Наследники трех родов (СИ)

Буквально через пару минут генерал и правда вернулся в помещение, ведя за локоть Сол. Девушка пыталась вырваться из его хватки, заявляя, что сама в состоянии сделать несколько шагов и ей надоело, что на протяжении всего пути сюда ее постоянно лапают за разные части тела. Улыбнувшись ее живости, я проследила, с каким интересом брат окинул гостью изучающим взглядом, пытаясь рассмотреть ее лицо, и найти признаки, в которых угадывалась бы именно девушка, а не парень.
– Вентира, расскажи своим мужланам, что неприлично дотрагиваться до девушки без ее согласия, – заявила Сол, вырвав локоть из рук генерала и брезгливо, но демонстративно, отряхнув его.
– Что случилось, почему ты здесь? Ты отправилась одна за нами? – не став церемониться, поинтересовалась я, вспоминая последние минуты на корабле и план Кристина поскорее убраться подальше и от Эдельстауна и от нашего места высадки. Сжав губы в тонкую нить, Сол какое-то время переводила взгляд с меня на Эдгара, выпрямившегося за моей спиной, но так и не вставшего со стула.
– Корабли, они вышли из Эдельстауна и сейчас направляются сюда. Они не могли заметить, где именно мы вас высадили, но Кристин опасается, что…– она не успела закончить, я закрыла глаза и выдохнула весь воздух из легких, который задержала там после начала ее фразы.
– Лорд Крист знает об этом месте, и знает, где можно высадиться, чтобы попасть сюда, – продолжила я. Сол положительно кивнула, а генерал у нее за спиной недовольно хмыкнул.
– Конечно, лорд Крист знает. План эвакуации, который был задействован при нападении на столицу, был составлен им лично еще двадцать лет назад. Я твердил об этом и королю, и Его Высочеству принцу Эдварду, но те отдали приказ и игнорировали мои предупреждения, – недовольно буркнул Лерой, мне же от таких новостей захотелось начать биться головой о стену. Ну, вот почему мои родственники оказались настолько беспечными? Особенно, если они знали, что главными военнокомандующими в соседней стране стали люди, досконально знающие все про нашу оборону и военные планы. Надеялись на их добропорядочность и дружелюбный настрой?
– Кристин предлагает погрузить сто, максимум сто пятьдесят человек, если среди них есть дети, к нам на корабль и увезти подальше от Апатии, хотя бы на время. Единственное, среди этих людей не должно быть тех, у кого зеленые глаза, а также Риана с моим братом, и тебя. Очередной встречи с Богом он не желает, – затараторила Сол, и я кивнула. Это был хороший план, особенно учитывая, что мирному населению, непричастному к людям с зелеными глазами, за границей бояться нечего. Там их ждет спасение.
– Отлично, генерал, распорядитесь, надо срочно поднять лагерь, собрать всех детей, пожилых женщин, тех, кто не сможет сражаться и передвигаться без посторонней помощи, слабых и немощных, и переправить на корабль этой девушки. Главное условие – отсутствие зеленых глаз и пусть берут только самое необходимое, – распорядился Эдгар, опередив меня и не позволив первой высказать все то же самое. Другого решения в данной ситуации принять было нельзя, и мы оба это понимали, я же знала еще кое-что.
– Ты поплывешь с ними, – заявила я, уставившись на брата, а тот приподнял брови и замотал головой, пока генерал положительно кивал в знак понимания приказа и удалялся прочь из комнаты. – Не спорь, Эдгар. Ты последняя надежда рода Кленских. Когда все это закончится, а это закончится рано или поздно, тебе предстоит работа по восстановлению нашей страны и возврату себе власти. Ты можешь покинуть Апатию и чем дальше от меня ты будешь, тем больше шансов, что с тобой ничего не случится, ведь ген зеленых глаз тут только у меня, – это мне нельзя на корабль Кристина, и я должна остаться здесь и помочь Риану с фибулой, и всем остальным, а у брата другая задача. Встав со стула, Эдгар стоял возле стола и смотрел на меня так, словно я только что предала его, и он готов отдать приказ о моей казни.
– Ваша сестра права, – неожиданно заявила Сол, сделав шаг вперед и уставившись на будущего короля. Я была более чем уверена, что она сказала это только ради поддержания моего авторитета и лишь бы ускорить процесс отправки людей на корабль. Тяжело вздохнув, Эдгар положительно кивнул, сперва посмотрев на нее, а затем снова на меня. Он не знал, что ему делать, взгляд метался и в нем просматривалась неуверенность. Все же в пятнадцать лет становится главным, и отвечать за столько людей он был не готов.
