Заметки чайника-мага (СИ)
Ну-ну… Мы тоже не лыком шиты. С моей руки сорвалось заклинание ментального миксера, как я его называл. Собранное мною заклинание из Истинных Заклинаний, оно полностью сбивало с толку противника, путая тому мысли, и постоянно заклинивая их на чем-то неприятном, принося при этом практически физическую боль.
Демон заревел еще громче, чем первый раз, при этом судорожно дергая конечностями. Ага, значит и нервную систему зацепило. Эт-то есть очень хорошо. Помня о наставлениях Керея насчет боя с демонами — что им нельзя давать и секунды свободного времени — из земли тут же вырвалось с десяток каменных копий, нанизывая и лишая его возможности двигаться. Парсарх принял форму тонкого копья, и я спикировал прямо на голову демона. Но тот, каким-то непостижимым способом разрушил каменные копья и успел увернуться от моего удара.
Теперь нас разделяло всего пару метров. В глазах демона полыхала ярость и опаска.
— Я оторву тебе голову и сделаю из нее кубок, — мрачно пообещали мне.
— Сначала я оторву твою, покрашу ее в розовый цвет и повешу на стенку, — не остался я в долгу.
Глаза демона расширились от удивления. Видимо такого ему еще никто не обещал.
— Зачем?.. — как-то невнятно поинтересовался он.
— А потому что красиво! — ответил я, уже подлетая к нему в упор и всаживая парсарх, уже принявший вид катаны, в то место, где у людей находиться сердце. При этом сзади в него воткнулись с два десятка каменных копий. Демон забился в судорогах, с каждым мгновением ломая по копью. Понимая, что почти не успеваю, я отдал очередную команду парсарху, и тот начал расползаться по телу демона, разрушая его изнутри. Через пару секунд воплей к моим ногам упала его голова — единственное, что осталось целым…
Я с сожалением посмотрел на то, что осталось от парсарха — прекрасного артефакта, так хорошо мне послужившего. Кровь демона полностью уничтожила его магическую составляющую, и в моей руке осталась лишь красивая рукоятка.
Подобрав голову противника и сунув рукоятку за пояс, я расправил свои крылья и полетел в сторону замка, где уже начиналось ликование, по поводу победы…
Когда я приземлился во внутреннем дворе замка, меня встретили общим ликованием. Откуда-то появились Вальдар с Бальтазаром, которые радостно похлопали меня по плечах, от чего те тут же онемели. Охотники, которые уже перебрались в замок дали пару залпов в воздух — типа салют. Паладины графа и рыцари графини отдали честь, признав тем самым, мою силу и честь. Короче со времени моего пребывания здесь, меня наконец по-настоящему признали своим… Не думал, что буду так рад этому событию.
Взъерошив волосы подошедшим ученикам, сунул им в руки голову демона, предварительно накинув на нее пару заклинаний (мало ли, вдруг воскреснет), попросил, чтобы они за ней присмотрели, после чего повернулся к ждавшей графине. Она стояла в темно-коричневом платье, подчеркивающим ее стройную фигуру и невероятно идущее к ее каштановым волосами. Встретившись взглядом с зелеными глазами графини, внутри меня все затрепетало.
— Графиня, — я поклонился. — Прошу простить за задержку в оказании помощи. Как только мы услышали о случившемся, тут же выступили.
— Дорогой мой друг, вам не за что извиняться, — она ласково усмехнулась. Ррр… да за одну ее улыбку, я готов хоть целый легион демонов покрошить в капусту… Мой дорогой Макс, вы неизлечимо больны… И название этой болезни — любовь. А она тем временем продолжала. — Это мы должны благодарить вас за спасение, — и она поклонилась. Я ошеломленный смотрел, как все воины вокруг встают на одно колено, опершись на меч, будто молятся, или присягу приносят. Охотники откололи то же самое. А Вальдар с Бальтазаром — спелись гады — стоят сзади меня, хотя в начале разговора были рядом со мной…
— Е… я… — замямлила моя магичность.
— Прошу вас, друг мой, составить мне компанию на пиру в честь славной победы, — ничего не соображая, я подошел к ней, поцеловал ее элегантную ручку, после чего мы, как я видел это в исторических фильмах, мы под руку вошли в замок.
