал сразу — как классические гранит и базальт, что добывались в наших краях, так и более редкие — яшма и хрусталь. Хоть имелись и те, что я видел впервые. Причём чем красивее казался мне камень, тем сильней ощущалась его сила. Это при том, что камни были неактивны — гранит и базальт, например, я не ощущал.
Но не книгами и даже не камнями был примечателен кабинет. Центральной фигурой здесь являлся сам куратор — похожая на высохшую мумию женщина неопределённого возраста и вида. Если длинные седые волосы, доходившие до лопаток и убранные в тугой хвост, могли сказать о том, что куратору около сотни, то живые и цепкие голубые глаза, выгладившие поразительно неестественно на морщинистом лице, указывали обратное. Лет двадцать от силы.
— Присаживайтесь, — произнесла наш куратор приятным голосом, от которого внутри груди сразу потеплело. Если у меня и были какие-то плохие мысли по поводу этой старушки, то после первой же фразы они развеялись. Обладатель такого голоса просто не может быть плохим человеком.
— Меня зовут магистр Вирано и я отвечаю за нулевой курс нашей Академии. Полагаю, магистр Кальвар уже описал вам ситуацию — ваша троица впервые попала в поле зрения системы образования, поэтому мы знаем о вас совсем немного. Разве только то, что вы все очень любите сладкие пирожки.
Ехидный взгляд устремился в сторону Эльрина, и я готов был поклясться, что белобрысый покраснел. Но мне понравилось. Не каждый человек способен одной фразой свести все казавшиеся собственные заслуги в разряд полного «ничто». Выходит, то, что нас подкармливали, была простая проверка, едим ли мы мучное?
— Будь вам всем по пять, а у нас впереди десять лет изучения, мы смогли бы точнее понять вашу суть, но что имеем, с тем и работаем. Поэтому нам придётся с вами очень оперативно знакомится. Начнёте сразу после нашей встречи. Оценим уровень вашей физической подготовки. Завтра с самого утра у вас тестирование по всем предметам. Скажу откровенно, ближайшие две недели у вас будут очень насыщены. Вопросы?
— Когда нас выпустят в город? — Эльрин довольно быстро вернул себе боевой настрой. Подумаешь, прокололся! С кем не бывает.
— Теперь о правилах, — магистр Вирано сделала вид, что не услышала Эльрина. — По поводу клана и фамилии вам уже сказали, у нас с этим строго. Дополню от себя, что нельзя не только указывать свою принадлежность к какой-то семье, но и чужую. Если вы знаете, что условный ноль-сто двадцать принадлежит условной семье Кита, то должны об этом молчать. Наказание за разглашение — исключение. У нас с этим строго.
Куратор на несколько секунд закопалась в ящике стола и вытащила оттуда три увесистые брошюрки. Ещё не книги, но уже не тетради.
 
— Это правила Академии. Через два дня у вас состоится тестирование на их знание. Если результат окажется неудовлетворительным, вас исключат. Мы не допускаем, чтобы в нашем заведении находились студенты, не желающие учить правила.
Очарование старушкой улетучилось, словно мощным порывом ветра. Даже голос больше не казался таким привлекательным. Под молчаливое согласие куратора я взял свою книжку и полистал. Исключение. Исключение. Наказание — исключение. И таких пунктов было несколько на каждой странице.