 
– Хорошо, я помогу первой группе и отправлюсь с ними, попрошу генерала собрать мои вещи, и, если еще будет место, передашь их с последними людьми, – согласился брат и вышел из комнаты, оставив нас с Сол наедине. Очнувшись, я сорвалась с места и бросилась к сундукам. Наблюдая за мной, блондинка приподняла брови и время от времени поглядывала на дверь, словно опасаясь, что сюда кто-то войдет и обвинит не только меня, но и ее в воровстве.
– Надо найти фибулу в виде кленового листа, не бери в голову, – я хотела все рассказать, но неожиданно осеклась и решила, что чем меньше людей посвящены в наши со спутниками планы, тем надежнее они будут. Согласно кивнув, Сол присоединилась к поискам, принеся в угол последнюю из свечей со стола и устроив ее на самом устойчивом и большом сундуке. Только благодаря этому неяркому свету, я нашла внутри одного из спрятанных чемоданов маленькую шкатулку, открыв которую с облегчением вздохнула и достала фибулу, точь-в-точь похожую на ту, что была у Риана.
– Отлично, теперь можно пойти и помочь с отправкой людей, – сунув находку в карман брюк, я поспешила уложить сундуки и шкатулки на места.
Хоть я и имела полное право на эти вещи, копаться в них казалось неправильным и не хотелось, чтобы кто-то догадался, чем мы здесь занимались без свидетелей. Сол не стала спорить, она вернула свечу обратно на стол, предусмотрительно задула ее, и мы вместе вышли из комнаты и слились с толпой бегущих в суматохе людей. Солдаты подгоняли перепуганных детей, многие из которых плакали и оборачивались на женщин, следующих за ними по пятам с охапками вещей и свертками. Следовало как-то наладить этот процесс, и я сама не поняла, как взялась руководить потоками, а Сол отправила на берег контролировать посадку там. Лодок у корабля Кристина немного, а значит, все может затянуться на очень большой срок.
Сбившись со счета, я проводила взглядом очередную группу, которая отправлялась к обрыву и спуску к морю. По моим подсчетам в ту сторону ушло куда больше назначенного Кристином числа и пора было остановить сборы и объявить, что всем остальным лучше остаться здесь, ведь их могут не пустить на борт. Потерявшись в столь незначительных и мелких заботах с бегством, я совершенно не понимала, сколько прошло времени с момента визита Сол в лагерь. Солнце пока не встало из-за горизонта, но ночь явно становилась светлее, а значит, через несколько часов наступит утро. Мне сразу пришел в голову тот факт, что в этой суматохе Эдгар не станет беспокоить команду корабля, да и капитана, своим недугом и особенным отношением к солнечному свету, и я решила сама как-нибудь передать сообщение о необходимости разместить брата в трюме, подальше от безжалостных для него лучей.
Направившись в сторону, куда сопровождали оставшихся людей, я не сразу заметила, что навстречу бежит Сол. Солдаты предусмотрительно расчистили густой лес по пути к обрыву, образовав тропинку к спуску. Это облегчило всем задачу, а, столкнувшись со мной, девушка развернулась и побежала рядом в обратную сторону.
– Мы опоздали, слишком долго собирались, корабли Вильгельмских здесь, и я думаю, что корабль Кристина уже захвачен, отсюда плохо видно, что там происходит, – затараторила она, запыхавшись и глотая части слов. Теперь мы обе бежали к берегу со всех ног, а у меня от каждого удара каблука о землю пульсировали виски. Больше всего меня подгоняла мысль, что брат должен быть уже там.
– Мой брат, – лишь выговорила я на ходу, когда подбежала к краю обрыва и уставилась на корабль Кристина, казавшийся маленьким в окружении трех других, больших, с флагами страны Вильгельмских на мачтах. Лодок в воде я не видела. Кроме этих четырех судов, никого рассмотреть не получалось, и я застыла на самом краю, всматриваясь вдаль в надежде с такого расстояния увидеть брата, узнать его. Кто-то бегал по палубам, размахивая чем-то, но понять где кто, я не могла. Надо было что-то срочно делать, а я просто стояла на краю обрыва и не знала, что вообще от меня ждут?