Пир шел своим ходом. Народу набилось как кильки в банке. Играла веселая музыка. Рыцари, охотники, паладины перемешались и теперь сидели одной огромной дружеской компанией. Кто хвалился добитыми трофеями, кто травил байки об обучении у меня — злобного, а кто просто соображал на троих, а то и на добрый десяток, поминая павших…
Графиня тоже веселилась. Хохотала над байками Бальтазара, про наши похождения, благосклонно принимала комплименты от Вальдара. А я как дурак сидел, и не мог и слова вымолвить, лишь любовался ею.
Тут на меня напала такая тоска, что я, чтобы не портить никому настроения, аккуратно отвел всем взгляды, и покинул пиршественный зал. Постояв пару минут в полной темноте коридора, я постучал по ближайшей стене. Долго ждать не пришлось, и секунд через десять, передо мной появился домовой. Статный и пожилой, в отличие от того, что обитает в замке Берсера. Он глубоко поклонился и поинтересовался, чего я желаю. Подумав, я спросил, где здесь можно развеяться. На выбор мне представили библиотеку, сад и оружейную. Читать не тянуло, а оружие я и сам могу изготовить… и получше чем в любой из оружейных любого графа. Значит, остается сад…
…Сад, а точнее сказать парк, оказался под стать своей хозяйке — красивый, ухоженный и очень приятный. Находился он в задней части замка, окруженной крепостной стеной. С десяток могучих, древних дубов, увитых каким-то растением с нежно-красными цветками, много кустов роз всех возможных цветов и размеров. А несколько беседок, разбросанных по саду, довершали картину. Было очень красиво и уютно. Интересно, а как на землях светлых эльфов? Так же красиво?
Я не спеша прошел к дальней беседке, и усевшись в удобное плетеное кресло, бездумно уставился на звездное небо. Такое красивое, и такое чужое. Никак не могу привыкнуть, что здесь нет привычных созвездий.
За своими размышлениями я не сразу услышал чьи-то тихие шаги. Но когда под ногами у неизвестного хрустнула веточка, и я наконец обратил внимание на пришельца. Им оказался сын графини.
— Почему ты не спишь, юный граф? — ласково поинтересовался я.
— Попробуй тут усни, — по-взрослому ответил мальчишка. В суме с его возрастом это звучало достаточно смешно. Не выдержав, я прыснул.
— И ничего тут смешного, — насупился он.
— Извини. Ты прав здесь нет ничего смешного. Кстати, мы так и не представлены друг другу, — я встал и вежливо поклонился. — Архимаг Максимилиан, но ты можешь называть меня Макс…
Мальчик принял гордую, как он думал позу и ответил:
— Наследный князь Алан Керийский, к вашим услугам.
— Что ж, очень приятно познакомиться. Но все же, почему ты здесь?
Он опустил голову, но ответил.
— Я пришел к папе…
— Папе? — удивился я, насколько мне было известно, его отец и муж графини Элизы — умер.
— Да… — он подошел ко мне, взял за руку и потянул за собой. — Пошли, я покажу…
В дальнем конце парка, среди кустов темно-алых роз, стояла статуя статного мужчины лет сорока, с короткой бородкой и уложенными волосами, опоясанными тонким обручем. Дорогие одежды и тяжелый клинок, на который он опирался, завершали его вид. Скульптура была выполнена с огромным мастерством, и было такое ощущение, что ваявший ее, вложил в ее создание душу. Подойдя поближе, я разглядел табличку, а, создав магического светлячка, прочитал: Граф Алахор Керийский, воин чести, любящий муж и отец.
— Он возвращался домой с податями собранными с наших сел, когда на его отряд напал колдун с десятком мертвяков, — тихо говорил Алан. Было видно, что он давно сдерживает слезы. — Отбиться они смогли, колдун оказался слаб, но как потом оказалось недостаточно. Умирая, он успел проклясть отца и людей, что были с ним. Отец умирал два месяца в страшных муках… — тут он всхлипнул и забормотал что-то совсем тихо. Я присел перед ним и обнял его. Мальчик тут же вцепился в мою мантию, и теперь ревел во весь голос. Видимо он держал свои эмоции при себе еще со времени смерти отца. Магия мягко заструилась из меня к мальчику, окутывая того и принося ему спокойствие и умиротворение, и вскоре он так и заснул, прижимаясь ко мне. Сон этот обещал вылечить его душевную рану, оставив после себя только неприятные воспоминания, но не более.